Андрей Расторгуев – Дело в шляпе (страница 6)

Вдруг шевельнулась. Подошла к мёртвой туше и смачно плюнула в повёрнутую набок морду, попав прямиком в удивлённо раскрытый, остекленевший глаз.

– Это он… Тот самый огр, что съел… моих малышей, – произнесла глухо.

Миранда, как назвалась женщина, всё рассказала. Сама, без каких-либо расспросов. Её будто прорвало после долгой немоты. Пересказ горьких воспоминаний сдавливал ей горло, но справилась. Даже не всплакнула ни разу.

Нестор не перебивал. Спросил только название деревни, где жила батрачка. Хотя и сам уже догадался, что едет именно туда. Чересчур много вопросов накопилось у стражи к тамошнему землевладельцу по прозвищу Паларен. Вот и отправили Нестора с ним разобраться. Правда, сведения были расплывчатые, никакой конкретики. Всё на уровне слухов. Не знал даже с чего начать. И вдруг нате вам, такой подарок. Сразу есть что предъявить. Скармливание огру двух младенцев и одной взрослой женщины. Три жертвы, за каждую из которых уже полагалась виселица.

Глава 4

И появляется на свет полный несусвет

– Миранда! Как же так! – всплеснула короткими ручонками дородная тётка.

Она буквально выкатилась навстречу, едва Нестор завёл коня на деревенский гостевой двор и помог Миранде слезть. Наверняка здешняя кухарка. Белый фартук, и едой за версту несёт. Похоже, от безделья маялась, поглядывая в окошко.

– Милорд сказывал, что свёз тебя в город. А ты вот она. Чего вернулась-то? А детки твои где? Кто ж за ними присматривает?..

Вопросы из неё так и сыпались. Миранда не отвечала, упрямо поджав бледные губы.

– Отведи-ка её в комнату, – вмешался Нестор. – Дай помыться и накорми.

Толстуха развела руками:

– Дак я бы рада. Только не живёт она уж здеся. Выселил её хозяин-то.

– Насколько я понял, это гостевой двор?

– Да, милорд.

– Вот и прими гостью, как подобает.

– Всенепременно, милорд. Только с гостей мы плату берём. А с батрачки что возьмёшь?

Достав серебряную монету, Нестор сунул её в пухлую ладонь кухарки. У той на лице мелькнуло изумление, и рука с монетой молниеносно скрылась под фартуком.

– Пойдём, хорошая моя, – толстуха приобняла Миранду. – Отведу тебя в комнату, накормлю, напою. Там всё и расскажешь…

Дом Паларена стражник нашёл без труда. Белокаменные палаты слишком хорошо выделялись на фоне убогих одноэтажных построек, где прозябали батраки. Да и единственная мощёная улочка понятно куда вела.

Отправился по ней пешком. Коню тоже не повредит отдохнуть. Деревенька-то сравнительно небольшая. В одну сторону сто шагов, и столько же в другую.

Миновал бараки под пристальными взглядами кошеваров, колдующих над огромными чанами во дворах. Пересёк ухоженный сад с весело плещущим фонтаном и поднялся по широкой каменной лестнице к парадному входу. В него, похоже, и на коне можно въехать. Высокая двустворчатая дверь из морёного дуба с резными барельефами зверей выглядела надёжно. Всё равно, что крепостные ворота. Мощи ей придавали две толстые колонны по бокам, поддерживающие массивный каменный козырёк.

– Что угодно милорду? – поинтересовался мордатый громила, высунувший в приоткрытую дверь свою недовольную рожу, едва Нэсс дёрнул шнурок звонка.

– Мне угодно видеть хозяина, – ответил спокойно.

– По какому вопросу?

Нестор в удивлении округлил глаза:

– Неужели ты настолько приближён к своему господину, что считаешь себя вправе знать, о чём он будет говорить с гостем?

В замешательстве громила пошевелил квадратной челюстью. Потом всё-таки выдал:

– Паларен доверяет мне, как никому другому.

– Да? Что ж, я за тебя ужасно рад. Но предпочёл бы спросить об этом самого Паларена. Пойдём к нему вместе? Или просто дашь мне пройти, чтобы я случайно не обмолвился о тебе словечком?

Расчёт оказался верным. Верзила отступил, распахнув двери ровно настолько, чтобы пропустить Нэсса.

Просторный холл весь залит дневным светом, благодаря высоким стрельчатым окнам. Лестница слева, лестница справа и лестница прямо. Куда идти?

– Где он? – спросил коротко, хотя уже не нуждался в ответе, «увидев» мутное пятно хозяина выше и правее.

Квадратная челюсть охранника дёрнулась в ту же сторону, показав на правую лестницу.

– Второй этаж, – прогудел он. – Первая дверь налево. Там его библиотека.

Отгрохал же домину, сардачий выродок. Ещё и библиотеку соорудил. Начитанный, гад. И кому теперь всё это добро достанется? Родственников-то у него нет. Жадина, каких мало. Каждую монетку только на себя и тратил. До сих пор живёт бобылём.

– Чем могу?.. – заискивающе начал было Паларен, расшаркиваясь в унизительных полупоклонах.

Свет на груди Нэсса вынудил его заткнуться. Лицо сделалось восковым, похожим на маску с идиотской, будто наклеенной полуулыбкой. Хозяин особняка перестал суетиться и замер, уперев пустой взгляд в сияющий жетон стражника.

– Палас ан Ренат! – церемониально провозгласил Нестор. – Вы обвиняетесь в убийстве живых людей, совершённом путём скармливания оных тёмным тварям во избежание нежелательных действий с их стороны в отношении вас, ваших подданных и вашего имущества. Можете ли сказать что-либо в своё оправдание?

Полная тишина в ответ. Видя, что у тщедушного Паларена вот-вот подкосятся ноги, Нестор поспешил придвинуть стул. Когда перепуганный хозяин в бессилии сел, стражник закончил:

– Вас будут судить королевским судом.

– Не может быть… Не может быть… – повторял хозяин, мотая растрёпанной головой. Потом нервно хихикнул: – Это просто невозможно. Ведь они все умерли. Откуда вам знать?..

Он осёкся, понимая, что проболтался.

– Послушайте! – цепко схватил Нестора за рукав. – Но вы же светлый. Какое вам дело до этого отребья? Они ведь никто. Их тысячи… Миллионы никчёмных людишек, напрасно коптящих небо. Нищие, бродяги, воры… Вот с кем надо бороться. Вот кого изводить.

– Возможно. Только делать это не вам. И уж точно не тем способом, который избрали вы.

– Да, да… Виноват. Каюсь. Не сдержался. Принял участие. Уж как мог. Насколько ума хватило… И что? За это гнить на каторге?

От усмешки Нэсса веяло холодом.

– Нет. Вас повесят.

Преступник вздрогнул, отшатнулся. Вскочил, опрокидывая стул.

На шум в библиотеку ворвался давешний охранник с квадратной челюстью. Видимо, подслушивал за дверью. Глаза бешено сверкают. В руке кривой ятаган. Похоже, пиратствовал в прошлом.

Сразу накинулся, не утруждая себя вопросом, что же тут произошло. В итоге получил эфесом в лоб. Рухнул на спину, да так и остался лежать без движения.

Трясущегося хозяина Нестор нашёл под столом. Выволок на свет божий, но лишь для того, чтобы запереть в подвале до приезда королевских дознавателей.

Судили его через несколько дней. Прилюдно, прямо здесь, в деревне, во дворе собственного дома.

Паларен изворачивался, как мог. Даже показания Миранды нашёл чем опровергнуть:

– Я просто беспокоился о ней и о детях. Как они дорогу-то перенесут? Повёз напрямик, через лес. Да, рисковал. Нарвался на огра. Когда поворачивал второпях, не заметил, как женщина выпала. Виноват, что не досмотрел. Но разве ж это преступление?..

Разбирали, естественно, лишь этот случай. Других свидетелей обвинения по известным причинам не было. Всё шло к тому, что Паларена могут оправдать. Об этом королевский дознаватель, который вёл процесс, и шепнул Нестору:

– При таком положении дел, милорд, я не смогу даже на каторгу его упечь. Не говоря уже о виселице.

– Он же всё врёт. Неужели не видно?

Мантия судьи раздвинулась вслед за разведёнными руками.

– Слово светлого против слова безродной бродяжки…

– Мне же он сознался. Могу выступить свидетелем.

– Вы вправе лишь потребовать поединок справедливости. Но помните, что светлый не может убить светлого. Для этого нужен тёмный.

– Или светлый на службе тёмной стражи.

– Да, но это же не ваш случай.

– При желании я могу заявить вам, как королевскому дознавателю, о переходе в тёмную стражу. А вы это утвердите.

– Хм, – судья задумался. – Уверены, что хотите поступить именно так?