Андрей Ра – Демитрикая 3: Шаг за грань (страница 13)

Половник Ангелов звёздного неба задавался вопросами, на которые я в принципе знал ответ – Конрад Демитрикая, как раз в его стиле. Этот древний не мелочится и играет с жизнями других, как хочет. Если вдруг его увижу, мне многое ему надо будет сказать. Я бы и морду ему начистил, но даже при всём моём желании дедуля порвёт меня, как тузик грелку.

Ну знаешь, тузиками обычно мелких дворняг называют или подмышечных крыс. Так что вряд ли ему это легко дастся. А может, он алабай какой или доберман, есть же любители тупых имён для своих питомцев.

– Ты письмо-то смог прочитать али нет? – вернул меня в реальность орк.

– Да, вкратце: девочка в беде, ей нужна штука-дрюка одна в Каменной Норе, – начал я объяснять суть дела. – Нора эта находится на краю континента в горах, и туда попасть можно только через Проклятые Холмы.

– Походу, девчонка-то ваша труп, а? – воскликнул Сорок Второй.

Я отвесил не очень-то вежливому гоблину подзатыльник. Шпартко, судя по всему, тоже хотел, но не успел.

– Не, а что? А что такого-то я сказал, а? – завёлся мелкий зеленокожий. – В холмы не попасть, а если попасть, то тебя страхолюдина какая-нибудь задерёт там. Да и не доберётся она до них с ножами на хвосте-то, – говоривший нервно поёрзал на стуле и огляделся по сторонам. – Эти парни верны своему слову, да. Там, где не справился один, ножи пошлют другого, потом ещё одного, третьего, пятого, а потом и толпу или самого крутого суперсолдата.

Затрик махом осушил кружку и, пригнувшись, почти шёпотом продолжил свой рассказ.

– Слыхали про архиепископа Бенедикта, а? Тот на скачках знатно проигрался, а заплатил лишь молитвой и укором. Многим господам это не понравилось, и заказали они его, во. В итоге после трёх неудачных покушений нашли архиепископа с прибитой к голове подковой. В его же покоях, что в Хенд-Херрене, а это тебе не хухры-мухры, – говоря всё это, гоблин был очень серьёзен, таким я его ни разу не видел ещё. – Он там чуть ли не в обнимку с императором жил, и всё равно. Так что вот каков расклад. Девочка труп, окончательно, ага. – гоблин придвинул пустую кружку в мою сторону и, ожидая, пока я её наполню, продолжил рассказ. – Вам, видимо, повезло, и ножи шушеру какую-нибудь послали, что тут сложного-то? Бабу прирезать. Жалко, конечно, но что поделать, ребятки, такова эта жизнь, да. Ножи режут, другие мрут, и всё… эх… А она красивая? Богатая? А? А?

Я, как и половник, проигнорировали резко поменявшегося в лице Затрика. Оба погрузились в свои мрачные мысли, медленно потягивая пивко.

Чёрт, извилистый, что удумал этот пенсионер хренов? Тащиться через полконтинента с ней подмышкой и постоянно ожидать удара в спину – так себе перспектива. Так может, тот же план, только с ней? Серый, Конрад чётко дал понять, что с ней мерцать нельзя. Нечётко. Ну так-то да, но Афелия не пойми кто, неизвестно, как на ней мерцание может отразиться. Что-то я опасаюсь пока. Сейчас перенесёмся с ней в холмы, а она такая: «О боже, я таю, таю…»

– Значит, всё ясно мне теперь, – прервал угрюмое молчание орк. – Я Шпартко, половник Ангелов Звёздного Неба, и учение Араши с Люмин не позволяют мне оставаться в стороне, как и совесть и честь. Я сопровожу Афелию в эту Каменную Нору и защищу от всех неприятностей. Таков путь – помогать, наставлять и защищать.

– Слышь, половник, ты тупой, а? – взвинтился снова Затрик и покрутил пальцем у виска. – Я тут для кого распинаюсь? Эти ребята тебя вместе с ней на второй-третий день к праотцам отправят, да. Я тут вообще слыхал, они давеча храм на эльфийском острове разграбили, так там было море из остроухих трупов.

Да, понесло его совсем не по-детски. Видать, он о Ножах знает не понаслышке. Я не могу больше подобрать причин, с чего он так взъелся и всячески отговаривает конфликтовать с ними. Может, случилось чего? Скорее всего, мозг, но, пожалуй, спрашивать у Затрика не стоит. Лапши на уши опять развесит и денег за это потребует, вон как заливает. Про архиепископа не знаю, а вот про остров он точно врёт и не краснеет. Может, он зеленеет, когда врёт? Он и так зелёный. Ну вот видишь, может врать напропалую, никто и не заметит.

– Да иди ты заливать, – отмахнулся от него Шпартко.

– Обижаешь, уважаемый, да, – как обычно надулся гоблин.

Да, извилистый, врать и зеленеть он может незаметно, но всё же интеллект не проведёшь. Интеллект у религиозного орка? Ну, зачатки здравомыслия есть, не поверил же.

– Как бы то ни было, – встрял я в разговор двух зеленокожих представителей своих рас, – Шпартко, нам твоя помощь не помешает, – оба уставились на меня, не особо поняв смысл сказанного. – Скажем так, автор письма меня в добровольно-принудительном порядке попросил сопроводить Афелию.

– И ты туда же? Ножи! Убийцы! – почти по слогам произнёс последнее сорок второй гоблин в своей династии. – У вас совсем мозгов, что ли, нет?

Мозгов нет. Я тут один такой уникальный и неповторимый.

– Затрик, у меня выбора нет.

Сам себя убеждаешь? Отнюдь, мозг, так и есть. Конрад ясно дал понять: сопровождаю или он превратит мою жизнь в ад, что в принципе одно и то же. Сейчас я не просто сижу в заколоченной бочке с дерьмом, теперь её ещё и трясти неистово начали. Как бармен-выпендрёжник, что готовит шейк какой-нибудь.

– Я обязан, так сказать, у Шпартко его суждения не дают оставить Афелию в беде. Так что да, мы – безмозглые герои.

– Ну, тогда я с вами пойду, – произнёс спокойно Затрик, и мы вытаращились на него удивлённо. – Не, а что? А? Этот город уже тесен для меня. А это приключеньецо будет хорошей легендой для Затрика Сорок Второго. Ага. Ну и к тому же к концу похода вы мне столько денег торчать будете, да, что по гроб жизни не расплатитесь.

– Вот и порешили, – заключил половник, и мы подняли кружки.

– А меня вы спросить не забыли? – задала вопрос Афелия, спускаясь с лестницы.

Мы повернули к ней три свои немного подпитые и наверняка помятые рыла. Тоже мне защитнички. Да, мозговитый, думаю, мы сейчас выглядим не очень внушительно, хорошо, что она слепая. На самом деле понимаю её претензию. Три каких-то мужика подряжаются идти с тобой неизвестно куда, не спросив даже у тебя: хочешь ты этого или же нет?

Афелия медленно и осторожно спустилась и, слегка выставив вперёд руки, подошла к нам. Ощупав стойку и стул, села рядом. Действительно слепая, что ли? Очень натурально. Надо будет ей палку какую-нибудь намутить. Выручалку! Очень смешно, извилистый. Сейчас же она больше не казалась той самой тупой буржуйкой, сейчас я видел в ней девушку в очень серьёзной беде. Которая по странному стечению обстоятельств, а точнее, из-за беспринципной игры первовампира, залазила в соседнюю со мной бочку.

О нет! Нет! Мозг, слышишь? Нет! Мы не должны к ней привязываться от слова совсем. Никак и никаким боком. Эта девочка всего лишь досадная помеха и всё. Инструмент судьбы, чтобы испортить нам жизнь, никакой привязанности. Хватит. Они все умирают… Не все… Не важно, легче от этого никому не становится. Афелия всего лишь необходимость, временное неудобство. Конрад обязал её сопроводить, и мы поиграем в эту игру снова, но не более. Как только мы разойдёмся, всё будет закончено и даже памяти не останется. Не привязываться!

Я стараюсь, друг, но ты сам слишком переживательный.

– На самом деле, я очень рада вашей помощи, не зря же он направил меня сюда с этим письмом, – кисло улыбнувшись, произнесла она.

– Он? Это такой высокий старик с бородой вроде Зизи Топа? – сразу же спросил я, прежде чем подумал. – Простите, всегда хотел сказать это. Кто послал тебя сюда?

– Дядя, я так его называла. Он нашёл меня пару недель назад на берегу, он помог мне и… – Афелия потерялась в своих мыслях. – И спас, так сказать.

– Афи, дорогуша, слушайка, а где, говоришь, этот Дядя живёт? Это он тебе платье дал? Или может ты принцесса без памяти? О, а деньги у тебя есть? Поход дело такое, затратное, ага, – засыпал девушку вопросами гоблин.

– Затрик, – укоризненно посмотрел на него я.

– Имперская твоя душонка… Всё, молчу-молчу, – развёл он руки, широко улыбнувшись, когда я потянулся, чтобы стукнуть его.

– Я очнулась на берегу рядом с Санримоном… Там была битва… Было чудовище… – начала говорить Афелия. – Дядя меня спас и укрыл в своём старом домике рядом с круглым маяком. Я даже говорить не могла, такое ощущение, что он научил меня заново.

– Санримон… Санримон… – потёр подбородок половник. – Что-то знакомое. Круглый маяк? Хм… Вот глупость-то какая.

– Санминор, – внёс я больше ясности в географию её рассказа. – Только там круглый маяк, все остальные обычно к домам смотрителя примыкали, от этого форма другая у них, кажется.

Млять! Это издевательство просто какое-то! Эта грёбаная жизнь всё же решила меня морально додавить. А то и так долго ходил, песенки пел и радовался. Всё, просох, обратно в бочку! Ты как-то неровно к этим бочкам с дерьмом дышишь, найди другую метафору что ли. Извилистый, бочка исправно работает, зачем менять рабочую модель? Ну чтоб Диоген в суд за нарушение авторских прав не подал, к примеру. Я в тебе не сомневался.

– Так он же это самое того этого…бахнул? – произнёс Сорок Второй. – Эх… историческая родина династии моей, эх.

– Да, но маяк-то остался. Вот домика не помню что-то. Хотя я там был ещё до… – заговорил я. – До катастрофы.