Андрей Ра – Демитрикая 3: Шаг за грань (страница 17)

Маг перенёсся на старое кладбище на эльфийском острове чуть поодаль Зелёного Храма. Магический шар света проявил в темноте очертания скорбного места. Лоран двинулся меж рядов последнего пристанища величайших личностей и героев его народа. Он шёл и рассматривал места упокоения, склонял голову в знак почтения и размышлял. Как бы они поступили в этой ситуации. В игре, что затеяла Тоска, только одна ставка: всё или ничего. Хоть она и уверяет его в беспроигрышности сделки, маг сомневался. Перспективы были большие, но также можно было потерять всё, включая и свою жизнь. Почти все, кто здесь нашли свой последний приют, пожертвовали свои жизни ради процветания и безопасности эльфийского рода. Возможно, ему стоит уже набраться смелости и взять необходимую ответственность, ведь он отвечает за весь мир, а не только за эльфийскую расу. Неужели страх смерти сковывает его? Трусость? Нет. Скорее благоразумие. Каким бы отважным ты ни был, идти в клетку к голодным львам – чистое самоубийство, но всё же…

Может, пустить всё на самотёк? Просто проигнорировать предложение вампирши, вынести ей окончательный приговор, передать бразды правления, когда придёт время, и уже со спокойной душой покинуть ряды девятых, как и планировал ранее. Это решение его мучало больше всего. Он столько тысячелетий пробыл в рядах девятых, что другая маска ему уже не к лицу. Он думал вернуться к своему народу, пробудить расу от стагнации, реформировать традиции, помочь двигаться и развиваться дальше как более процветающей нации к лучшей жизни. Сможет ли он? Примет ли общность эльфов его обратно, смогут ли понять необходимость перемен? Всё же его древнее решение отказаться от престола подкосило эльфийский народ и ввело в этот каматоз развития тысячелетия.

Лоран был весь в смятении, не зная, как поступить. Он шёл мимо памятников, где-то были просто камни, где-то целые фрески или уже потерявшие от времени былую помпезность скульптуры. Многие древние могилы были безымянными, и лишь грубый камень был единственным напоминанием о покойном.

Эльф дошёл до конца кладбища, где величаво возвышались три статуи. Лоран с грустью посмотрел на резко вырезанные черты отца, на гладкое и приятное глазу лицо матери и на милую его сердцу младшую сестру – Рейне. Скульптор очень постарался и придал камню точный облик погибшей, как считается, принцессы. Брат не мог понять свои чувства, смотря на каменный облик Звёздочки до того, как она стала вампиром. Казалось, что этот безжизненный кусок камня был ему куда роднее, чем Рейне – рыцарь смерти.

Эльф повёл рукой, и мох, что облюбовал мемориальную доску на постаменте, послушно расползся в стороны, освобождая эпитафию. «Рейне Мерцающая Звезда. Любимая дочь, принцесса и генерал эльфийского народа. Твоё имя навсегда в наших сердцах и умах». Лоран вздохнул вновь, сестра всегда опережала его во всём, даже будучи младшей. Вновь зависть уколола брата от понимания, что ему никогда не добиться такого признания у своего народа. Хоть его вклад в безопасность эльфийской расы, всего Эванора уже давно перевесил чашу Рейне. Когда он покинет этот мир, то его будет просто ожидать скромный камень где-нибудь на окраине этого кладбища с надписью: «Лоран – девятый – защитник мира». Если он вообще удостоится подобной чести.

– Да чтоб тебя! – воскликнул возмущённо маг. – Опять эти тщеславные мысли!

– Им все подвержены, мой друг, – раздался голос Кама из-за спины. – Прости, если помешал твоим размышлениям. Стражи порядка сообщили, что ты здесь, решил узнать, всё ли в порядке?

– Да брось, Кам, твоя компания всегда мне в радость, – ответил Лоран. – Да, всё в порядке, просто необходимо было развеяться и подумать.

– Что же за беда тебя тревожит? – спросил старый эльф, подходя ближе и присаживаясь на каменную лавочку рядом.

– Как тебе сказать… – задумался девятый, продолжая рассматривать надгробия семьи. – Я на перепутье. Одна дорога бесперспективна и ведёт в тупик, я бы сказал даже, придётся возвращаться назад к началу или протаптывать новый путь сквозь тернистые заросли.

– Новые дороги, новые решения – не всегда плохо, – обронил замечание старик. – Даже там, где нет выхода, всегда можно найти правильное решение и двигаться дальше.

– Да, – кивнул Лоран и повернулся к собеседнику лицом. – Вторая дорога неясна и опасна, но сулит то, что мир станет лучше.

– Только ли в мире дело? – спросил Кам, открывая свою флягу, чтобы утолить жажду душной ночи.

– Не только, – опустил голову девятый. – Всеобщее признание – вот что меня тяготит. Не считая возможной смерти.

– Ты должен был стать королём и продолжить дело своих предков, а вместо этого ты бросил всё и стал девятым. Твой народ невзлюбил тебя не за твоё решение, а за то, что после этого последовало. Ведь пришлось менять тысячелетние традиции и устои, для многих это был слишком сильный удар. Эльфы, как долго живущая раса, весьма консервативны и не любят перемен, тем более таких резких и кардинальных. Не думал, что тебя это до сих пор беспокоит.

– Да, мой друг, – признался Лоран больше себе, чем собеседнику. – Меня тяготит, что никто не понимает мой выбор. Что никто не видит, что я защищаю не только свой народ, но и весь мир, в котором этот народ живёт, с которым он контактирует, – эльф даже не заметил, как начал говорить в повышенном и раздражённом тоне. – Я даже думал уйти из девятых, чтобы… чтобы принимать больше участия в развитии эльфийской расы, но… не вышло. Хотя решение такое ещё витает в мыслях, но я даже не знаю… Как же это меня бесит, мой друг. Бесит и злит.

– Лоран, ты теперь Верховный маг и Смотритель Эванора. Даже самые твердолобые эльфы рано или поздно признают твои заслуги. Уйдя из рядов девятых, ты лишь подтвердишь их правоту и уверишь в том, что всё было зря.

– В том-то и дело, скоро я перестану быть Верховным магом, – с ещё большим раздражением высказался эльф. – Как оказалось, эванорец не может занимать эту должность.

– И ты хочешь остаться в этой роли как можно дольше, чтобы сделать мир лучше?

– Да, есть один вариант, но сомнения не дают мне покоя.

– Все короли рано или поздно встают перед тяжёлым выбором. Если ты считаешь, что так будет лучше для всех, то должен ухватиться за эту возможность. Сомнения будут всегда, и мысли о правильности твоего решения будут ещё долго тебя посещать, пока ты на деле не увидишь, что поступил так, как необходимо было, – спокойно рассуждал Кам, попивая из фляги. – Но ты просто обязан будешь любыми доступными и не доступными средствами сделать так, чтобы исход был благополучен. А костёр тщеславия же горит в каждом из нас, главное, чтобы он не перерос в пожар.

– Спасибо, Кам, твои слова мудры, как и всегда.

– К тому же, что тебе ещё делать? – улыбнулся старик. – Вся наша нация готова принять правление Верховной Жрицы. Короли им больше не нужны.

Лоран улыбнулся шутке старого друга и присел на скамью рядом с ним.

– Как Теаромона?

– Волнуется, она не привыкла к такому вниманию и уж тем более почитанию. Воскрешённая в святом месте великим артефактом… Многие готовы признать её чуть ли не богиней.

– Не нравится мне этот фанатизм, – нахмурился девятый.

– Не волнуйся, я прослежу за этим, да и Теа не та, кто будет распалять свой костёр тщеславия.

– Может оно и к лучшему. Чистый взгляд Теаромоны, необременённый скрепами эльфийской духовности и догматами устаревших традиций, как глоток свежего воздуха для нашего народа, – рассудил Лоран. – Мне кажется, с должной помощью она сможет привести эльфов к процветанию.

– Я тоже так считаю, мой друг. На мою помощь она может рассчитывать всегда, но моей мудрости может оказаться недостаточно. Было бы хорошо, если бы ты захаживал к ней почаще.

– Не могу не согласиться с тобой, – кивнул Лоран. – Она, кстати, сейчас на острове?

– Нет, вот только с утра корабль отчалил. Я решил отправить её к семье, – ответил старик. – Думаю, ей стоит с ними снова познакомиться, прежде чем окунуться во всё это.

– Правильное решение, – вновь согласился маг. – Я по возможности навещу Теаромону как можно скорее. Ну а сейчас тогда, прости, вынужден откланяться. Дела не ждут.

– Конечно, мой друг, помни, тебе всегда тут рады, – улыбнулся старый эльф собеседнику.

– Благодарю за хорошую беседу и совет.

Лоран отошёл от Кама на почтительное расстояние и, кивнув ему, телепортировался обратно на балкон своего кабинета. Эльф вошёл внутрь и, не задерживаясь, направился в зал прибытия. На подвальном уровне академии девятых находился второй действующий портал Эванора. Магам девятого измерения удалось открыть его и сохранить в постоянно действующем состоянии. Тот, подобно Зияющему Ничто, работал в обе стороны. Лоран хорошо помнил те большие врата миров, через которые проходили полчища монстров, как состоялась при них последняя битва с драконами. Портал академии являлся просто уменьшенной копией Ничто. Стража портала отдала честь Верховному магу, Лоран поприветствовал их и, не останавливаясь, шагнул в липкую тьму. Туннель меж звёзд закрутил его, сковывая лютым холодом, вырывая весь воздух из лёгких, и перенёс в другой мир, совсем иной. Эльф, повинуясь инерции, сделал ещё несколько быстрых шагов, но всё же не удержался и упал на колени, уперевшись руками в каменный пол и тяжело дыша. Всё его нутро скрутило, а в глазах потемнело, его стало мутить, и он почувствовал, как начинает терять сознание. Тёплые, наполненные магией руки стражей со стороны Девятого Измерения бережно коснулись мага и помогли ему подняться, попутно приводя в чувство и убирая подступившую слабость с дурнотой. В самый первый свой проход через двери миров Лоран потерял сознание, и в последствии тошнота мучила его несколько дней, как давно это было… С тех пор он проходил туда и обратно ещё три раза. Каждый переход давался легче, и стражи поддерживали, но не было ни малейшего желания переноситься лишний раз без веского повода.