Андрей Рымин – Вслед за бурей. Выбор мудрых (страница 12)

– А ну все сюда! – зычно гаркнул вышедший на середину двора мужик, в котором Яр к своему удивлению узнал Якоба – коридорного из западного крыла. Еще вчера мелкий служка сегодня натянул на себя вышитую серебром ливрею главного распорядителя, видно, умыкнутую им в суете сборов у Ганса. На голове форменная треугольная шапка, на ногах – туфли с бляхами. И когда только переодеться успел?

– Да тащите же вы сюда свои жопы! – продолжал орать Якоб, видя, что народ не спешит выполнять приказ новоявленного начальника. – Будем сопли жевать, придут городские и все растянут. Надо закрыть ворота и охрану наладить. Лучше уж сами возьмем, что взять можно.

Услышали. Начали собираться. Пять человек, десять, двадцать. Яр тоже притопал от входа в конюшни, где раньше стоял и смотрел. Вот и Аника – бросилась «брату» на шею, словно поддержку ища. В глазах страх и слезы – здорово же притворяется девка! Фарел с Элем почти одновременно вышли из разных дверей. Даже дед и Косой отыскались, хотя и не сразу – за не явившимися добровольно Якоб людей посылал. Всего две с гаком дюжины служьей братии набралось. И ведь прав оказался смекалистый коридорный, забирая себе всю власть – никого старше его по должности среди оставшихся во дворце не нашлось. Да и с остальным не ошибся. Стоило темноте опуститься на брошенный город, как к воротам дворца один за одним начали стекаться осмелевшие мародеры.

Пробовали сначала по-тихому прошмыгнуть в оставленную хозяевами цитадель, до сих пор полную добра по мнению обывателей. Не вышло – все входы и выходы расторопные слуги успели закрыть. Тогда лихой народ попер в наглую – чуть ли не с тараном на кованую решетку ворот. Грозили огнем и расправой над «жадными трусами», запершимися в чужих хоромах. Только арбалетным болтом, клюнувшим одного из заводил в ногу, и удалось отвадить. Почертыхались, погавкали из-за угла и отправились грабить дома побогаче.

Второй «штурм» дворец перенес только через два дня. Вошедшие в город сарийцы не стали размениваться на угрозы – «выломать ворота к Зарбагу». Те и так ждали новых хозяев Вериды распахнутыми нараспашку.

– Все в тот угол! – Офицер в желтом плаще ткнул рукой в сторону части двора между восточным крылом и конюшнями. Застывшие в поклонах покорности слуги, заблаговременно выстроенные Якобом вдоль пути въезжающих в сдавшийся без боя дворец иноверцев, послушно припустили в указанном направлении.

– Слушаем очень внимательно! – С двух сторон от сидящего на гнедом жеребце офицера растянулась шеренга солдат с копьями и мечами на поясах. Слуги замерли, втянув головы в плечи и боясь лишний раз моргнуть.

– Радуйтесь! Власть Великой Богини пришла и в ваш город. Отныне вы все – верные ее слуги, или рабы, если проявите глупость. В ближайшее время будет назначен комендант Вериды, который и выберет среди вас достойных продолжить свою работу. Пока же поступаете под начало временного управляющего – господина Лисьена. Он разъяснит вам ваши обязанности. И помните, малейшее неповиновение, или злонамеренное действие повлечет за собой суровую кару.

На том офицер завершил вступительную речь и, передоверив «трофейную челядь» успевшему как раз подбежать маленькому круглолицему человечку в желтом камзоле, направил жеребца в сторону конюшни, где уже вовсю обустраивались другие сарийцы.

– Ну-ка, смерды! – скорчив страшную рожу, заверещал коротышка. – Показывайте, где тут у вас кухни. Кто чем досель занимался не важно. Сейчас все станете у меня поварами. Господа-солдаты уставши и хотят жрать.

Народ встрепенулся – особенно кухонные во главе с Фарелом, тут же взявшимся лебезить: «Да, господин Лисьен. Сюда, господин Лисьен. Сейчас все сделаем в лучшем виде, господин Лисьен.», и все в том же духе. Круглолицый сариец гордо шествовал впереди местных слуг и четверки приставленных для пригляду солдат. Хотя последние были здесь лишними – веридцы и так трепетали перед деловитым коротышкой. Попробуй тут не бояться, когда двор пестрит желтым, словно осенний лес опавшей листвой. Захватчики так и валят в несчастный дворец. Как бы он от таких толп не лопнул, не развалился – вон сколько времени прошло, а в ворота все заезжают и заезжают новые всадники. Даже повозки какие-то появились.

– Ты, ты, ты и ты, здесь останьтесь, – передумал коротышка у дверей кухни. – Будете разгруженный харч заносить. – Лин, присмотри.

Названный воин кивнул, и процессия «поваров» господина Лисьена скрылась в здании, оставив снаружи солдата, Яра и еще троих выбранных слуг. Какое-то время они просто топтались на месте, дожидаясь прихода нужной повозки. Мудрейший исподтишка разглядывал врагов своей новой родины. Обычные люди, лишь цветом одежд и деталями обмундирования отличающиеся о регуляров Империи. Правда, вон и какие-то новые появились – в цельных блестящих нагрудниках и причудливых шлемах, увенчанных короткими остриями. Важные, деловитые. Быстро растолкали своих же, освобождая проезд для огромного экипажа – и как только через ворота пролез – запряженного аж четырьмя парами лошадей.

Пока одни острошлемные метнулись в открытые двери парадного входа, другие окружили остановившуюся карету плотным кольцом, полностью загородив обзор. Яру оставалось только гадать, кто выбрался из гигантской повозки и прошествовал по мраморным ступеням наверх, скрытый от взглядов тесным строем охраны. Хотя, что тут гадать?

Он! Как пить дать, он – тот самый колдун, что им нужен! Мудрейший внутренне улыбнулся. Замысел Фарела начинал оправдываться. Теперь только капля удачи, и все у них выгорит. Осталось дождаться ночи.

Весь день их гоняли по разным работам, то по одиночке, то малыми группками. Яр все больше чего-то таскал: мешки, ящики, бочки, корзины. Вечером же, когда новые хозяева окончательно обжили графский дворец, состоялся повторный общий сбор на все том же пятачке у конюшни. В этот раз пообщаться явились те самые острошлемные – целый десяток с напыщенным командиром в расшитом золотой нитью плаще.

– Вот этот, – обращаясь к Лисьену, который тоже был здесь, ткнул пальцем в Эльрика офицер. – Вон та девчонка, – переместился на Анику указующий перст. – Косой и… Кто тут из вас немой? – Взгляды слуг собрались на Мудрейшем. – Ага, этот тоже. Пойдемте.

Солдаты довольно грубо выдернули четверых названных из толпы с любопытством и страхом провожающей их глазами челяди, и повели куда-то через весь двор к западному крылу.

Мысли Яра носились, как ласточки перед дождем. Что? Почему? Зачем? Неужели их вычислили? Но как? Ноги сами собой напряглись. Стоит Элю скомандовать – он рванет кабаном через всю эту желтую поросль. Отобрать меч у правого, отпихнуть левого, зарубить командира – и прочь! Пусть ворота закрыты – он-то знает, где спрыгнуть из подходящего незарешеченного окна.

Но Эльрик молчал. Пока шли снаружи, пока топали по длинному коридору, пока спускались по лестнице и даже, когда перед ними защелкал замок отпираемой камеры. Яр с нарастающим удивлением искоса поглядывал на старшего товарища. Чего же он ждет? Ведь понятно уже – их план рухнул. Сарийцы раскрыли троих из четверки. В одиночку Фарел при всем своем опыте справится вряд ли. Пусть даже у желтых одни подозрения. Пусть даже потом их и выпустят – во что Яр не верил. Пусть даже допросы и обыски ничего не дадут… Время! Время уйдет же! Колдун двинется дальше к Гайдоре – и лови его потом, как хочешь. Нет! Надо действовать!

Так ничего и не объяснив, их молча втолкнули в камеру. Голый каменный пол, зловонная дырка в углу – вот и вся обстановка. Когда дверь захлопнулась, и механизмы замка отщелкали в обратную сторону, Яр пихнул Эля локтем, с вопросом уставившись на Вечного. Начинать говорить при Косом Мудрейший пока не рискнул. Мало ли – вдруг, немота еще пригодится.

«Неа», – еле заметно покачал головой Эльрик, не поворачиваясь. Тогда Яр шагнул к Анике и вопросительно промычал свое обычное «Ыыы?»

– Не знаю, братик, – всхлипнула девушка, тем не менее не забыв проговорить слова четко и медленно, как всегда делала, обращаясь к нему. – И чего они с нами так? Мы же ничего плохого не сделали.

– За шпионов приняли, – испуганным шепотом сообщил Косой. – Поутру придут допросы чинить.

– Я вот тоже так думаю, – пробурчал Эльрик хриплым голосом старого коридорного. – Только с чего они именно нас похватали? Рожи наши им не понравились что ли?

– Моя точно, – скривился Косой. – Они видишь, самых уродов собрали: Мычалку, меня, тебя шрамного. Небось так и так в расход пустят. В пример остальным, так сказать. Чтоб боялись. А бабу еще и снасилуют. Конец нам! Конец, други! – И, убедив сам себя, Косой заскулил по-собачьи с визгом и подвываниями.

– Заткни пасть, болезный! – рыкнул на него Вечный. – И без тебя тошно. Развылся, Зарбаг тебя дери.

Но Косой затыкаться не пожелал, а только отполз в дальний угол, привалился к стене и продолжил свои подвывания, изредка разбавляя их всякими «Я не хочу умирать!» и «Мамочка, мамочка…»

Время шло. Вечные упрямо молчали. Эль бродил из угла в угол, о чем-то раздумывая. Аника всхлипывала, прижавшись к сидящему на корточках Яру. Идущее от «сестры» тепло, согревало, но радости не приносило. Наоборот, Мудрейшего от бессилия помочь девушке даже советом отчаяние грызло только сильнее. Ну чего они ждут? Ну чего?