Заголосила вернувшаяся от сестры жена. Бросилась было уговаривать «контролера», но получила в ответ сильный удар, отбросивший ее назад. Бандиты ожесточенно избивали ногами все пытавшегося подняться с земли мужа. Шнырь выломал ножку прилавка, ту самую, которую мастерил избиваемый ими. И принялся избивать ею окровавленного мужа торговки, которая, схватившись за живот, зажималась в нескольких метрах от них. Возможно, Шнырь с его шестерками забили бы мужа насмерть, если бы не подоспел милиционер, дежуривший на рынке. Ему с трудом удалось уговорить Шныря прекратить драку. После чего милиционер в сопровождении Шныря и его шестерок, волочивших окровавленного мужика по земле, от полученных побоев неспособного идти самостоятельно, направился на пост милиции. Где по всем правилам оформил нападение и драку. Со слов потерпевших – Шныря и его шестерок – написал рапорт, в котором отразил все произошедшее. Как мужик вдруг накинулся на подошедших к его контейнеру трех парней. Как разбил или сломал нос одному из них. Как разбил в нескольких местах губы другому. Все отразил. Все как было…
Жена, превозмогая боль в животе, подошла к своему контейнеру. Наклонилась, собирая рассыпавшийся товар. От полученного ею удара сильно болел живот, было больно даже шевелиться. Едва боль начала слегка отпускать, как двое местных алкашей притащили ее мужа. Женщине сначала показалось, что тот мертв. И она вдруг снова почувствовала сильную резкую боль. Теперь уже отдававшую в низ живота…
Скорую вызвали соседи по контейнерам. Которые уходили по внезапно появившимся срочным делам, когда происходило избиение. И которые теперь вернулись. После того, как все закончилось…
Вместе с женой увезли и ее мужа. В реанимацию увезли. С многочисленными переломами, с тяжелейшим сотрясением головного мозга, с внутренними кровоизлияниями… Он был без сознания, но он был еще жив. Его лицо представляло собой маску. Кровавую маску… Возможно, он боролся с самой Смертью, чтобы вернуться назад, в мир живых и защитить жену от бандитов… Будучи без сознания, он не знал, что его жену увезли в дежурный роддом. И что по дороге у нее открылось сильное кровотечение… И что через сорок минут не стало их будущего малыша, еще даже не родившегося на свет… И что еще через час не стало самой жены… И тем более не знал, что он сам пролежит в реанимации без сознания почти два месяца. А спустя еще полгода, выписавшись из больницы, он случайно столкнется на улице со Шнырем. И что задушит его голыми руками, с которых только недавно сняли гипс… задушит прямо на улице, ни скрываясь… И что после этого ему дадут приличный срок за предумышленное убийство. И также он не знал, что, отмотав три года, столкнется в зоне с одним из двоих подручных шестерок покойного Шныря, который вместе со Шнырем избивал его… И что тоже убьет его… Зарежет ночью заточкой, выплеснув на врага всю свою боль, злость, обиду и ненависть… И что даже соседи-урки, прожженные жизнью и видавшие виды, содрогнутся от такого убийства. И что утром вертухаи насчитают на теле убитого более пятидесяти колотых ран… Но судить будет не кого – убийца будет висеть в петле неподалеку от убитого… И что второй подручный Шныря, который и ударил его жену, умрет раньше всех. Умрет, когда муж будет находиться еще в реанимации, борясь за жизнь. Умрет от передозировки наркотиками…
… – Да, майор, наворотил ты там дел, – голос генерала был каким-то необычным. Уставшим, что ли. Такого голоса у генерала Бойцов еще не слышал.
– Я ничего не воротил, товарищ генерал.
– Знаю я! – раздраженно, но без злости проговорил генерал Марченко. – Только теперь попробуй докажи это! По официальным данным, полученным вчера, ты со своей группой нарушил множество статей уголовного кодекса. Открыл стрельбу в центре города, ранил прохожего, убил троих…
– Товарищ генерал! Мы…
– Да знаю я, майор! Официально ты и твои люди – преступники, причем опасные для общества. Кстати, к нам пришли запросы по поводу тебя. И, насколько я проинформирован, точно такие же запросы прошли и по линии МВД. Кому-то ты там перешел дорогу…
– Николай Иванович! – к майору подошел капитан Фролов. – Там машина! Движется сюда…
– В общем, майор, давай там держись! – генерал словно услышал слова капитана. А может, и вправду услышал. – Я тут наведу кое-какие справки, в общем, постараюсь помочь тебе хоть как-то. И свяжись со мной послезавтра, думаю, сумею хоть что-то выяснить… Держись, майор!
В трубке раздались частые короткие гудки. Конец связи. До послезавтра, товарищ генерал! Если, конечно, живы будем…
– Все, уходим! – но, прежде чем уйти, Бойцов задержался. Чтобы раздавить телефон…
– Как ушел?! – Не знаю… – ответчик трясся, как осиновый лист. Шевеля разбитыми в кровь губами, с переломанными пальцами, он в который уже раз рассказывал, как было дело. Рассказывал Шведу и Носорогу. – Мы были в нескольких километрах, когда он позвонил… Сказал, что на подходе… Мы ждали, а потом поехали к ним… Увидели машину и два трупа… Водитель был задушен, а второй застрелен…
– Как ушел мусор?! – словно робот, повторил вопрос Носорог. Ничего не выражающим голосом. Для него все происходящее было обычным делом. Его работой. Швед в допросе не участвовал. Не по рангу ему было. Он стоял чуть в стороне, наблюдая за допросом. И злился. Надо же, упустили того мусора! Который может столько проблем вызвать…
– Как он ушел?! – продолжал допрос Носорог. И звук удара. И причитания шестерки.
Швед развернулся и пошел прочь. Спустя минуту его догнал один из приспешников.
– Швед, что с ним делать? – кивнул на окровавленного шестерку.
– В расход, – за секунду решил дальнейшую судьбу шестерки Швед. И продолжил идти. Остановился через пару шагов. – И знаешь что… Устрой это так, чтобы братва видела… Покажи им казнь…
Правильно! Все правильно! Так и надо поступать! Пусть боятся свои и уважают чужие! Швед невольно призадумался. А кто мог помочь майору? Его люди? А кто же еще… Тем более, их местонахождение так и не обнаружили. Пока… Швед привлек к поискам не только свою армию, но и ментов. У каждого постового имелись фотороботы майора и его мусорской команды. И его шестерки вполне могли не успеть… Но многого Швед не понимал. Например, почему сопровождавшие майора остановились, не доехав до встречавших? Что делал второй, когда майор душил водителя? Стоял и смотрел? А потом ждал, пока мусор вытащит оружие и застрелит его? В это мало верилось…
Да и ладно… Сейчас есть дела поважнее. Майор со своими людьми никуда не денется из города. Повсюду в городе Швед имеет свои глаза и уши. Стоит лишь им где-то появиться, как он тут же узнает об этом. А вот новости, принесенные его соглядатаями, настораживали Шведа. В городе объявился Туз. Авторитет из соседнего города. Что Шведу не понравилось. Совсем не понравилось. Туз был весьма известным в своих кругах, и имел весомый авторитет. И был единственным из соседей, который рискнул бы завладеть его, Шведа, владениями. И нужно было как можно быстрее разузнать, зачем Туз появился в городе. Без приглашения прибыл. Приказ следить за его передвижениями Швед отдал сразу же, как только узнал о его приезде.
Через пять минут Швед уже слушал доклады своих людей. Туз в сопровождении четырех своих охранников отобедал в известном и самом дорогом в городе ресторане. После направился в сауну, где пробыл два часа. После просто колесил по городу. Катался. Потом вернулся в гостиницу, где и находится по данный момент. Слежка за Тузом велась масштабно – в ней были задействованы многие люди Шведа. Даже «пехоту» привлек к этому делу…
Слушая доклады, Швед думал. За каким чертом приперся в его город Туз? Что ему здесь нужно? Почему он сразу не вышел на Шведа? Хотя ведь знал, кто здесь Хозяин. Может, хочет что-то предъявить ему, Шведу? Швед перебрал в уме многие моменты, но ничего, за что можно было бы кинуть предъяву, у него не было.
И Швед решил не паниковать. Пусть Туз ходит по ресторанам, ездит по саунам, спит в гостинице. Швед не мальчик, и не будет бегать за другим авторитетом. Швед подождет, пока Туз сам не придет к нему. Или хотя бы не выйдет на контакт.
Выслушав своих подчиненных, Швед вызвал своего начальника охраны.
– Усиль охрану на пару-тройку человек. Но так, чтобы они в глаза не бросались. С Туза глаз не спускать. В любое время дня и ночи я должен знать о его месте нахождения. Но пасти его аккуратно, головой за это отвечаешь! Понял?
Подчиненный, конечно же, понял. Не дураком был. Конечно, понял! Попробуй только не понять…
– Давай машину! Через пять минут ко входу!
Начальник охраны уже было вышел, когда Швед вдруг добавил вслед: – И позвони Грише, пусть номер приготовит!
И уже уезжая, Швед дал последние распоряжения:
– Если что-то случится, то я должен быть первым, кто узнает! Если майор появится – кончайте его! И его людей тоже. И про Туза не забудьте!
…И уже намного позже, в сауне, Швед вдруг понял, что делал в его городе Туз. Ответ оказался прост – Туз надеется сорвать большой куш в металлургическом деле. Которое скоро должно было решиться. И в его, Шведа, сторону. Он был одним претендентом на куш. До появления Туза…
Через день после своего «спасения» – или побега – майор Бойцов с нетерпением ждал назначенного времени, чтобы связаться с генералом Марченко. После освобождения он, Фролов и Кудряшов, как и в былые времена на задании, долго уходили прочь. Петляя по негустому лесу. Путая следы на случай, если за ними устроят погоню. Хотя не должны были – Фролов и Кудряшов тщательно «убрали» место. Сделав так, чтобы было похоже, что это майор сам положил двоих конвоиров…
