Андрей Сабо – Камень Души. Книга 2 (страница 16)
Утренний мелкий теплый дождь сменился ясным небом без единого облачка. Морской бриз приятно освежал воздух, не давая летней жаре окутать каменные улицы столицы Лерии.
На пассажирском причале стояла тишина. Все путники давно покинули порт, и теперь по каменным плитам бродили лишь упитанные чайки да пара копейщиков, охранявших вход в портовое здание.
- Как думаешь, сегодня будет жара? – спросил высокий стражник у дородного товарища, прислонившегося к поручню сходней. – Не хотелось бы вариться в доспехах.
- Откуда мне знать, - буркнул тот, сплевывая на камни зеленый сок жевательных листьев геры[1].
- Что-то ты сегодня неразговорчивый, - усмехнулся первый. - Небось жена не дала? Или дала, да только железной сковородой…
Он расхохотался, издавая странные булькающие звуки.
- Придержи язык, не то схлопочешь по своей довольной роже, ублюдок, - не меняя позы, процедил второй и снова сплюнул, целясь в важно вышагивающую по камням чайку.
Промахнулся.
Первый снова загоготал, запрокинув голову, но резко умолк. В бухту входило двухмачтовое судно, убирая паруса.
- Смотри-ка, не могу разобрать, - обратился он ко второму, указывая на море. – Похоже на Тибритский штандарт. Какой Бездны им здесь надо?
Толстяк, то и дело сплевывающий, повернулся в указанном направлении. Прищурившись, он прикрыл глаза ладонью от яркого солнца.
- Ну что, разглядел? – буркнул первый, направляясь к сходням.
- Да где тут разглядишь, - проворчал второй, поворачиваясь всем своим грузным телом. – Вона как блестяха светит, что глаза слезятся.
На судне убрали паруса, и гребцы энергично налегли на весла, направляя корабль к стоящим на якоре судам.
- Кажется, ты прав, - наконец произнес второй, убирая руку от шлема, и снова сплюнул зеленую жижу. – Сбегай за лейтенантом, а то потом орать будет похлеще орка на хросте[2].
- Или как твоя жена по утрам, - бросил на ходу первый и расхохотался над своей непристойной шуткой.
- Убью! – крикнул ему вслед любитель геры.
Высокий поднимался по ступеням серого каменного здания, продолжая смеяться, несмотря на угрозы убийством, а его напарник провожал его взглядом, полным злости и раздражения.
Пока первый стражник, зайдя в здание пытался разбудить лейтенанта, задремавшего после обеда в прохладном помещении, второй наблюдал за судном. Корабль, достигнув первой линии торговых судов, бросил якорь. На палубе суетились матросы под громкие команды боцмана, эхом разносившиеся над спокойной гладью бухты.
Они спешно спускали лодку на воду.
Наконец из здания вышел офицер стражи в начищенных до блеска доспехах в сопровождении высокого. Поправив меч, лейтенант подошел ко второму стражнику, который, не обращая внимания на прибывших, неотрывно следил за спуском лодки с двумя пассажирами.
- Тибрит, - протянул офицер, разглядывая в подзорную трубу судно, и любитель геры вздрогнул. – Двое. Любопытно, я и не знал, что этим закатным неженкам разрешено входить в Море Призраков. Им же сюда путь заказан...
- И я о том, дор[3], - пробормотал второй и сплюнул в воду.
- Барбер, - обратился офицер к высокому стражнику, - Сходи в караулку, предупреди ребят – у нас намечается встреча в верхах.
Первый поспешил выполнять приказ лейтенанта, на бегу то и дело оборачиваясь на судно, от которого уже отчалила лодка с двумя недружественными созданиями.
Офицер напряженно всматривался в судно, вошедшее в бухту под флагом Тибрита. В памяти всплывали обрывки знаний об этой стране, известной своей враждебностью к Срединным землям со времен правления Раккаи.
Тибрит располагался на крупном острове в Великой Воде – море, названном так древними племенами, некогда заселившими его берега. Большинство жителей острова были потомками переселенцев из старых поселений за Каменными Столпами – горной цепью между Срединными и Закатными землями. Со временем Тибрит стал главной морской торговой державой Великих Вод. Остров славился не только мореходством, но и плодородными землями. Особую ценность представляли богатые залежи железной руды, выходившие на поверхность. Благодаря легкой добыче железа, изделия из него стоили здесь намного дешевле, чем в других землях.
Во Вторую эпоху царство Тибрит впервые столкнулось с эльфами Садора в борьбе за дальние рубежи Закатных земель. Тибритский царь Радигор вступил в конфликт, поддержав орков Ангаинских островов – своих давних торговых партнёров, поставлявших древесину в Тибрит. Локальные стычки переросли в полномасштабную войну, длившуюся пять зим. Эльфы разгромили орков и вторглись в само царство Тибрит. После серии сокрушительных поражений тибритские правители запросили мира, предложив выплачивать дань серебром и железом. Эльфы Садора, проявив хитрость, не только обложили Тибрит данью, но и превратили его в свой домен. Они назначили наместника из числа своих вельмож, тем самым устранив последнего серьёзного соперника в морской торговле и военном деле.
В завершающий период Второй эпохи наместник эльфийского королевства Андуна, Каракакс, привел свой могучий флот к берегам Арасского моря. Десятитысячное войско высадилось в бухте Черепов, неподалеку от города Занден в королевстве Руак. Защитники Зандена героически сдерживали натиск захватчиков в течение двух дней, давая время императорской армии собраться в Раккаи. Когда положение горожан стало критическим, а враг уже заполонил городские стены, долгожданная помощь наконец-то пришла. Из внезапно наступившей утренней тьмы, накрывшей небольшую деревушку Сена, неподалеку от Зандена, появилось союзное войско: двадцать тысяч дан и эльфов, усиленные гномьим хирдом в пять тысяч копий. Построившись в мощный атакующий клин, союзники начали решительное наступление. Битва была короткой – армия Раккаи разгромила тибритских захватчиков. Потери противника оказались огромными, в плен попали лишь две тысячи раненых воинов во главе с генералом Партинаном.
Истинные некроманты выполняли вспомогательные функции: защищали войско от вражеской магии и обеспечивали скрытное перемещение отрядов через тень, а также сжигали флот в бухте Черепов.
Воспоминание мелькнуло в сознании лейтенанта яркой иллюстрацией из старой книги – то ли из детства, то ли со времён учёбы в университете Кана. Он окинул взглядом строй копейщиков у сходней, за которыми возвышалась фигура мага, опирающегося на посох.
«Похоже, маг-воздушник», — отметил про себя офицер и вернулся к наблюдению за приближающейся лодкой.
Судно уже причалило к сходням. Один из двух находившихся в нём мужчин поднялся и отдал приветственный салют.
- Достопочтимый офицер... – начал он, но осёкся, когда стальные наконечники копий синхронно опустились к его груди.
- Лейтенант Джесан Барнолин, комендант таможенного поста, к вашим услугам, - представился офицер с холодной вежливостью, слегка склонив голову. – С кем имею честь?
- Простите, офицер, - пробормотал прибывший, не отрывая взгляда от кончиков копий. – Главный помощник шкипера Баракс. Мне поручено...
- Это ваше судно только что вошло в бухту под тибритским штандартом? – оборвал его лейтенант.
- Да, офицер, - коротко ответил прибывший. – Мы сопровождаем...
- Согласно уложению генеральных штатов от дня двадцать шестого года три тысячи триста седьмого от сотворения мира, судам под протекцией Андуна, в частности царства Тибрит, запрещено входить в любые бухты под их флагами. Даже в случае нападения или угрозы экипажу, - отчеканил лейтенант на одном дыхании и, сделав паузу, добавил: - Это правило обязательно для всех шкиперов и их помощников.
- Но...
- Что именно в этом указе вам непонятно? - холодно поинтересовался офицер.
- Нам поручено доставить этого достопочтенного господина, - помощник указал в глубину лодки. – Мы не нарушили...
- Мне плевать на того, кто нарушает законы нашего королевства, и тем более плевать, кто сидит у вас в лодке, - процедил лейтенант, с трудом сдерживая раздражение.
- Я могу показать подорожные документы...
- Зачем? – снова перебил офицер.
Мирная беседа внезапно переросла в перепалку между таможенным чином и помощником шкипера. Солдаты, не дожидаясь приказа, самовольно перешли из положения «смирно» в «вольно», подняв копья. Маг уже собирался покинуть место спора, когда на причал въехала роскошная карета, запряженная четверкой лошадей. На её дверцах красовался герб дорфа Перра.
Грохот колес заставил спорщиков замолчать, и над причалом повисла гробовая тишина. Проворный лакей спрыгнул с запяток, быстро опустил ступени и распахнул дверцу. Из кареты показалась рука в ярко-голубой перчатке, поманив озадаченного лейтенанта. Тот растерянно переводил взгляд с манящего пальчика на помощника шкипера.
Примечательно, что сидевший в лодке человек в синем костюме держался в стороне от конфликта. Он спокойно разглядывал портовые здания, корабли и упитанных чаек, важно расхаживающих по камням. Однако стоило карете появиться, как он загадочно улыбнулся, поднялся во весь рост и направился к сходням.
Офицер наконец решил, куда направить свое внимание, и быстро двинулся к манящему пальчику. Перед каретой он замедлил шаг и остановился у дверцы, всматриваясь в темное нутро экипажа.
Пальчик продолжал манить его.
Набравшись смелости, лейтенант заглянул внутрь. Пробыв так некоторое время, он отпрянул с пунцовым лицом. Поклонившись, офицер начал пятиться от кареты, а когда оказался на безопасном расстоянии, бросился бежать к… крыльцу. Даже тяжелые доспехи не помешали его стремительному передвижению по причалу.