Андрей Рымин – Вслед за Бурей. Дилогия (страница 5)

Никто, включая самого Яра, не мог припомнить, когда это первейшее в охоте орудие приобрело свой нынешний облик и больше особо не менялось, но точно очень давно. Конечно, луки в разных родах имели некоторые отличия по длине и способу просушки древесины, да и деревья для их изготовления мастера выбирали разные, да вот только оружие Арила совершенно не вписывалось ни в какие рамки.

Сделанные из дерева луки были легки и удобны, но достаточно быстро изнашивались и приходили в негодность, растеряв всю упругость, несмотря даже на то, что тетива натягивалась только во время охоты. К тому же, большей пробивной силы и дальности полета стрелы, мастера добивались только за счет увеличения длины и толщины оружия, что придавало ему лишний вес и усложняло использование. Конечно, попробуй выстрелить из засады сидя в кустах, когда твой лук выше тебя ростом. Да и натянуть такую громадину было по силам лишь единицам.

Когда на охоте отцу, при помощи сыновей пригнавших животное в нужную точку, удалось добыть длиннорогого буйвола, идея новой конструкции любимого оружия неожиданно посетила Арила. Крепкий, чуть менее ярда длиной рог животного, своей плавной дугой с обратным загибом на самом конце, напомнил парню половинку натянутого лука. Рога и большую часть жил буйвола, юноша смог отложить для себя, когда разделывали тушу, и дальше работа пошла полным ходом.

Пока добытые жилы сначала замачивались в специальном растворе, а после сушились на солнце, Арил усердно выстругивал деревянную основу. Середина очищенного от коры и верхнего слоя древесины, молодого тиса также не избежала пропитки и долгой просушки. Затем парень, разделив ствол на несколько частей длиной дюймов по шесть, принялся подбирать оптимальную форму для сердцевины будущего оружия. Методом проб и ошибок, переломав кучу каменных и костяных инструментов, Арил все-таки добился своего. Лук был готов! Ровно подточенные с широкого своего конца рога плотно вошли в пазы деревянной основы с обеих сторон. Клей из смеси смолы и рыбьего жира, надежно скрепил конструкцию. А окончательной монолитности парень добился за счет тугой тройной обмотки жилами центральной части оружия.

Внешний вид получившегося лука был непривычен для глаза, но дальность и мощность стрельбы из него просто пугала. К тому же Арил, ни разу за все время своих скрытных тренировок не снимавший тетиву, так и не заметил, чтобы первичная форма оружия хоть чуток изменилась, да и сила натяжения осталась прежней. С обычным же, пускай и очень хорошим луком такие перемены наверняка бы уже случились.

Стрелы к такому оружию, в принципе, подходили любые, но парень не поленился наделать десяток особенно длинных и тяжелых, специально к большому испытанию. Да и вообще все, над чем так упорно и долго трудился в последнее время Арил, создавалось для этого судьбоносного дня.

— Удачно обделаться, — съязвил уже вполне неплохо отстрелявшийся Майно, специально продвинувшись поближе к Арилу, когда шум немного утих.

— И не надейся, длинный. — голос юноши прозвучал гораздо уверенней, чем он себя чувствовал. — Сейчас ты убедишься, насколько внешний вид бывает обманчив!

— Болтай, болтай! Подвел ты меня, брат лисенок. Я то надеялся на интересную борьбу до самого конца, а ты на первый же этап припер вместо лука какую-то рогатую загогулину. Видно, забодать мишени собрался.

Своими издевками Майно, конечно пытался выбить Арила из колеи. Долговязый прекрасно знал своего соперника и понимал, что раз парень не побоялся выставить свой странный лук на всеобщее обозрение, то оружие действительно хорошо.

— Посмотришь. — пришлось прервать Арилу разгоравшуюся перебранку, так как его уже взмахом руки торопили начинать.

Стрельба велась до трех промахов и, постепенно, можно было добраться до последней — восьмой, самой дальней мишени, что, впрочем, случалось лишь раз в несколько лет, когда в каком-нибудь из родов вырастал действительно великий лучник. Майно вот, например, с третьей попытки все-таки смог поразить шестую мишень, что сразу вывело его в лидеры.

Когда Арил выпустил первую стрелу, пробившую мишень насквозь, смешки вокруг мгновенно стихли. К пятому подряд попаданию его выстрелы уже встречали восторженным ревом. В шестой стреле никто, как будто, и не сомневался. А вот когда седьмая цель была поражена прямо в центр, весь холм вскочил в едином неистовом порыве.

Дождавшись, когда страсти чуть-чуть поутихнут, Арил нацелил свой лук на восьмой рубеж. Вызванная восторгами толпы непредвиденная заминка сыграла с ним злую шутку. До этого момента парень стрелял подряд, практически не думая. Сейчас же, осознав свои свершения, казалось бы, достигнув цели, вырвавшись вперед, Арил разволновался и дрогнувшей рукой послал стрелу немножечко левее.

Разгоряченные необычным, отступившим от стандартного хода событий действием, зрители горьким, разочарованным стоном встретили промах парня.

«Не простят!» — неожиданно понял Арил. «Забудутся первые семь попаданий без единого промаха, забудется странный диковинный лук. Без восьмой сбитой мишени не видать мне никакой славы, только победу… А выиграть мало!» Даже столь вожделенный поход к Яру, как-то весь потускнел в мечтах парня. Арил тонко почувствовал, чего он сейчас желает, и выхватил следующую стрелу.

Глубоко и медленно дыша, Арил пытался полностью очистить сознание и отключиться от всего творившегося вокруг. Максимально успокоившись, сосредоточив всего себя на самом центре далекой мишени, парень плавно спустил тетиву. Характерный приятный звук воткнувшейся в цель стрелы оповестил всю поляну о рождении нового мастера. На холме и под ним все вскипело. Многие люди рванули поближе к герою, и если бы не громогласный возглас вождя, призвавший зрителей успокоиться, состязание рода Лисы в стрельбе из лука пришлось бы досрочно заканчивать.

Глава всего Племени, выходец из рода Медведя, огромный усатый охотник поднялся со своего почетного места у подножия холма и в сопровождении идущих по бокам от него дюжих сыновей вышел вперед. Встав полубоком, чтобы было удобно обращаться и к зрителям на склоне холма, и к участникам испытания на поляне, включая детей Кабана, прервавших на время свои состязания, Маргар, так звали вождя, начал очень громко, сложив руки рупором перед лицом, говорить:

— Храбрый народ моего Племени, я искренне поздравляю вас с появлением в наших рядах еще одного мастера стрелы! Но давайте все-таки немного поостынем и дадим остальным молодым охотникам тоже себя показать. Сдается мне, не все примявшие сейчас траву задницы настолько молоды, чтоб их хозяева впервые видели восьмую сбитую мишень во время испытаний. — ожидаемые смешки и согласные возгласы подтвердили его слова.

— А вот девятую навряд ли! — выкрикнул обалдевший от своего последнего выстрела Арил, видимо, не совсем понимавший, как нагло звучат его слова.

Такая дерзость поставила вождя в крайне неприятное положение. С одной стороны, он должен бы наказать юнца, посмевшего на глазах у всего Племени нахально перебить его, с другой же, и это явно читалось на лицах собравшихся вокруг людей, отказ в скрытой просьбе Арила народ не поймет. Несколько мгновений поколебавшись, Маргар расплылся в довольной улыбке, приняв решение, которое, как ему показалось, должно устроить всех.

— Ты здорово наловчился пускать стрелы из этой твоей рогатой штуковины, паренек, — начал вождь свою речь, — Но отступать от традиций непросто. Поставить тебе мишень чуть подальше — значит нарушить привычный ход испытаний, ни разу не изменявшийся, Ярад ведает с каких времен.

Затянув паузу настолько, что часть собравшихся уже начала недовольно роптать, Маргар продолжил:

— Но наша жизнь не стоит на месте. Все меняется, и твой лук лучшее тому подтверждение. Я не слепой и вижу, что родичи ждут продолжения, — холм поддержал его слова довольным гулом, — Поэтому, пожалуй, я разрешу тебе попробовать нас удивить еще раз. Но ежели мишень за две оставшихся попытки так и останется цела, всех набранных в состязании лучников баллов ты лишишься. Что скажешь, молодой стрелок, готов рискнуть во славу рода Лисы?

Арил стоял и слушал речь вождя, постепенно мрачнея лицом. Он уже понял, в какую ловушку загнал себя сам. Сейчас отказаться от продолжения стрельбы, которое парень практически выпросил своей глупой фразой, означало покрыть свое имя глубоким позором, в котором потонут все предыдущие заслуги. Деваться было некуда. Поставив все на кон, придется испытать судьбу.

— Готов, мой вождь! — голос Арила прозвучал нарочито твердо.

— Тогда начнем, — довольно огласил Маргар приговор, и тут же двое мужчин, выдернув кол, на котором висела мишень, принялись отсчитывать еще десять ярдов. Закончив установку цели, охотники торопливо отбежали в сторону, и юноша встал на позицию.

Вечером того же дня у большого костра, горящего в центре окруженной шатрами площадки, долго шумел никак не желавший расходиться народ. Все, наперебой, обсуждали сегодняшние события:

— Нет, ну это же надо было так обнаглеть! С первого раза попал в девятую мишень, а дальше, мол, не буду, оставлю для следующих поколений. Тоже мне, благодетель нашелся. — возмущался, задетый выходкой Арила за живое, один из лучших во всем роду Орла мастеров лука, Морлан по прозвищу Длиннорукий. — Дайте мне только его рогач на пару деньков, и я утру нос этому гордецу. Я, конечно, не умаляю заслуг мальчишки, оружие он смастерил отличное, но нечего строить из себя величайшего стрелка всех времен.