Андрей Прудковский – О Дхане и Земле. Все книги трилогии (страница 12)
Как же долго я терпела свою болезнь, наверное, года два. Под конец уже и вставать не могла. А однажды вечером вдруг пришёл Рашка. И, быть может, от радости встречи вдруг всё у меня прошло. Я как бы заново родилась. Хожу по улице и восхищаюсь бликами солнца на окнах, последними желтыми листьями на клёнах. Почему раньше я этого не видела?
А на работе… я сама себя пугаюсь. Всегда я очень любила свою работу, своего милого Семёна Андреевича и директора Фёдора Яковлевича. А сейчас… сейчас всё ушло. К работе я стала равнодушна. Мне даже смешно, как Семён Андреевич трясётся со своим режимом секретности. Ну какие у нас могут быть секреты?! Ведь это не военный объект, а обычный центральный банк, где учитывают деньги и переводят их со счёта на счёт. В этом, собственно, и состоит моя работа. Я сижу за компьютером и слежу за базой данных со счетами нашего банка и некоторых с ним связанных. Только сейчас всё это мне совсем неинтересно. И милые мои начальники почему-то кажутся серыми и скучными…
Закончив работу, бегу к моим любимым: сыну и Рашке.
Да, а ещё Рекс пропал, я очень о нём беспокоюсь. Но сын и Рашка в один голос твердят, что Рекс забегает домой днём, когда меня нет, а на ночь опять убегает. Может, он влюбился ― и у него по ночам свидания.
Работы много. А сегодня в конце рабочего дня случилось и вовсе что-то странное. Вдруг звонит мой рабочий телефон, и там кто-то говорит:
– Фиалка-356, переведи два с 8-го на 5-й.
И я, как будто всё понимая, открываю на компьютере счёт 87695, а он с паролем, я откуда-то этот пароль знаю и перевожу два миллиарда на счёт 55387, который тоже запаролен и который я тоже умею открывать. Только сделав все эти странные действия, я вдруг очнулась, позвонила директору и всё ему рассказала, правда, постеснялась сказать, что я знала пароли. Сказала, что их мне также сообщили по телефону. Фёдор Яковлевич был просто потрясён. Он тоже открыл все эти счета и стал радостно кричать в трубку, что я спасла его репутацию, что он наконец-то напал на след каких-то мошенников. «Сейчас же, ― кричит, ― переведу эти деньги обратно на наш счёт и обрадую Семёна Андреевича, а то он тоже переживал»…
Ну, мне было не до того. Рабочий день закончился, и я поспешила домой…
Радек Рексович, продолжение рассказа о последних днях своего детства
Это были последние счастливые дни моего детства. Мама была опять здоровая и весёлая. А папа, будучи Рексом, привык спать с мамой и теперь тоже не боялся спать вместе с нею. Мама мне рассказывала, что давным-давно она очень обидела папу и что с тех пор папа боялся спать с ней в одной кровати. Но теперь они спали вместе и были очень счастливы.
Меня так и не отдали в школу, так как занятия давно начались и было уже слишком поздно меня устраивать. Целый день я опять проводил с отцом, а вечером отца у меня захватывала мама. Она всё никак не могла наговориться со своим Рашкой.
Всё кончилось в один из вечеров, когда мама рассказала о странном случае у себя на работе и написала об этом в письме тёте Маше. Мама рассказала всё это как шутку, но папа всерьёз забеспокоился.
В три часа ночи вдруг зазвонил телефон. Звонил директор, просил срочно приехать на работу ― он её ждёт в своём кабинете. Мама начала собираться, но отец попросил немного подождать. Мы опять взялись с ним за руки и в момент перенеслись в кабинет маминого директора. Директор сидел в своём кресле мёртвый, а рядом наш милый Семён Андреевич убирал свой пистолет.
– Тебе нельзя туда ехать. Твой директор уже мёртв, ― сказал папа.
– Что за чушь. Я только что с ним говорила. Как он мог умереть так быстро.
– Его убил Семён Андреевич, ― ответил папа.
– Я не верю твоим выдумкам, ― сердито сказала мама, ― я всё равно поеду!
– Ну, хорошо, ― сказал папа, ― позвони ещё раз директору и спроси у него что-нибудь, если он ответит ― поезжай.
Мама позвонила… долго-долго ждала, но никто не взял трубку.
– Всё равно поеду, ― сказала она.
– Хорошо, ― сказал папа, ― но сначала сделаем маленький проверочный фокус. Давай мы с Радеком возьмёмся за руки, а ты потуши свет и смотри в окно, что будет.
– Ладно, ― ответила мама, ― только недолго.
– Сынок! Давай попробуем вместе мысленно сделать куклу, похожую на маму, пусть она выйдет из подъезда вместо нашей мамы, ― сказал мне папа.
Так мы с папой создали что-то вроде маминого призрака, и призрак этот бесшумно вышел из дверей дома (на самом деле он просочился сквозь дверь).
– Смотри, ― сказала мама, ― там женщина вроде меня.
– Ну вот, ― ответил папа, ― смотри, что с этой женщиной сейчас будет.
Действительно, наш призрак не прошёл и десятка шагов, как в него начали стрелять из-за ближайшего забора. Мы с папой положили призрак на землю, как будто он умер. А мама в ужасе закричала:
– Там женщину убили!
– Вот так было бы и с тобою, если бы я тебя отпустил, ― сказал папа.
– Это что, твои бандиты? ― спросила мама.
– Нет, это бандиты Семёна Андреевича, но им тоже сейчас не поздоровится.
Тем временем из-за забора вышли три тёмные фигуры и направились к упавшему телу. Только они подошли к нашему призраку, как с соседней крыши раздались отрывочные выстрелы и все три фигуры легли рядом.
– Вот и всё, ― сказал папа, ― как видишь, ты убита, а рядом с тобой ― три бандита. Завтра объявят, что уничтожена банда мошенников с тобою во главе и что именно ты убила директора банка, разоблачившего всю эту банду. Теперь подождём ухода снайперов из соседнего дома и будем выбираться… только лучше бы не через дверь…
– Пошли, ― сказал я, ― там, рядом с моим балконом, ― пожарная лестница.
Мама быстро собрала деньги, документы и некоторые тёплые вещи. Папа взял свой дневник и пачку маминых писем, в том числе и последнее недописанное. Я собрал свою одежду и некоторые игрушки. Мы вышли на балкон и спустились по пожарной лестнице во двор к гаражу. Из гаража мама с папой выкатили машину и вручную покатили вниз по улице, я сидел внутри и жал, когда нужно, на тормоз. Затем завели мотор и очень тихо поехали к границе города. Отъехав от города, мы остановили машину, сказали маме поспать и снова соединили с папой руки.
Мама была в таком обалделом и изумлённом состоянии, что послушно легла и тут же уснула. А нам, ― как сказал папа, ― предстояло разобраться, что же случилось и как спасти маму.
Мы опять были вместе папасыном.
Сначала мы перенеслись на мамину работу и увидели, как Семён Андреевич оправдывается перед кем-то по телефону.
– Значит, здесь не он главный, ― сказал папа.
В мгновение мы перенеслись вдоль телефонного разговора прямо в какую-то шикарную комнату.
На двери её было написано: «Клуб 13-и», и надпись эта была повторена ещё на 12 языках. Внутри было тринадцать мужчин в чёрных одеждах, один из которых и ругал по телефону Семёна Андреевича. Когда он отошёл от телефона, к нему с улыбкой обратился другой.
– Ну что, ― профукал годовой план. Со следующего года будешь не первым, а последним… Посмотрим еще, как ОН тебя накажет!
– Да, ― сказал мне папа, ― это тоже не самые главные. И кто такой ОН?
Тем временем в комнате шли тихие разговоры. Некоторые играли в карты. Двое спорили и заключали пари. Как мы с отцом поняли, они спорили, чья армия захватит какое-то нефтяное месторождение.
А наш «первый», который ругал по телефону Семёна Андреевича, грустно ходил между столами и всем раздавал деньги. По-видимому, он кому-то проспорил и теперь, проиграв, расплачивался.
Но вот раздался тихий музыкальный звук, и посреди зала в большой каменной чаше поднялся светящийся столб. Все мужчины стали на колени и приникли головами к краю чаши. Все они одновременно получали указания для дальнейшей работы.
– Вот и ОН! ― сказал папа.
Мы как бы втянулись в светящуюся колонну и тут же оказались в небольшой комнате с телевизором и огромным количеством всевозможных чашек, вазочек… на полочках по стенам. В огромном кресле сидел с закрытыми глазами старик, и именно от него исходила вся та сила, которая творила светящийся говорящий столб в «Клубе 13-и».
– Вот и цель нашего пути, ― сказал папа. ― Что же нам делать? Этот старик, похоже, сильнее нас обоих, вместе взятых. Я, например, такие штуки выделывать не могу. Мы покинули комнату, просочившись через дверь, и обнаружили молоденького солдата с оружием в руках.
– Вот его и используем! ― сказал папа.
Солдат ничего не смог сделать против нашего совместного нападения. В теле солдата мы с папой вошли в комнату к главному колдуну!
Мы видели по телевизору, как это положено делать. Передёрнуть затвор, направить на врага оружие и грозно потребовать!
– Прекратите преследовать мою жену Александру!
Старик улыбнулся и спросил:
– Какую Александру? Ты, Пит, с ума сошёл… – Потом посерьёзнел, пригляделся и сказал: ― Извините, я ошибся, вы ведь не мой Пит, ― вы только его использовали. Жалко, жалко, придётся с ним расстаться. Так какую Александру, из какого города, какой страны?
Папа не знал ни того ни другого, а я побоялся ему подсказать.
– Ну… ― сказал он, ― её хочет убить Семён Андреевич, как убил недавно директора банка.
– А, Сёмочка, как же, как же, способный парнишка. Но он ничего зря не делает. Раз хочет убить, значит, так надо для дела. А дела наши очень важные, деньги, которые мы собираем, идут на построение будущего счастья всего человечества! Так что вы не беспокойтесь понапрасну.