Андрей Респов – О скитаниях (страница 82)
– А ты не завидуй, Торкель! Может моя скаредность и жадность завтра спасёт многим из вас жизнь, – библиотекарь подслеповато уставился на Ветродуя.
– Значит, проблема эвакуации с поля боя магов практически отпала, – решил я вернуть отвлёкшихся магов к обсуждению проблемы. Скажите, мастер Ордонанс, нет ли в хранилищах Варрагона запаса смолы и камней для стен?
– Да полные подвалы этого никому не нужного дерьма! Но ты же исключил оборону стен, Эс? К чему тебе это барахло?
– Давайте пройдём к чертежу города, хочу уточнить несколько моментов, – я взял начальника стражи под локоть, и мы проследовали к столу, – Бьярд, насколько я помню, да и на чертеже видно, почти все улицы подходят к стене радиально? Особенно те, что параллельны главной, что ведёт к воротам.
– Да, это так Эс. Под стеной кольцевая дорога, впору разъехаться двум упряжкам…
– А ширина улиц?
– Ну, на основной, что к воротам, тоже две упряжки разъедутся. А вот на остальных… А, я понял, ты хочешь забросать их бочками и камнями, чтобы вынудить орков двигаться по основной! Хм, но это их задержит минут на пять, не больше. А сил мы потратим… Нет, дурь какая-то…
– Не спеши, Бьярд. А если после сброса бочек и камней, скажем на десятке направлений, в дело незамедлительно вступит Грандмастер Дориас Файрин с подмастерьями? А?
– Там станет жарче, чем у Подгорного в печи!!! Ха! А мне нравится! – хлопнул себя по коленям Ордонанс.
– Скажите, мастер Файрин, а мы можем добиться жара, чтобы камни раскалились докрасна?
– Хм, – толстяк задумавшись скривил смешную рожицу, – ну если Торкель подсобит, чтоб ветра свежего нагнало, да положить пару хитрых алхимических склянок в каждую бочку…хм, может получиться знатное пекло, камень потечёт!
– О, хорошо, что напомнили! Напомните алхимикам в Варрагоне о моём эликсире Спирта. Если им пропитать тряпки, закатать их потом в маленькие бочонки, но не туго набивать, и сбросить вместе со смоляными, это здорово прибавит проблем остроухим.
– Погодите, Мастер Холиен, но у эльфов тоже есть сильные маги Воды, они быстро потушат пожар, – нахмурился Торкель Ветродуй.
– Отлично! Замечательно пусть тушат! Вы никогда не пробовали вылить ушат воды на раскалённый докрасна камень, уважаемый Ветродуй?
– Нет, мастер Холиен, а что?
– Увидите, завтра утром или спросите алхимиков. Бьярд, треть бочек будем заливать маслом для светильников или любым другим растительным. Сбрасывать уже во вторую очередь, после попытки тушения пожара. Посмотрим, как у эльфов получится тушить горящее масло… Стоит подумать и о защите. Всех магов Огня, которые первыми вступят в бой будут прикрывать мои друзья и мой Щит Воды. Насколько мне помниться, он хорошо должен взаимодействовать с Щитом Воздуха, не так ли, Грандмастер Ветродуй?
– Абсолютно, мастер Холиен.
– Значит, вы подключитесь к защите после помощи Грандмастеру Файрину в разжигании адского пекла.
– Резонно, – согласился маг.
– Уф, уважаемые маги, уж и не знаю... Если и тот кавардак, что мы устроим, не задержит захватчиков на несколько часов…
– Не сомневайся, Эс, срань Единого, это будет весёлое утро в Варрагоне! – расхохотался Ордонанс. И маги, стоящие вокруг заулыбались. В их глазах то и дело проскакивали безумные искры предвкушения магической битвы.
Маньяки, что с них взять… Пиро, гидро, аэро и, естественно, гео.
– И чего стоим? Ночи чуть больше пяти часов осталось. Вперёд! –Бордис Минар, мастер Магии Разума, мастер Порталов, Ректор Университета Варрагона снова был у руля. И был прекрасен на своём месте...
Шатёр опустел, словно по мановению волшебной палочки. Кто-то тронул меня за локоть.Глава Гильдии Магии Жизни, мастер Яр Протум:
– Вы не сказали, что делать нам, где моё место, Грандмастер? – маг избегал прямого взгляда, возможно думая, что в немилости за высказанное недоверие.
– А у вас, дорогой вы мой маг Жизни, самая важная задача! – Протум от такого напора даже опешил, – распределите ответственно членов вашей Гильдии между всеми ключевыми фигурами в сражении. Вы ответственны за их здоровье и боеспособность! И это ещё не всё. Самых занудных и въедливых своих учеников отправляйте к беженцам. Нельзя забывать о буббонке. Вы меня понимаете? Контроль, контроль и ещё раз контроль! Когда падёт защита, в город хлынут не только захватчики. На запах крови и разорения сбегуться крысы. Есть риск заражения…
– Я понял, Грандмастер, и…простите, если что…
– Сочтёмся, коллега… – и я неожиданно остался один в палатке.
Минут через двадцать в неё заглянула любопытная мордочка Тильмана. Я успел прикорнул на стуле, но шорох вернул меня из дрёмы.
– Мастер Холиен! Мастер Холиен! – громкий шёпот половинчика окончательно выкинул меня в суровую действительность.
– Ну чего ещё-то? Не дадут подремать перед смертью…
– Там ваши друзья вас ждут-дожидаются, – хоббит для верности округлил глаза, выпятил грудь и надул щёки, видимо изображая Базилевса.
С кряхтеньем поднялся со стула и похромал, припадая на отсиженную ногу, к выходу.
Ночь полностью вступила в свои права. Трёхлуние на чистом безоблачном небе освещало лагерь так, что не было необходимости в кострах и факелах. Да и лагеря уже почти не было, как такового. Пока я устраивал с магами совет в Филях, большинство шатров и палаток было разобрано. Тиль поманил меня рукой, и мы пошли в направлении костра, ярко горевшего в тридцати шагах по направлению к реке.
Первым звуком, услышанным мной, был смех Руны. Подойдя к костру, я с интересом воззрился на преображённых стараниями Сонгара друзей. Вот это я понимаю, рояли, так рояли!
Базилевс красовался в плотном анатомическом кожаном панцире с серебряной инкрустацией в виде рычащего льва. Чем-то он напоминал древнегреческий. Львы были и на наручах, и на поясе. Только юбка с металлическими лепестками была пониже колена, да ноги, словно чешуя облегали странные штаны из непонятного материала, переливающиеся всеми цветами радуги.
– Зацени прикид, Эс! А сапоги – просто улёт! И на это погляди, – Васин голос упал до благоговейного шёпота. Я и глазом моргнуть не успел, как из-за его спины выпорхнули два топора, ворчливо и глухо стукнув литыми рукоятками о заскорузлые ладони счастливого гиганта. Лезвия отливали благородной синевой, лунный свет создавал причудливую гамму цветов, – красавчики мои, бриться можно!
– Мальчишка... – из-за плеча Базилевса на свет выступила валькирия. И я ахнул... Вроде бы ничего особенного. Тусклая кольчуга под стёганой безрукавкой с меховой оторочкой. Перевязь с метательными кинжалами. Видно не отпускает прошлое ассасина. Колчан, туго набитый стрелами…
И лук. Нет, не так. ЛУК. Намётанный глаз тут же ухватился за благородные изгибы и накладки из кости какого-то зверя. Светлое дерево даже в темноте излучало видимый свет. Только заядлый боумен, а не банальный арчер смог бы по достоинству оценить такой инструмент. Да, да. Не оружие, а инструмент, что сыграет для врагов песню смерти...
– Хочешь подержать? – Руна лукаво улыбалась.
– А дашь? – странно, но у меня пересохло в горле. Лук был уже в боевом положении, с тетивой. Я принял его из рук валькирии бережно, как ребёнка, и…пропал. Странное очарование этого оружия. Гениальная простота линий и грозный потенциал уживались с мягкой уверенностью победителя. Я перевёл взгляд на стоящего поодаль улыбающегося Сонгара:
– А там ещё есть?
– Ещё один маньяк, – широко улыбнулась Руна.
– Там ещё много чего есть, Эскул. Пойдём, время ещё есть. Только не тяни. Зоррах и Хейген только меня и ждут.
– Хорошо, брат, – я отдал с сожалением лук валькирии, заметив, что её вооружение гораздо разнообразнее, чем у Базилевса. Помимо лука и метательных ножей, у пояса висела пара небольших топориков, похожих на индейские томагавки. За спиной висел небольшой круглый щит и ножны с мечом-бастрдом. А ещё кто-то меня маньяком называл...
Друзья остались у костра, а мы с шарангом зашли в единственную оставшуюся в лагере палатку.
–Чёрт, Сонгар, совсем забыл с этой кутерьмой спросить. Замотали меня эти маги... Как мы попадём в Варрагон-то? Там же пригород орками кишмя кишит. И как туда-оттуда прошла такая толпа народу? Маги, герцог с охраной…
Учитель ответил, как всегда, лаконично:
– Канализация.
– Вот дерьмо!
– Оно самое. Давай, не тяни. В этих двух сундуках – доспехи, обувь. Слева у входа – щиты, оружие в тех четырёх ящиках под лампой, – шаранг отошёл в сторону, чтобы не загораживать мне свет.
Ну щиты мне и даром не нужны. Не мой стиль, да и не умею я с ними обращаться. А инвентарь захламлять... вдруг чего нужнее отыщу?
– Броню и доспехи можешь не смотреть, всё, что здесь лежит, не стоит и одного наруча из твоего набора Рагнара Селёдки, – Сонгар подошёл к фонарю, снял его с крюка и приблизил к одному из ящиков с оружием, – вот, то, что ты хотел, – он протянул мне лук, почти точно такой же, как у Руны. Только древесина у валькирии была светлая, почти цвета слоновой кости, у этого же древко темнело благородным антрацитом. Рунгерд выбрала Лук Утренней Звезды, тебе достаётся его брат, Лук Ночной Зари.
– Странное название, – я залюбовался новым приобретением, статов я уже видеть не мог, но внутри всё кричало и вопило: «Мой! Никому! Никогда!»
– Это лук Тёмных, квартерон, словно тебя дожидался…
Я ещё раз по-новому взглянул на своё сокровище. Хмыкнул. Подцепил по совету шаранга целых три колчана стрел, отправив их, не глядя, в инвентарь. Сонгар заметил, но удивления не выказал.