Андрей Рымин – Вслед за Бурей. Дилогия (страница 117)

Поначалу охотники тяжко страдали от смрада висевшего в комнате, но потом вонь приелась, и ее замечать перестали. Почти. Больше запахов, жажды и голода арестованных мучила скука. Обсудить все что можно друг с другом — родичи давно обсудили. Только Майно еще время от времени пробовал развязать разговор, но без должной поддержки вся беседа обычно вмещалась в пару-тройку бессмысленных фраз, раз за разом уступая молчанию. В тишине заключенные делали то единственное, что хоть как-то могло их развлечь. Они слушали площадь.

За решетчатым сводом окошка жизнь кипела на все голоса. Подсмотреть за синарским бытьем у сидящих в подвале возможности не было — чересчур высоко. Не достать даже, если забраться Валаю на плечи, что пробовали. Оставалось выхватывать скудные образы с улицы только ушами, через понятные звуки и реже слова, проникавшие внутрь обрывками фраз. Радости мало, конечно, но лучше, чем надоевший треп Майно. Да и нечем же больше заняться.

Вон, гремя ободами колес, тарахтит по брусчатке повозка. А, может, телега. Кто в ней едет, и что в ней везут? Неизвестно. Но разум на что? Каждый может додумать, что хочет. Вон, торговец-мальчишка несет пирожки на лотке, о чем сам и орет во все горло. Хорошо орет, красочно. Слюни сами-собой проступают во рту: пирожки — это вкусно. А вот, что же такое депеша? Наверное, зверь, сродни лошади, раз некто вверху сообщил баритоном: — «Пришла». А Шелгард, помянутый день до того, кем-то хриплым? Город, имя, напиток? Из фразы не ясно. В речах северян, и вообще, смысл трудно сыскать, а тем более, если не слышал всего разговора. С действом проще. Зазвенело рассыпчатой дробью сквозь ругань — и Матук докумекает: кто-то кошель обронил. Нынче знают охотники цену деньгам, на монеты успели взглянуть.

Вдруг, стук многих копыт заглушает все прочие звуки — группа конных летит наверху. Знать торопятся, раз несутся галопом по самым оживленным местам — так и затоптать кого можно. Не иначе случилось что важное. Или, вот вам пожалуйста — козы! Столь привычное с жизни минувшей тягучее блеяние. Неужели по площади гонят рогатых? Не верится, но оно так и есть: сотни мохнатых копытец цокотят по камням мостовой. Раньше кроме коней за окошком животных не хаживало. Странно как-то. А это еще, что за крики?!

Голос женский, и в голосе страх.

— … убили… пропал… к нам идут! — долетели обрывки взволнованной речи до родичей.

— Ой, что будет! — прозвучало чуть ближе.

— Нужно дергать в Селину! А лучше на север, за горы! — распалялся мужчина над самым окном.

— А успеем?! Лошадей-то забрали! — всхлипывала молодая девчушка.

— Волов запряжем! Бегом, бегом!

Топот ног оборвал разговор, но вверху уже слышался следующий.

— Анжей где? Вы не видели Анжея? — с придыханием вопрошала старуха.

— Нет! И я Седрика своего не могу найти. — отвечала охрипшая тетка — У южных ворот их не было. А уходили ведь вместе.

Взволнованные голоса сменялись один на другой. Крики множились. На площади стремительно разгоралась паника. Люди орали, куда-то бежали, толкались и падали. Ругань заглушал плач, а его в свою очередь вытеснял на второй план предостерегающий рев трубы. Что-то страшное творилось в Синаре. Родичи давно уже повскакивали со своих лавок и, прижавшись к стене под окном, вслушивались в происходящее наверху.

— Да что ж там случилось, — неизвестно кого спросил Майно. — Может…

— Тшш! — шикнул на болтуна Валай. — Дай послушать.

На удивление Майно удержался с ответом, что бывало с ним редко. То ли сработал грозный взгляд Волка, то ли до парня дошла вся серьезность момента. По услышанному любой дурак мог понять: горожанам там наверху не до шуток. Ну, а дальнейшие крики и шум только сильнее уверили в этом ребят. Охотники вопросительно переглядывались. Страшные догадки уже начали возникать в головах, но озвучить их первым никто не решался.

Неожиданно, да настолько громко, что все пятеро вздрогнули, загремели дверные запоры. Причем, лязгнула не задвижка «кормильной дыры», как родичи окрестили окошко-лючок, сквозь который подавали еду и потом забирали пустые тарелки, а защелкал центральный замок. Кто-то быстро ворочал ключом там, снаружи. Наконец обороты закончились. С мерзким скрежетом громыхнул поперечный засов. Напоследок скрипнув петлями, тяжелая дубовая створка резко дернулась в сторону. На пороге стоял Джейк.

Весь какой-то помятый, потрепанный и до неприличия грязный дружинник сейчас совершенно не походил на себя самого двухнедельной давности. Порванная местами одежда, черные круги под глазами, густая щетина на осунувшемся лице — все говорило, что воин с дороги, и путь был нелегким. Выглядывающий из-за спины Джейка охранник смотрелся домашним чистюлей и неженкой рядом с суровым солдатом. Причем, нескрываемый страх в вытаращенных глазах стражника на фоне хмурой решимости воина еще больше усиливал это впечатление. Было очевидно, что тюремщик растерян не меньше, чем распахнувшие рты арестанты.

— Выходите! — грудь дружинника вздымалась, как после быстрого бега. — Они уже близко!

— Кто они? — вырвался глупый вопрос у Валая.

— Орда!

— Юлань матушка! — неожиданно запричитал Матук. — Неужели опять побежим? Сколько ж можно…

— Наши где?! — перебила здоровяка Мина. — Много тварей?

— Мне нужен мой лук! — потребовал Ралат.

— И мне тоже, — немедля поддакнул Майно.

— Оружие сейчас выдадим, — бросив суровый взгляд на охранника, пообещал Джейк. Тот поспешно кивнул и, судорожно нашарив на связке увесистый ключ, сунул его солдату.

— Только нашенское. Ваши родичи давно, как селиться ушли. Все! Давайте быстрей! По пути расскажу что и как.

Дружинник развернулся в дверях и торопливо зашагал по коридору. Охотники одновременно бросились следом за ним, пихаясь в узком проеме. Напуганный стражник тоже было устремился за Джейком, но солдат, обернувшись, скомандовал:

— Ты-то куда? Давай выпускай остальных. Вооружай, и все вместе к Советнику. Он у южных ворот.

Служака опять закивал, а освобожденные только сейчас поняли, что во всем длинном коридоре подвала кроме них никого нет. Одинокий стражник остался выполнять указания, бывших же арестантов встретила лестница, а за ней и первый этаж. Здесь также царило безлюдье. Пробегая по пустой галерее охотники только единожды наткнулись на выбиравшегося из боковой комнаты человека. Низенький с выпуклым пузиком, совершенно не похожий на воина мужчина прижимал к груди несколько объемистых свитков.

— Карты, — как бы оправдываясь, сообщил коротыш. — Велено принести.

Не удостоив пузана ответом, Джейк провел родичей мимо и, свернув за угол, остановился возле массивной обитой железом двери.

— Можете брать все, что глянется, — предупредил дружинник, открывая замок. — Пик и мечей в Синаре сейчас больше, чем рук. Мужских рук, — с грустью поправился Джейк.

Увиденное внутри помещения заставило родичей второй раз на дню распахнуть рты. Деревянные стойки ломились от множества копий; из продолговатого короба рядами торчали рукояти мечей; рядом свалены россыпью грубые ножны в поддоне; следом ящики со связками стрел; на высокой подставке по левую руку полно арбалетов; справа полки с одеждой и шлемы на верхней из них. Чудеса, да и только — просто глаза разбегаются. Это ж сколько людей можно воинами выставить? Были бы люди. Да только, похоже, их нет.

Мина первой опомнилась и схватила тяжелую длинную пику. Подержала в руках и со вздохом отдала Валаю. Себе взяла меньшую. Следующие три минуты охотники, словно малые дети попавшие в сказку, ковырялись в сокровищах оружейной. Джейк метался меж родичей, торопя и обильно раздавая советы. Меч-двуручник, к примеру, который Матук прихватил, не подумав, немедля вернулся обратно.

— Что ты с ним будешь делать? — скривился солдат. — Я и то не управлюсь с таким. Здесь уметь нужно.

Шлемы тоже остались на полках. Хотя кое-кто упирался, как мог, никак не желая понять, что от чудищ орды не спасет, ни железная шапка, ни блестящая сетка кольчуги.

— Порвут на раз-два, — поделился дружинник. — А скорее повалят и стопчат. Я видел своими глазами, как шелгардский в кованых латах хрустел под копытами этих… с рогами, которые. Или лапы у них. Хрен поймешь!

В итоге охотники ограничились копьями и кинжалами. Мечей решили не брать — только мешаться будут. Против человека оружие, да и то лишь в умелых руках полезно. Зато с арбалетами просто. Джейк на раз показал, как взводить механизм рычагом и закладывать болт. Ничего с виду сложного. Стрел взяли с запасом: по паре связок на каждого. Осталось стрелять научится. Будь здесь луки, конечно бы выбрали их, но стражники, как оказалось, не имели такого оружия вовсе.

— Луки у регуляров в войсках, — развел руками дружинник. — Ну и у охотников есть, конечно. Сейчас некогда, а потом в наших казармах пошарим. В цитадели должны отыскаться.

Тем не менее один вожделенный тугой полумесяц нашелся-таки в щели между стоек. Изогнутый дважды, уже с тетивой, немного похожий на «рогатое чудо» Арила, только без кости в основе. Наверное, нынче в подвале «гостит», кто из «черных охотников» — браконьеров по местному. Или раньше «гостил», как возникновение лука попробовал объяснить Джейк. Привычное оружие приметил удачливый Майно. Колчан лежал рядом. Охотник, с довольным «Ага!», подхватил лук и стрелы, но радость его вышла недолгой.