Андрей Ра – Демитрикая: Путь вампира (страница 24)

– Формальности, формальности… Мы не во дворце, можно их и опустить, – заворчал властитель. – Но, если Вы настаиваете… Приветствую Вас, госпожа Эммилия Делакруа. Такая честь принимать Вас у себя, Вы с чем-то конкретным или погостить? – продолжил он более любезно, но всё же недовольно.

– Так-то лучше, но, думаю, фамилии можно опустить. Да, я с конкретным делом: моему подопечному нужна индивидуальная защита вампира. Вы можете мне помочь? – проговорила Эм, жестом приглашая меня выйти вперёд.

Старик пару минут удивлённо пялился на меня, затем лукаво зыркнул на Эммилию, я буквально чувствовал его колючий, ползающий взгляд иссиня-жёлтых глаз.

«Он случаем не голубок?» – задал мысленно я сам себе вопрос и улыбнулся.

«Нет. Ему просто интересен ты, как мой подопечный, позже всё объясню», – сообщила мне Эммилия ментально.

«Эй, ты обещала не рыться в моей голове», – возмутился я этому наглому вторжению.

«Сейчас необходимо, этот старый пердун не так прост, он интриган, которых ещё свет не видывал. Я постараюсь проследить, чтобы он не намусорил в твоей голове. При создании защиты он буквально окунётся в твоё сознание и может там дров наломать».

«К примеру?»

«Банальный гипноз. Например, как только увидишь императрицу, захочешь её убить, – пояснила Эммилия. – Создание защиты – это запредельно-высокий ментальный уровень, мне такое пока не под силу, а он один из лучших менталистов. Готовься увидеть один из самых худших своих кошмаров, все властители этим грешат».

– Хм… Да, разумеется, я смогу помочь, подойди сюда. Это займёт пару минут, – начал скрипеть Беливер, прекратив меня изучать. – Снимай эту защиту, она не твоя и больше тебе не понадобится, – выговорил он уже ровно, когда я к нему подошёл.

Я снял обруч, принадлежавший покойному неизвестному мне вампиру, и почувствовал невероятное облегчение. Старый вампир воровато схватил его и убрал в один из ящичков своего стола, верняк там много чего незаконного в широком понятии этого слова.

– Ну, и какую же вещь ты будешь носить, не снимая, ближайшие лет триста? – спросил старикан у меня.

– Чегось? – опешил я.

– Ах, да совсем забыла, – воскликнула Эммилия. – Вот, держи, должно подойти, – она сняла с пальца одно из своих колец и передала мне.

Тонкая полоска в пару миллиметров шириной из чёрного металла, её украшал лишь один маленький, даже микроскопический рубин. Ну, хоть какая-то драгоценность имеется. В голодный год не пропаду, если, конечно, ломбарды не прикроют.

«Это чёрный мифрил, самый прочный и редкий металл. Кольцо никогда у тебя не сломается, – пояснила создательница, а затем снова решила предостеречь – Ксифакс меня опасается, но покопаться в твоей голове не откажется. Ты можешь, конечно, и сам этого не понять, но сопротивляйся старику, если вдруг что».

Воодушевить она конечно умеет, только жути нагнала.

Беливер меж тем не сводил с меня глаз, он выпрямился в своём кресле и заговорил ровным, властным голосом.

– Надень это кольцо на палец и смотри мне в глаза. Скажи своё полное имя, чтобы кольцо знало хозяина.

– Алказар, – выговорил я, надев кольцо на безымянный палец левой руки.

– Фамилия, как полагаю, Делакруа? – осведомился он.

– Нет, – отрезала Эммилия.

– Что же так? – удивлённо спросил старик.

– Эта выгребная яма, в которую я угодила волей случая, ему не подходит.

– А Ваш создатель так не считает, – не замедлил ответить старый вампир.

– Виконт Делакруа – лизоблюд, сепаратист, подонок и предатель, его мнение меня не интересует, я предана только Тамике.

– Но всё же ветвь наследия… – начал Беливер, но Эм его бесцеремонно прервала.

– Он свободный вампир и не зависит ни от кого. Как захочет, так и назовётся.

Я – свободный вампир? Когда это успел? Хозяин подарил Добби носок! О, мозг, ты как раз вовремя. Задавим этого динозавра пошлотой и бредом, может его инфаркт хватит.

Старик ещё немного посверлил недовольным взглядом упёртую вампиршу, а затем снова переключился на меня. Наши взгляды встретились, и я почувствовал, как пол начал уходить из-под ног.

Беливер растворился в воздухе, а я почувствовал себя в матрице. Мгновенно провалился в пустоту, в сплошную черноту, падал, а мимо проносилось всё, что вызывало у меня когда-то страх: уколы, Зубастики, соседская собака, Фреди Крюгер, качели, Бугимен, стоматолог, синяя женщина из фильма «Проклятье», а также я увидел себя. Вот блин, каких только потаённых страхов не кроется в человеке. Кольцо на пальце раскалилось и буквально вплавлялось в плоть, но я не чувствовал боли. От неё меня отвлекали экраны, что всюду меня окружали. Они витали в воздухе и показывали множество моментов из моей жизни: как хороших, так и плохих. Вот я, ещё мелкий, иду пешком под стол и врезаюсь в него башкой; вот воплю от страха, увидев таракана на выключателе света; о, а это побег из детского сада; мельком пролетели школьные года – первая стрелка, двойка и пятёрка, коридорное образование.

– Занятные картины, но всё не то, – просипел стариковский голос.

И тут на экране застыло лицо Александры, и меня передёрнуло. Моя первая настоящая любовь, моя радость и счастье. Я протянул дрожащую руку вперёд, чувствуя, что глаза уже слезятся.

– Александра, – только и вырвалось у меня, и грусть на дне старинной раны зашевелилась словно змей. – Прости, я пытался!.. – закричал я удаляющемуся экрану, падая во тьму.

Пол резко встретил меня и четыре стены с потолком заковали меня в тёмный и душный лифт. Окружение принялось сочиться кровью, которая спустя считанные секунды уже достигла моих колен. Затем стены начали медленно сдвигаться, давить на меня, топить в крови. Воздух… воздуха, задыхаюсь!.. Мелькание её лица перед глазами… Громом прогремел злобный смех старика, он был где-то рядом, но где? Его смех звучал всё сильнее, отражаясь от стен, он был рядом, повсюду, в моей голове. Я уже готов был поддаться панике, но тут двери лифта издали душераздирающий скрип и открылись. Потоки крови хлынули вперёд, омывая пространство за ними, старик шёл ко мне и смеялся. Он зачерпнул крови в хрустальный бокал и протянул его мне.

– Так значит ты Алказар, сын своего отца, кровь от крови, плоть от плоти. Занятно, – тихо произнёс он.

За стариком переливалась и шевелилась тьма, больше походившая на змеиные кольца.

– Присоединяйся ко мне, будь моим слугой! – вещал он. – Ты будешь весьма полезным и ценным.

Не знаю, что за бред он нёс, но соглашаться я не собирался. Это, между прочим, одно из первых правил ЗОТС (ЗОТС – защита от тёмных сил. Эх, Хогвартские сезоны, ностальгия. Хаффлпафф forever!).

– Не, дружище, к таким тесным отношениям я не готов, – отшутился я в ответ, но ответ дался мне не легко.

Я крутил головой в поисках давно забытого счастья и неизменно сопровождающей его порции боли. Я хотел вновь увидеть её, даже если это меня уничтожит. Заметил её тело недалеко от себя и пополз к ней. Моя Александра, моя любимая, моя…

– Глупец! – начал злиться Беливер. – Ты только представь, какие перспективы тебя ждут! Поболее, чем на побегушках у выкормыша императрицы. Пей и присоединяйся ко мне!

Он взял мою руку и зажал в ней бокал.

Ага, сейчас он ещё предложит вместе свергнуть императрицу и править галактикой. Так, где моё пафосное: Не-э-э-эт!

– ПЕЙ! – уже с пеной у рта орал он.

«Блин, если он меня сейчас покусает, придётся сорок уколов от бешенства делать», – я съёжился от этой мысли.

– Низафто!!! – сопротивлялся я до последнего.

– Ты не так прост, как кажешься, – прошипел Ксифакс. – Но у тебя есть свои скелеты в шкафу. То, что ты забыл, и забыл не по своей воле.

Александра положила мне руку на щёку, оставляя кровавый след, и улыбнулась. Но потом её лицо дрогнуло, словно я смотрел на экран старого телевизора с плохой антенной, и превратилось в ту самую эмогёрл с пустым взглядом.

– Зачем ты убил меня? – спросила она.

– Алиса! Я не… – внезапно я вспомнил её имя, но всё ещё не понимал, о чём она.

Неужели она вскрылась после того, как я с ней порвал? Нет, не может быть. Тело Алисы дрогнуло и стало внучкой фермера.

– Зачем? Чем я заслужила это? – плакала она, протягивая ко мне руки.

Я в ужасе начал отползать от неё. Старый нашёл всё-таки, чем меня пронять. Я пятился от неё, а она ползла ко мне, повторяя один и тот же вопрос, а изо рта у девушки текла кровь. С каждым вопросом она менялась и становилась то Алисой, то Александрой, то внучкой фермера. Я не знал, что сказать, извиняться уже не было смысла. Меня трясло, я сам зарыдал, как младенец, отползая всё дальше.

– Хм, занятно, занятно, – просипел Беливер у меня за спиной. – Но это ещё не всё, у тебя тут есть секрет и поинтереснее. Скрытый от тебя не твоим сознанием, а кем-то другим.

Над окровавленным телом, ползущем ко мне, появился экран, он дрогнул серой рябью, а затем на нём застыло изображение. Это было лицо до боли знакомой, но неизвестной мне девушки. Моё сердце, как в песне, остановилось. Я её знаю? Не помню… Нет же, знаю, она, она… свободной рукой я схватился за голову, силясь вспомнить одновременно незнакомую и знакомую девушку.

– Выпей, и тогда я открою эту завесу тайны, – сладко улыбнулся Беливер.

«… тревожа мысль мою. Мне имя сладкое звучало; Во дни блаженства мне в раю, одной тебя недоставало…» – крутилось у меня в голове. Имя, мне нужно вспомнить её имя. Почему я не помню?! Это всё происки старика? Или?..