Андрей Рымин – Бессмертыш (страница 44)
Полуденное солнце обжигает лицо, а горячий ветер обдает жаром. Словно в сауне без возможности прыгнуть в ледяную купель.
— Надеюсь, у твоего Сафина на яхте будет кондиционер, — говорю ворчливо.
Эдер разбудил меня рано, чтобы мы успели на самолет и прилетели сюда, к пристани, где пришвартована новая яхта Тимура Сафина — того чемпиона, которого Алекс никак не может обойти.
А я ненавижу рано вставать!
— Там будет море, где ты сможешь искупаться, — терпеливо отвечает. Его спокойствие сейчас как зуд в районе лопаток. Хочется почесать, но не достаешь.
— Вот уж спасибо, — хлопаю дверью арендованной машины. «Мерседес», конечно же.
— И каюты. Прячься, сколько влезет.
— Пф-ф, — отворачиваюсь.
Мы едем по серпантину вдоль моря. По радио играет очередной хит Леди Гаги, и я втайне отстукиваю ритм правой ногой. Ну как втайне, Алекс иногда косится на мои ноги и не может не заметить.
— Если бы ты надела что-то свободное, но закрывающее все тело, то тебе не было бы так жарко.
Вспоминается платье Серены в жуткий цветочек. То было длинное, закрытое, и я бы не надела что-то похожее уже из принципа.
— Мне нравится, когда ты пялишься на мои ноги, — говорю, спустив очки на нос, и отворачиваюсь к морю. Там полный штиль.
— На них сложно не пялиться, когда они постоянно голые и вечно у моего носа.
Открываю сумочку и достаю телефон, чтобы сделать несколько фотографий для профиля. В первую очередь, конечно же, свои ноги в новых эспадрильях, затем море и Алекса. Хмурый гонщик даже не повернулся.
Так и запишем: «Всегда сосредоточен и серьезен. Но, правда, мил?»
— Выпиши мне штраф, — выдохнув, говорю. Прикрываю веки и думаю поспать. Нам ехать не меньше получаса.
— Лучше наказать, — говорит тихо.
Сон мгновенно пропадает. Сажусь ровно и подтягиваю ноги к себе. Ребра раздувает от моего дыхания. Внутри все тоже пышет жаром.
По радио начинаются трескучие помехи, и Алекс выключает его.
Хочу, вопреки моему волнению, чтобы Алекс положил ладонь на мое колено и чуть его сжал. Посмотрел на меня с легкой улыбкой, возможно, и подмигнул. Его солнечные очки полупрозрачные, и я бы непременно все увидела.
Но Алекс сконцентрирован на дороге, может, на своих мыслях. Скала, которую мы сейчас проезжаем, более гибкая и подвижная, нежели Эдер.
— Есть какая-то инструкция, как нам себя вести? — спрашиваю, стоило гонщику припарковать автомобиль.
— Нам? Или тебе?
Стреляю взглядом в Алекса, который уже достал вещи из багажника. Все, что мой фиктивный парень делает, он делает уверенно, с присущей ему сексуальной неторопливостью.
— Сделаю вид, что я не поняла, — несколько обидно. —
Таня — моя подруга. Наши с Алексом фиктивные отношения — самый крупный секрет. И если мы уединимся, то будет сложно сохранять лицо, когда Таня спросит, как мои дела. А она спросит.
Да и Тимур с Майком довольно близкие для Алекса люди. Ему норм, что он врет им, глядя в глаза? Или я — часть бизнеса, который остается за рамками их странной дружбы?
Отдых на яхте на несколько дней перестал казаться мне такой уж классной идеей.
— Как и всегда, Марта.
В переводе: «Мне быть влюбленной дурой». Понятно.
— И да, буду благодарен, если не будешь забывать про лифчик, — бросает, развернувшись на сто восемьдесят градусов.
— А я хотела позагорать топлес! — кричу. — Нельзя, значит?
Эдер останавливается, и я почти врезаюсь в его спину. Широкую, нагретую на солнце, обернутую в муслиновую рубашку с коротким рукавом желтого цвета.
— Что? Я не люблю следы от купальника на своем теле. Мне нравится ровный загар. А тебе?
Наконец, Алекс решает развернуться. Но если через его солнечные очки глаза видны, то у меня непроницаемо черные. И Эдер никак не сможет вычислить по моему взгляду, что шучу.
Или нет…
— И мне. Еще селфи не забудь сделать. Уверен, охваты увеличатся раза в два.
— Зачем же селфи? Попрошу тебя.
Хожу по острому краю.
Мы стоим близко друг к другу. Из-за отсутствия каблуков мне хочется привстать на носочки, чтобы дотянуться до Алекса. На гриде он один из самых высоких пилотов. Его рост почти сто девяносто.
— Ты же понимаешь, что я, скорее, скину тебя за борт, стоит тебе потянуться к веревочкам своего, уверен, и так супероткрытого купальника? — говорит проникновенно. Его взгляд бегает по моему лицу, останавливаясь на губах чаще всего.
— Тогда я ухвачусь за тебя, и мы упадем вместе, — вибрация собственного голоса пугает своей глубиной.
— Я не умею плавать.
— Как это?
— Ну, делаю это очень плохо, — закатывает глаза и устало посмеивается. Еще один секрет Алекса Эдера. И снова мне рассказал.
— Даже я умею. А в нашем городе, откуда я родом, был единственный бассейн с очень холодной водой. Учиться можно было только там. Помню стертую серую плитку на выходе из душа и огромные часы на стене.
— Молодец, Марта, а я не умею!
— Хочешь, научу?
Алекс быстрым шагом устремляется к яхте Сафина, рискуя оставить меня на берегу.
Сдерживаю смех мышцами живота, как только могу. Гонщик не простит мне, если я засмеюсь. И правда за борт столкнет. А я так и не успею сделать селфи, где я и Алекс на фоне бирюзы Средиземного моря.
— Да стой ты! — бросаю в спину. Обиделся…
Подлетаю к своему гонщику, когда Эдер круто разворачивается и вызывает мой испуг.
— Скажешь кому-нибудь…
— Ну, если не будешь диктовать, во что мне одеваться, как загорать, то…
— Снова шантаж? — тем не менее с улыбкой говорит.
Сохраняю на лице улыбку, но внутри неспокойно. Даже как-то холодно в легких, когда только-только вдохнула влажный обжигающий воздух Италии.
— Вы там долго еще? — такой странный, но ответственный момент бесцеремонно рушит номер один всего пелетона — Тимур Сафин.
Он стоит, облокотившись о перила. Не хочу и думать, как давно Тим стал свидетелем нашего с Алексом разговора и все ли слышал.
— Соскучился, что ль? — громко спрашивает мой гонщик.
Оба смотрят друг на друга с легким раздражением.
— Вот еще. Сдался ты мне, — и отходит вглубь яхты.
Но даже когда у нас не осталось свидетелей, Алекс берет меня за руку, переплетает пальцы и тянет к мостику, по которому и перебираемся на палубу.
Яхта большая. Невообразимо большая. Не знаю, чего мне стоит не раскрыть рот от удивления. Самое дорогое место, где я была, это частный самолет Эдера. Ну и вип-зона во время гоночного уикенда. Возможно, имение Эдеров. Но яхта Сафина…
На нижней палубе несколько кают, ванная комната и кухня. Вторая — зона отдыха, где есть крытая от солнца часть и открытая с несколькими диванчиками. У металлических бортиков бассейн. На самом верху штурвал и закрытая зона столовой.
Таня встречает меня как раз в зоне отдыха. В ее руке коктейль в пластиковом стаканчике, сама она успела переодеться в купальник, поверх прозрачная туника, в которой узнаю последнюю пляжную коллекцию от «Dior».