Андрей Рымин – Безверыш. Земля (страница 2)

Даже шёпотом разговаривать на запретные темы нельзя, потому обсуждаем грабительские цены на зелья. За лечилки, каких тут три штуки, как в Архе, вдвое больше дерут, чем везде. Зато выбор богатый — и сонное есть, и «будилка», и запах сбивающее, и для силы мужской, и «трезвилка», что снимает в момент опьянение, и совсем уж ненужная здесь «лошадиная прыть», от которой уставший конь снова бодрым становится. Только дурки нет, что и понятно — на Земле она тоже под запретом.

И вот с улицы, наконец-то, доносятся голоса. Дверь распахивается, и в трактир валит шумной весёлой гурьбой возвращающийся с тренировочного поля народ. Здесь, и Вепрь с друзьями, и лохматые здоровяки Блута, и ещё под две дюжины мужиков. За столом в один миг стало тесно.

— Ну так что там? Зачем вас живчики дёргали? — поинтересовался усевшийся рядом с Ло Вепрь.

— Хотели послушать историю наших скитаний, — улыбнулся колдун.

— И мы тоже хотим! — рявкнул Блут. — Давай, герой, рассказывай, как с лоскута на лоскут прямым ходом прорваться смогли. Жратва подождёт.

— Не герой, — вздохнул Ло. — Не успевший вернуться в свой полис дурак. Впрочем, не я отряд вёл. Командир наш был горцем. Хороший мужик — себя бросить просил, когда понял, что мы всех не дотащим. Мы на крупную стаю древесных волков нарвались. Дар, у кого какой был, спустили почти подчистую, зелья тоже на раненых все извели. А тут леший. И старый, зараза. Семерых покалечил. Носилки мы сладили — и на бобах назад в полис. Три дня жилы рвали. Каких-то минут не хватило. Уже стены видели. Дальше грустно совсем.

Чуть другими словами колдун повторял ту историю, что недавно рассказывал Совету бессмертных. Ложь проверенная. Часть правды, часть выдумка. Ло умеет врать складно. Народ, окруживший нас, слушал внимательно. Перебивали нечасто. Больше охи и ахи. Вопросы пошли уже с части, где мы встретили мишку. Там и я помогал колдуну, благо давеча обкатал сей рассказ на друзьях.

Но история долгая, так что стол вскоре стал заполняться едой и бутылками. Пошли первые тосты. Тут Ло мастерски их с Сепаном отмазал от выпивки. Мол, вчера перебрали — сегодня всухую сидим. Со мной пили сиропную сладкую воду. Причём, ту, что была нами же куплена ранее в лавке — я сгонял наверх, притащил. Там бутылочки маленькие. Сдирай крышку и сразу лакай из горла. Ханса всё ещё нет, но кто знает — вдруг, как-то пробрался на кухню? Рисковать нам нельзя.

Но вот, спустя час, когда Ло уже подобрался к финалу истории, в дверях новые лица. С Хансом двое. Неужели, и эти гахары? Тогда всё совсем плохо.

— Гля, кого мы поймали! — хлопнул по плечу Ханса один из его спутников. — Одарённый о двух дарах.

— Закрыл нору? Красавчик! Хорош! Давай к нам! Место Олафу!

Брых, чернявый здоровяк из четвёрки ронхийцев, пихнул задом соседа, освобождая часть лавки между мной и собой.

— Сюда падай, дядька, — поманил он Ханса.

— Дайте хоть барахло снести в комнату, — рассмеялся гахар. — Я туда и обратно. Вина к нам на стол! — махнул он слуге. — И побольше! Сегодня я угощаю.

Фух… Не надо мне его тут под носом. И так уже переживалка дрожит. Переодеться урод успел в чистое — видно, наряд запасной прикупил — и вымыться тоже — наверное, у девок в борделе — а вот рюкзак, что с собой в Бездну брал, ещё на спине.

— Давай, давай. Место ждёт, — убил моё облегчение Брых.

А, может, оно так и лучше. По плану мне с гахаром поболтать предстоит так и так. Вот только попозже хотел, когда народ посильнее зальётся.

— Вино, да вино, — словно бы прочёл мою последнюю мысль четвёртый ронхиец, Бавар. — От вина вашего запах один. Тащи огненки! Чай, не самые благородные рожи за этим столом, чтобы брезговать пойлом покрепче.

Народ встретил речь одобрительным хохотом. Хотя, белобрысый бородач и не прав. Да, знать, даже из выбравших для проживания трактир, держится особняком, но именно сами амбалы благородством как раз и могли бы похвастаться. Уже знаю, что эта четвёрка — сыновья правителя полиса Ронх. У того сыновей пруд пруди, как и жён, и в наследниках никто из бородатых братьев даже близко не ходит, а по крови они всё равно все царевичи.

Полис странный там. Каждый род возглавляет Отец, от которого бабы детей и рожают. Сыновья все — на Путь, дочери — на выданье. Своих собственных отпрысков заиметь может только лишь тот, кто новый род создать вздумал. А у них это сложно. В общем, матери у бородачей разные, а батя один. Царской кровью не кичатся лишь потому, что не принято это у них. Сын правителя такой же сын полиса, как и прочие «не Отцы». Нам про это вчера Клещ рассказывал.

На столе пополнение винных бутылок, и меж ними теперь ещё новых прибавилось. За прозрачным стеклом не менее прозрачная огненка. Праздник движется в правильном направлении.

Ну а вот и виновник торжеств. Возвратившийся Ханс влез на лавку между мной и Брыхом.

— И ещё раз привет, юный друг!

Ох и мерзкая рожа. Так и пышет довольством. Он сегодня уже победил в своём главном бою. Гад уверен, что Ло уже мёртв.

— Ого! Знаешь Китара?

Удивление Бочки понятно. Мир наш меньше, чем кажется.

— Довелось повстречаться в Земграде. Замечательный парень, — потрепал меня гахар по плечу.

— Тесен мир, — поднял бокал с вином Вепрь. — Он и наш друг. За встречу!

— За встречу! — подмигнул мне убийца. — Очень рад, что судьба нас повторно свела.

Дружно выпили. Или мне показалось, или Ханс иронично скривился, бросив взгляд на бутылку с сиропной водой, которую я специально поставил на стол от него подальше. Йока с два ты в неё что подсыплешь. А уж Ло так тем более. Колдун сидит наискось от нас, с другой стороны стола. Но боюсь я не этого. Как кольнёт меня отравитель в бок обмазанной ядом иглой, как помру я потом через час или два. И пойди докажи потом, что убил меня именно Олаф.

Тут мы сразу уговорились, что если дойдёт до такого, то тут же орём на весь зал — и с поличным урода хватать. Но Ло думает, что скорее в питьё яд отправится. Там за руку сложнее поймать. Укол всяко почувствуешь. Но всё равно жуть, как страшно рядом с гадом сидеть, даже зная, что меня защищает жемчужина.

— Кто твои друзья мне расскажешь?

Вопрос задан не шёпотом, и Брых избавляет меня от необходимости отвечать.

— Эх, чутка опоздал ты. Мужики с лоскута на лоскут прямым ходом пробились. Дерхан только закончил рассказывать. Потом малый повторит для тебя. Сейчас сам давай про дар и про Бездну.

— Испытание явно простое досталось, — пробасил Блут, сидящий напротив. — Больно целенький и не схуднул даже.

Гахара отвлекли, и тому пришлось минут десять описывать своё испытание и ругаться на выпавший дар. Мол, совсем бесполезный. Рассказ, к моей радости, трижды был прерван на тосты. Чем быстрее напьётся народ, тем скорее развязка. Запускать представление мне. Жду сигнала от Ло, но и сам по идее пойму, когда время придёт.

— Вы в Предземье ещё познакомились? — вновь пристал ко мне Ханс, завершив свой рассказ.

Народ как раз закончил обсуждать его историю и переметнулся к любимой всеми и, как видно, уже ни раз и ни два поднимавшейся в этой компании теме: «Чей дар лучше?». Сейчас каждый будет хвалиться, кому чем похвастаться есть.

— С Вепрем да. Мы же с острова одного.

— Я про новых друзей. С кем в Ковчег ты пришёл.

Что пристал? Хочет выяснить, помогаю я Ло, или просто несведущий спутник?

— На корабле познакомились. Вместе плыли на Землю, вместе в Горе служили.

— Ясно, — ухмыльнулся гахар. — Повезло тебе. Сильные воины в друзьях.

Йок! Какой же я дурень! Теперь Ханс считает, что поймал меня на вранье. Он уверен, что колдун уплыл раньше на Землю. Потому он за ним и рванул из Земграда. Надо было сказать, что с Дерханом мы здесь познакомились. Хоть на время бы, но отвёл от себя подозрения.

А тем временем первый рассказчик свой дар нахвалил, и за зоркий глаз глядуна нужно выпить. Рюмки, кружки, бокалы подняты. Если за каждый дар будут пить, дело круто ускорится.

— А у малого нашего знаете сколько даров?

Ох, спасибо Клещу! Спас меня от продолжения разговора с гахаром.

— Что и парень при даре? — удивился рыжебородый ронхиец.

— При трёх, — заржал Клещ. — Расскажи, малый. Пусть все от зависти лопнут.

Тут уже настал мой черёд бахвалиться дарами. Про невидимость рассказал. Тут же выпили за меня и способность полезную. Сразу вырос в глазах богатеев, что пока в большинстве здесь своём сами бездари. Дальше начал уже про клинки. Тут от охов и ахов аж начал краснеть. Этот дар у меня — всем дарам дар. Кто и вовсе про такие не слышал, а кто знал, только языками прицокивал в зависти.

— Ну, а третий что? — начинающим заплетаться языком спросил кто-то с дальнего конца лавки, когда все опять дружно выпили за мою удачу.

И вот тут я внезапно замялся. Вот ведь йок! Расскажу, что я вижу года и отмер, так Ханс сразу поймёт, что я с Ло заодно. Впрочем, он и так уже догадался. Нашёл взглядом колдуна. Тот кивает — мол, хрен с ним уже, больше можно не притворяться. Ну и ладно. Быстрее закончим. Повернулся к гахару и с наглым прищуром сказал, глядя прямо в глаза сраной нелюди:

— Человека года вижу вместе с отмером. От меня свой возраст не скроешь. Свой истинный возраст.

Гля! И смог ведь защиту пробить. На миг маска добряка-Олафа, натянутая гахаром на рожу, исчезла. На меня смотрело чужеродное зло. Взгляд кричал: «Значит так? Хорошо.» Вот теперь он меня точно прикончит. Вернее, попробует.