Андрей Саломатов – Чертово колесо (страница 9)
Ничего не соображая от выпитого и усталости, Лена наконец начала засыпать, но вскоре почувствовала, что кто-то очень мягко и осторожно пристраивается рядом. На этот раз все было куда более деликатно. Как ей показалось, Леша, ласково оглаживал её, целовал в шею и плечи, а главное почти не мешал лежать на боку.
- Тихо-тихо-тихо, - горячо шептал он Лене на ухо.
- Не тарахти, - попросила она. - Я спать хочу.
Под утро, когда на востоке горизонт залило розоватым светом, а где-то в соседнем доме на балконе прокричал петух, появился Николай. Лена уже почти ничего не чувствовала и ни на какие слова не откликалась, но её дружок появился здесь не для общения. Он бесцеремонно перевернул её на спину, быстро, по-деловому справил свою нужду и, отвернувшись к стене, захрапел.
Проснулась Лена в начале одиннадцатого утра. Тело болело так, будто по ней всю ночь ездил асфальтовый каток. В животе, от малейшего движения начинала пульсировать острая боль, а ноги трудно было согнуть в коленях. Не лучше обстояло дело и с головой - она словно была наполнена раскаленным оловом, которое плескалось в черепной коробке и своей огромной тяжестью приковывало голову к подушке.
Открыв глаза, Лена обнаружила, что лежит на огромной двуспальной кровате в незнакомой комнате. Рядом, раскинув руки, спал Буздырь и из уголка его рта на подушку стекала струйка густой желтоватой слюны. От этого неаппетитного зрелища Лену едва не стошнило, и она со стоном отвернулась.
Взглянув на антикварные бронзовые часы, которые, скорее всего, когда-то украшали каминную полку, Лена сразу же вспомнила, что в половине десятого подруга обещала отдать ей деньги - три с половиной тысячи долларов. Вслед за этим она восстановила в памяти и все остальное. Но до конца осознать, что произошло с ней за последние сутки, Лене мешала физическая боль и приступы тошноты. Она ещё раз громко застонала и попыталась подняться, а Николай перевернулся на другой бок и что-то негромко пробормотал.
Заставить себя умыться Лена смогла только после того, как нашла в соседней комнате ополовиненную бутылку шампанского. Выпив залпом большой фужер, она наконец осмотрелась. На диване у стеклянного столика в позе эмбриона почивал Владимир Алексеевич. Он лежал в розовых, сатиновых трусах, и вид этого жирного неутолимого любовника вызвал у неё приступ ненависти и непреодолимое желание врезать ему бутылкой по голове. От этого поступка её удержало только то, что ей надо было срочно ехать за деньгами, и Лена ограничилась символическим плевком в сторону насильника.
После долгих, бестолковых метаний по чужой квартире Лена наконец собралась. Остановившись у входной двери, она задумалась, что делать с вещами: взять ли сумку с собой или оставить здесь, а потом забрать у Буздыря. То, что Николай пустил её по рукам, даже с пьяну казалось ей наиподлейшим предательством, но он слишком много знал, занимался поисками денег и эта повязанность мучила её. Причину, почему он так поступил, Лена прекрасно понимала - включив Буздыря в игру, она попала в полную зависимость от него.
Сумку Лена все же решила бросить здесь, и лишь достала оттуда документы. Затем, она долго возилась со сложным сейфовым замком. При этом Лена старалась не шуметь, чтобы не объяснять Николаю и его приятелям, куда она собралась. Наконец, ей удалось открыть дверь и, тихонько прикрыв её за собой, она с облегчением вздохнула.
На улице Лена посмотрела название переулка, номер дома и только после этого начала ловить машину.
До Товарищеского переулка, где в частной фирме работала Татьяна, Лена добралась за какие-нибудь десять минут. Она попросила таксиста немного подождать, вбежала в замызганный подъезд и позвонила в дверь, которая своей отделкой резко контрастировала с разрисованными, грязными стенами и заплеванным полом.
Ей открыл пожилой, но подтянутый охранник в камуфляжной форме. По просьбе Лены он по телефону вызвал подругу, и уже через минуту Татьяна вышла.
- Ну и видик у тебя, - поздоровавшись, сказала Таня. - Все в порядке. Я только что отдала деньги Сереже.
- Что!? - испуганным шепотом промолвила Лена.
- Сергей пришел и забрал деньги, - пожав плечами, ответила подруга. А что... не надо было? Вы что, не вместе?
- Это конец, - одними губами проговорила Лена и чтобы не упасть, прислонилась спиной к стене. - Блядь! Блядь! Блядь! Это конец!
ГЛАВА 3
В ночь перед операцией, Антон Скоробогатов не ложился спать до трех часов. Ему не свойственно было подолгу ломать голову над какими-то проблемами, но сегодня был особый случай. В его воображении миллион долларов плохо делился на две части, как они договорились с Леной. Кроме того, он не без основания считал, что жена друга и его любовница будет для него только обузой. При переходе через границу с такими деньгами риск возрастал вдвое - у работников на пропускном пункте глаз был наметан. Едва заметив на лице проезжающего малейшую тревогу, пограничные психологи тут же вставали в охотничью стойку и вверх дном переворачивали машину. Но главной причиной было даже не это. Лена со своим капризным взбаломошным характером уже порядком поднадоела ему, Антон давно подумывал от неё избавиться, а с некоторых пор он начал презирать свою любовницу. Скоробогатову вдруг пришло в голову, что если она так легко изменила своему мужу, то через какое-то время ей ничто не помешает предать и его.
В тот самый день, когда Антону предложили триста тридцать три тысячи долларов за пустяшную помощь, он встретился со своим давним знакомым, который занимался куплей-продажей жилья, и поинтересовался, как много уйдет времени на то, чтобы продать квартиру.
- Два дня, - ответил приятель.
- А если у меня обломится, назад можно будет? Сразу, в этот же день? спросил Скоробогатов.
- Нет проблем, - успокоил его знакомый. - Пятьсот баксов, я порву бумаги и живи дальше.
Риск был небольшой, и после того, как Антон обговорил детали операции с Сергеем и Леной, он решился. Отправив Сергея в магазин за выпивкой, он остался наедине со своей любовницей и, то ли в шутку, то ли всерьез, улыбаясь, проговорил:
- А зачем нам Серега? Полмиллиона лучше, чем триста тридцать три тысячи долларов тридцать три цента.
Лена вначале посмотрела на него удивленно, затем - испытующе, и в её взгляде Скоробогатов прочел немой вопрос: "ты серьезно?"
- Он передаст деньги мне, потом ты пораньше свалишь с работы, и в этот же вечер мы уедем с тобой, куда Макар телят не гонял. А там за бугром, хочешь, свое дело заведешь, хочешь, сложимся и на пару купим какой-нибудь ресторан или магазин, - пояснил свой план Антон.
- А если он заложит? - наконец вслух высказалась Лена.
- Зачем же ему голову под топор класть? Бабки левые, здесь не отсидкой пахнет. У этих мужиков разговор короткий - раз и башка с плеч. Главное, все должен сделать Серега. Ты же сама говорила, что собираешься с ним разводиться.
Времени на обсуждение, как украсть миллион и избавиться от надоевшего мужа, у них было не так много - магазин находился всего в ста метрах от подъезда - и Лена сильно разволновалась.
- Я не знаю... - Она нервно мяла в руках кухонное полотенце, и затем ещё раз изучающе взглянула на Скоробогатова: разыгрывает или нет, и как далеко готов зайти? - А если он за мной увяжется? - тихо спросила она, пытаясь угадать, какой получит ответ.
- Ты постарайся, чтобы не увязался, - Антон усмехнулся и добавил: - Ну а увяжется, ему же хуже.
- Он все-таки мне муж, - произнесла Лена, интонационно давая любовнику понять, что слово "муж" она употребила лишь по необходимости и не вкладывает в него никакого конкретного смысла.
- То он тебе муж, то дурак и козел. Ты сама-то разберись, чего хочешь, - с легким раздражением ответил Скоробогатов. - Я уже и квартиру продал. Почти продал.
Разговор длился не больше пятнадцати минут, и все это время партнеры говорили о Сергее и его судьбе туманными намеками, очевидно следуя поговорке: "Слово не воробей, вылетит - не поймаешь". Обоим не хотелось ставить окончательную точку, связывать себя какими бы то ни было обязательствами. Неопределенность в этом щекотливом вопросе давала свободу действия, некий простор, позволяющий поступать по обстоятельствам, и что самое важное - сохранялся душевный комфорт: никто ничего не собирается делать плохого, но если... Впрочем, это зловещее "если" только подразумевалось.
Ложась спать, Антон раскаялся в том, что так бездумно посвятил Лену в свой план и предложил ей бежать. Окончательно раскусив её, Скоробогатов понял, что эта красивая девушка, которой он когда-то домогался из зависти к бывшему однокласснику, не очень-то соответствует его идеалу. При ближайшем рассмотрении Лена оказалась "своим парнем", изобретательной любовницей, но была слишком земной и понятной. Вокруг него таких крутилось не менее десятка, тогда как воображение рисовало ему прекрасную и загадочную незнакомку. Миллион долларов, которые ему должны были утром выбросить из окна, приближали мечту о незнакомке на расстояние одного шага, и ему оставалось лишь сделать этот шаг.
Утром Антон припарковал машину метрах в трехстах от банка, на соседней улице. Он не торопился, зная, что все произойдет минимум через полчаса, а по максимуму ожидание могло продлиться до конца рабочего дня. Скоробогатов немного нервничал, курил одну сигарету за другой и с раздражением думал о Лене.