Андрей Потапов – Второстепенный (страница 62)

– Умоляю, не начинай, – Серетун схватил красавицу за руки и тут же получил от Натахтала нагоняй:

– Не смей трогать мою любимую!

– Ты вступился за меня? – изумилась девушка. – Сеня, я все прощаю. Давай поженимся и нарожаем кучу детей!

– Не пугай его так, – попросил я и снова получил затрещину.

– Рули, руленыш, – грозно сказал Серетун.

Шхуну затрясло, будто под килем пронесся табун кракенов. Смерчи надвигались неумолимым приговором, поверхность океана вскипала, а штурвал продолжал не слушаться, правя курс по заветам заклинания травников.

– Если мы в книжке, то ни в чем не повинны, – заявил Трайдекс. – Это все он насочинял. У нас нет свободы воли.

– Что ты сделал со штурвалом? – жестко спросил я у старика.

– Тебе лучше знать, ты ж автор, – ответил он.

– Не юли! – прикрикнул Серетун. – Сейчас не до твоих фокусов.

– Автопилот поставил. Магический. Как ты и просил, – сказал травник возмущенно. – Я же только говорил об этом.

– Срочно снимай свое заклятие, – приказал я.

– Хорошо, хорошо, – буркнул Трайдекс и что-то прошептал под нос, попутно высыпав из кармана сушеный тмин.

Штурвал завращался с огромной скоростью и больно стукнул меня по колену.

– Ай, – я согнулся и начал тереть ушиб.

– Дима, быстрее! – крикнул Серетун.

Схватив рукояти, я выправил движение “Экспроприации” и пошел на циркуляцию прямо перед первой линией смерчей. Шхуну болтало во все стороны, палубу заливало водой, а где-то вдалеке послышался протяжный неумолкающий гул. Экстремальная качка швыряла героев сразу во все стороны. На Астролябию жалко было смотреть: красавица позеленела и отползла к фальшборту, готовясь повторить свой трюк у хижины травников. Натахтал напряг мускулатуру, чтобы удержаться за мачту. Серетун поднял себя вверх каким-то хитроумным заклинанием, водя перед собой руками. Трайдекс и Дрободан обнявшись катались по палубе из стороны в сторону – смотрелось это отвратительно.

Шхуна плохо слушалась. Переложив штурвал до упора влево, я наблюдал, как торнадо, закручиваясь неспешной воронкой, подбиралось к нам, готовое распороть гнилую древесину. Берег окончательно скрылся за пеленой. В лицо ударил сильнейший ливень, вмиг сделав рукояти скользкими. Я упорно лавировал между смерчами, осторожно поворачивая обратно в сторону реки.

– Серетун! – завопил я во всю глотку. – Серетун, противный чародей!

– Чего тебе, писака? – огрызнулся волшебник. – Не вывозишь?

– Вывожу! – обиделся я. – Только нужна твоя помощь.

– Говори уже, – снисходительно ответил маг.

– Сделай мне подруливающее устройство, – попросил я, пытаясь перекричать свист ветра.

– Это как? – удивился чародей.

– Наколдуй в носу шхуны лопасти, которые будут вращаться! – крикнул я на выдохе.

– Хм… – Серетун на секунду замешкался, а потом что-то изобразил левой рукой. – Как-то так?

Шхуна резко ускорила поворот, чуть не налетев на черенок торнадо.

– Отлично! – выпалил я, едва успев отвернуть вправо. – Так держать!

Через двадцать минут мы оторвались от границ мира, которые чуть не засосали судно целиком. Вымотанные герои лежали на палубе, мокрые до нитки. Старички выглядели еле живыми, но все-таки держались. Волшебник был бодрее всех. Что-то расхотелось мне его убивать. Он ведь тоже из плоти и крови, как все люди вокруг меня.

– Выжили, – через силу сказал Серетун. – Мы выжили, братцы!

– Какое счастье, – раскатистым басом произнес Натахтал.

– Трайдекс, – обратился я к травнику, – ставь опять свой автопилот, а мне пора.

– А ну, стоять! – волшебник попытался ухватить меня за ногу, но его пальцы схватили воздух, потому что я спешил на вахту.

Глава 52

Шторм бушевал и в моем мире.

Раскаты грома резали слух и внушали неподдельный страх. Дождевые вихри закручивались не хуже тех, что свирепствовали на границе мира эскапистов. Безжалостные разряды молний подсвечивали темноту вокруг, на короткий миг открывая истинное бесчинство природы, захватившее нашу стальную коробку, словно какой-то обрубок дерева, нечаянно упавший в водоворот.

На мостике творился настоящий хаос. Кресла катались с борта на борт, журнальный столик опрокинулся и сбивал всех на своем пути. Бумага кружила в танце, словно опавшая листва. Вибрации природы пробирались в грудную клетку, цепко хватаясь прямо за бешено колотящееся сердце. Дизель-генератор, получая сильнейшие удары водой, натужно тарахтел, пропуская такты, отчего свет мигал, как в лучших ужастиках, напоминая о серии ночных кошмаров, которую лицезрел каждый из нас.

Здесь и сейчас разворачивалась настоящая схватка человека со стихией. Берега Флориды пока не очертили себя снопом огней, но вокруг все равно было много звезд на воде – таких же самоотверженных пароходов, угодивших в немилость к Атлантическому океану.

– Как они могли пропустить этот ураган! – Антон Сергеевич был вне себя от ярости. – Ни в одной сводке погоды не было данных.

Волны продолжали избивать стальной корпус, а ветер – сносить с проложенного курса.

– Mayday, Mayday, Mayday![1] – послышалось по УКВ. – У нас отказал движок! Все, кто находится рядом, держитесь в стороне. Мы сейчас в позиции…

– Запиши, – скомандовал капитан. – Вдруг они где-то здесь.

– Есть, – я пошел проверять указанные координаты. – Судно в пяти милях перед нами! Hand steering![2]

Матрос с усилием подобрался к штурвалу, сопротивляясь сильнейшей качке, и отрапортовал:

– Hand steering!

Танкер, который сообщил о бедствии, был уже довольно близко. Течение тащило его в нашу сторону. Я бы и хотел резко увернуться от умирающего судна, но с обеих сторон нас цепко зажали другие. Капитан стоял рядом, но предпочел не вмешиваться.

Развилка прямо как в сказке: налево пойдешь – пароход потеряешь, направо пойдешь – жизнь потеряешь, прямо пойдешь – об этом даже заикаться не стоит! Оставался только один вариант, потому что ждать, пока наши соседи сами отвернут, а потом идти за ними, не было времени. Я резко дернул телеграф, полностью остановив машину. Стальной корпус начало болтать еще сильнее.

Дождавшись, когда скорость убьется волнами, я дал задний ход и скомандовал:

– Hard to starboard![3]

– Hard to starboard, sir! – подтвердил матрос.

Усилив толчок винта, я отбил корму влево и пересек кильватер судна, которое только что прошло здесь, мешая совершить нам поворот.

– Meet her![4] – крикнул я.

– Meet her! – повторил вахтенный.

Я снова дернул телеграф, на сей раз запуская передний ход. Два судна, окружавших нас, разошлись под острым углом, увернувшись от безвольного корпуса, с которым ураган творил все, что ему хотелось. Нас тоже болтало во все стороны, но пуск винта в прямом направлении придал контейнеровозу устойчивости, и пароход набрал достаточную скорость, чтобы выбраться из-под несущегося на него куска железа. Даже в темноте было заметно, как из его трубы валил густой дым, перемежаясь с тлеющими искрами.

– Port fifteen![5] – скомандовал я.

– Port fifteen! – послышалось в ответ.

Пора было возвращаться на курс. Оставалось надеяться, что с экипажем того несчастного судна все будет хорошо. Устраивать спасательную операцию в таких условиях было гораздо опаснее, чем просто увернуться от безвольного парохода, снижая шансы на столкновение до критического минимума.

– Можешь же, когда хочешь! – воскликнул капитан, все еще борющийся со стихией, чтобы устоять на ногах.

– Не отвлекайте, – попросил я его. – Впереди еще много работы.

И действительно, эхо-сигнал радара, помимо размазанных по всему дисплею туч, отображал огромное столпотворение судов впереди. Такие же преданные стихией, как и мы, они тоже боролись за выживание, чтобы уцелеть перед лицом неминуемой опасности.

Мне оставалось только идти за ними и следить, чтобы мы не столкнулись.

Серетун очнулся, когда шхуну впечатало в берег. Толчок был достаточно сильным, чтобы разбудить буйвола, но встали все, кроме Натахтала. Воитель продолжал угрожающе храпеть, время от времени урча, как котенок. Если Астролябия умилилась этому, то у остальных на лицах проступило явное раздражение.

– Сейчас он у меня получит, – процедил сквозь зубы волшебник, поднялся по небольшой лестнице и начал звонить в покрытый солью колокол. – Полундра, Злободун атакует!

– Что? Где? – Натахтал моментально вскочил, еще не открыв глаза, но уже размахивая кулаками.