Андрей Расторгуев – Близнецы. Дети за родителей (страница 8)
Я сел слева от короля и поздоровался первым, раз уж был самым младшим из всех присутствующих:
– Доброе утро…
Не зная, кого как величать – по титулам, именам или родству, – продолжать не стал, благоразумно закрыв рот.
– Доброе утро, сынок, – проворковала бабушка.
– Здравствуй, Ник, – удостоил меня ответом король. – Как спалось после вчерашних событий?
– Спал, как убитый, – не подумав, брякнул я. Спохватился лишь, когда заметил, как напряглись мои родственники.
– Да уж, сравнение у тебя, – вздохнул дед, успокаивающе сжав кисть жены. – Действительно, мы все чуть не погибли. Если бы не расторопность охраны и Трофа… Кстати, – король окинул меня заинтересованным взглядом, – его до сих пор не нашли. Не подскажешь, куда он делся?
– Кто? – машинально переспросил я, тут же отругав себя за недогадливость.
Он же о деде Трофиме. Отец ведь тоже сменил имя на Земле, назвавшись более привычным – Никита. И мама была Элизой, а стала Эльзой. Выходит, что и Трофим был Трофом. А как у него фамилия? Сейчас вспомню… Ага, Глинка! Интересно, какую он тут носил?
– Глинн, механик наш, – терпеливо пояснил король.
Вот, значит, как. Механик Глинн. Теперь понятно откуда у Трофима – то есть Трофа – столь глубокие познания в технике. Я пожал плечами:
– Не знаю. Мы с ним разминулись в коридорах.
Губы королевы тронула едва заметная улыбка:
– Не мудрено. Там и Троф заплутает.
– Глинн бы не заплутал, – серьёзно заметил дед. – Странно, что он оставил вас одних с Элизой. Уж не заодно ли этот старый паук с бунтарями?
– Брось, Генд, – махнула рукой его жена, а я взял на заметку, что могу обращаться к деду без официоза. Впрочем, подобное обращение могло быть вполне нормальным в кругу семьи, а не на людях. – Троф на такое не способен. Да и зачем ему? Хотел бы навредить Никию, так бы и сделал. Он же просто потерялся.
– Не просто, Эва. С ним что-то случилось, иначе бы давно объявился.
Вот именно, случилось. Он попал на Землю и остался там жить. Похоже, Троф и мама с папой уверены, что переворот увенчался успехом, король с Полем убиты, а в империи царит или безвластие, или диктатура узурпатора. Иначе как объяснить, что никто из них не вернулся домой? Ведь нам с Лизой это удалось.
– Что-нибудь узнали о налётчиках? – решил я перевести разговор на другую тему. К тому же меня это действительно интересовало.
– Кейтанцы, – поморщился дед, словно съел кислый лимон.
– Когда с них сняли скафандры, увидели, что половина убитых желтолицые, – пустилась в объяснения почему-то королева. – Но меня больше беспокоит, что вторая половина оказалась чистокровными арнийцами. Некоторые служили во внешней охране дворца. Их опознали офицеры. Часть заговорщиков была из герцогства Берит, что наталкивает на определённые мысли.
– Какие? – Я насторожился, почуяв подвох.
– А помнишь, как поспешно сбежал герцог с нашей наречённой невесткой? – нехорошо улыбнулся король. – Не вышло меня свергнуть да освободившийся трон занять, он и подался в бега. Сейчас, надо полагать, новые козни строит.
У меня округлились глаза. Это что же получается, мы с Ленноком теперь враги? Ё-моё, у него же Лиза!
– Я бы не стала рассуждать столь категорично, – заявила бабушка. – Возможно, в герцогстве тоже имеются предатели, сговорившиеся с кейтанцами. Даже неудавшийся переворот на фоне нашей возможной ссоры с Ленноком им явно на руку. Я бы предпочла видеть в лице герцога всё-таки друга и союзника в будущей войне, а не врага. И если кто-то под него копает, надо Ленноку помочь.
– Лишь бы герцог под нас не копал, – хмуро бросил дед.
Королева вздохнула:
– Жаль, он совершенно не идёт сейчас на контакт. Подозревает нас в чём-то.
Повисла пауза. Каждый молча гонял свои мысли, а я лихорадочно искал компромисс.
Идея возникла внезапно. Ещё не успев её толком обдумать, я поспешил поделиться озарением с родственниками, пока умная мысль не ускользнула в те глубины, откуда умудрилась вынырнуть:
– Слушайте, меня же Леннок в гости звал. Помните?
Оба непонимающе уставились в мою сторону.
– И что? – хмыкнул король.
– Я полечу к нему на переговоры. Он же сказал, что будет рад меня видеть. Или слово герцога пустой звук?
Последний довод, похоже, подействовал. Королевская чета переглянулась.
– Действительно, может получиться, – задумчиво проговорила бабушка.
Дед лишь фыркнул, а его жена вдруг мягко сказала:
– Мальчики, мы есть сегодня будем? Уже всё остыло.
– Да, заболтались что-то, – согласился король. Потом пристально посмотрел на меня: – А ты изменился, Никий.
Я почувствовал холод внутри. Чего, спрашивается, полез со своими рацпредложениями? Вычислят ведь в момент. Дед поймал мой растерянный взгляд и вдруг закончил со вздохом:
– Этот день, судя по всему, изменил всех нас. Ладно, ещё вернёмся к этому разговору. Мне надо хорошенько подумать. – Лишь теперь я заметил, что бабушка накрыла его руку своей ладонью, словно убеждая не развивать эту скользкую тему. – Занимайся пока учёбой, сын. Всё. Всем приятного аппетита…
Легко сказать «занимайся учёбой». А как это сделать, если о предметах, которые, по идее, ты должен был изучать на протяжении вот уже нескольких лет, не имеешь ни малейшего представления?
Тактика. Ха! Это не просто ведение боевых действий армейского подразделения в наступлении, обороне или на марше. Военную историю я вообще-то любил и обо всех сражениях, начиная с древних времён и заканчивая современными операциями с применением новейших вооружений, читал взахлёб. Но чтобы выносить эти самые действия в космос, где проделываются сложнейшие трёхмерные манёвры, а если брать гиперпространство, то и четырёхмерные, это уже чересчур. Мозги заплетаются.
Не мудрено, что преподаватель влепил мне кол за работу на каникулах. Оказывается, моему папе дали задание разработать план захвата вражеской звёздной системы с одной обитаемой планетой и довольно-таки крепким периметром обороны. Даже не периметром, а объёмом, учитывая космические масштабы. Естественно, я об этом задании ни сном, ни духом. Вообще интересная у арнийцев система оценок – трёхбалльная, то есть хорошо, плохо и нечто среднее.
Огорчённый первым колом, я поплёлся в ангар, чтобы полететь на стрельбище. В предчувствии очередной взбучки от преподавателя настроение моё упало ниже плинтуса. Не глядя по сторонам, я забрался в катер, сел на предложенное место и горько вздохнул, сетуя на свою нелёгкую судьбу
– Что, Ваше Высочество, не задалась учёба? – послышался знакомый голос.
Подняв голову, я увидел капитана Ланса в кресле напротив. Он был без шлема. Добродушное, оказывается, у него лицо, гладко выбритое. На голове тоже ни единого волоска. Лысина отражала свет потолочных фонарей.
Капитан понимающе улыбнулся и подмигнул:
– Не переживайте. Всегда так в первый день.
Это он что, пытается меня таким образом подбодрить? Получше ничего придумать не мог?
Мой взгляд упал на ружьё, которое Ланс держал на коленях. Судя по всему, стандартный плазменник ПВА-3000, из которого мне сейчас предстояло стрелять. Успел проконсультироваться перед вылетом у своего домашнего терминала. Даже знал как привести винтовку в действие и открыть из неё огонь. Только теория совсем не то, что практика. Ох, опять опозорюсь…
Неожиданно мне в голову пришла идея.
– Боюсь, я растерял все навыки стрельбы, – жалостливо тяну, корча кислую мину.
Ланс почему-то рассмеялся. Четверо солдат, находившихся с нами в салоне, тоже заулыбались. Чем это я их насмешил?
– Да, плохо дело, – с весельем в голосе согласился капитан. – Особенно когда теряешь то, чего никогда не имел. Уж простите, Ваше Высочество, но стрельбе из плазменника вы всегда предпочитали это. – Ланс наклонился ко мне и похлопал бронированной перчаткой по ножнам шпаги.
Меня его жест ничуть не расстроил. Даже наоборот, спокойнее стало. Но я всё-таки решил подстраховаться:
– А не дадите несколько уроков по стрельбе перед занятиями?
Капитан, казалось, удивился. Видимо, папа никогда его ни о чём подобном не просил.
– Ну, если вам угодно… – неуверенно протянул он. Потом вдруг резко вскинул руку, взглянув на браслет, и, словно решив для себя что-то, кивнул: – Хорошо. Мы прибудем на полигон чуть раньше вашего преподавателя. Сможем немного пострелять. Но должен предупредить. Сделать из кого бы то ни было профессионального стрелка за несколько десятков минут я при всём своём желании не смогу. Этим надо заниматься постоянно.
– Я не требую от вас невозможного, капитан. А насчёт постоянных занятий… Давайте попробуем. Вы согласны?
Ланс пожал плечами, насколько ему позволяла надетая броня:
– Как прикажете, Ваше Высочество.
Хорошо быть принцем. Интересно, почему это мой папа предпочитал шпагу? С лазерным пистолетом, во всяком случае, он справлялся лучше всех, кого я знал. Лично мне всегда нравилось стрелять из любого вида оружия. А уж из такого фантастического, как плазменник у солдат моей охраны, и подавно.
На полигоне я взял, наконец, его в руки. Тяжёлая штуковина. Можно в качестве дубины использовать, если заряд кончится. Правда, полностью заряженный ПВА-3000 делал до трёх тысяч выстрелов, потому так и назывался. Не очередями, конечно, поскольку время уходило на концентрацию энергии после каждого выброса плазмы, но раз в секунду точно пальнёт.
Ланс показал мне, как прицеливаться и стрелять. Поделился кое-каким личным опытом. Первые мои попытки поразить далёкие мишени оказались жалкими. Плазма даже своим жаром их не опалила, настолько далеко пролетела от цели. Но с каждым выстрелом я справлялся всё лучше и к прибытию преподавателя разнёс две мишени из десяти. Поменять их успели до начала урока. Вряд ли, конечно, это ускользнуло от внимания моего учителя, но тот предпочёл промолчать.