Андрей Потапов – Первоочередной (страница 57)

– Да, – брезгливо ответил Дима. – Я впишу Натахтала обратно в книжку.

– И меня? – спросила Астролябия, приткнув голову рядом с дочкой Власова.

– Ты и так в книжке, – вздохнул писатель. – И твой благородный рыцарь обязательно вытащит тебя с изнанки.

– Обещаешь? – строго спросила красавица.

– Зуб даю! – воскликнул Дима, но тут же пожалел об этом, нащупав языком, что один нарощенный в детстве клык шатается.

Поимев неприятный разговор с боссом, Ибн Заде снова отрастил перья, чтобы долететь до своего замка. Визирь очень надеялся, что проказники, считающие себя стражей, задержали нежданных гостей до его возвращения. В конце концов, их должны были обеспокоить вспышки света из курилки.

Бальтазар был не в духе. Неудивительно, если учесть, что автор маячил прямо перед ним, а потом вдруг просто исчез. И миры почему-то не столкнулись, хотя должны были. Только причём тут бедный Ибн Заде, непонятно.

Деспоты всегда такие, увы. Будь у визиря выбор, он бы давно уже сбежал, сверкая пятками, но его бы тогда нашли прислужники властелина Царства Мёртвых и вернули обратно в пандемониум усопших безумцев. И собирал бы сейчас Ибн Заде лего без схем. Или крутил бы руль, представляя, что ведёт машину, хотя на самом деле просто запускал бы кнопками разные сигнализации.

Впрочем, всё это оказалось таким ничтожным, как только визирь увидел на горизонте Пейтеромск.

Оказывается, то, что правитель принял за лучи авроры, было его сгорающим городом.

Как всё не вовремя!

Спикировав к центральной площади, Ибн Заде втянул перья обратно и окинул город орлиным взором.

Набег чёрно-фиолетовых воинов был в самом разгаре.

Вокруг валялись искалеченные тушки усатых моржей на ножках, последний кривозубый павиан закрывал за собой люк, а на врага бежали самые отважные маги и музыканты.

Пейтеромцы перед лицом врага оказались неожиданно сплочёнными, и визирь искренне порадовался командной игре, которую затеяли представители гильдий. Пока хитровыдуманные торговцы толкали вторгшимся войскам веники Кирби, волшебники и барды заходили во фланги, чтобы окружить нерадивые отряды со всех сторон.

К радости правителя, на его глазах зрел самый настоящий Пейтеромский котёл.

Искренне желая помочь подопечным, визирь вспомнил несколько особо действенных заклятий и собрался уже ринуться в бой, как на его плечо легла тяжёлая рука.

Ибн Заде развернулся и кисло приветствовал своего антипода:

– Что это за поза богомола?

И правда, Гарюрич словно изображал милое насекомое, в чьём племени практиковались казни по гендерному признаку.

– Ты не представляешь, как я тебе рад! – Улыбнувшись, Долгорукий схватил визиря за руку и повёл в глубь кварталов.

Глава двадцать четвёртая

Глава двадцать четвёртая

– С кем это ты там зажимался, пока меня не было? – грозно спросила Астролябия своего возлюбленного.

Даже в призрачной форме она внушала большие опасения за физическое здоровье.

Медсёстры тоже умеют убивать.

– Я, э-э-э… – протянул Сеня, махнул рукой и замолчал, посмотрев на писателя.

Дима вжал голову в плечи, уже пожалев о том, что, читая набежавший за время душевного разговора текст, позволил себе спросить: “Роза? Кто такая Роза?”

Если бы воитель не был столь прозрачным, на его щеках обязательно бы заплясал стыдливый румянец, но сейчас обошлось. Хотя красавица и сама прекрасно знала, как отреагирует лицо её неуклюжего ухажёра.

Заметив странное переглядывание парней, Астролябия тоже стала с ними переглядываться, словно пыталась телепатически считать их мысли.

Это ещё повезло, что Ткань Повествования не наделила её такими способностями, а то было бы совсем худо.

Желая прервать эту бесполезную немую сцену, Наталия прочистила горло (как будто было, что прочищать) и молвила:

– Быть может, друзья, мы наконец-то приступим к плану по возвращению воителя?

– Да, пожалуй, – замялась девушка с золотистыми волосами, перестав играть в шпиона.

– Согласен, – выдавил из себя Сеня, пытаясь замаскировать вздох облегчения.

– В общем, что я предлагаю, – повернулся Дима на кресле, сложив руки. – Натали, ты прямо сейчас хватаешь нашего воителя и переносишь куда-нибудь поближе к Царству Мёртвых. А лучше прямо туда. Уговариваешь Ро… в общем, проводишь рокировку, – Дима доверительно подмигнул дочке Власова, – потом тут же отправляешься в Одессу и будишь Сеню. Кстати, где ты его оставила?

– Как много работы-то, – запричитала призрачная барышня. – Боюсь, зачахну совсем. Загонял ты меня, ирод.

– Да хорош тебе, – хихикнул писатель. – Нет времени туда лететь. И денег, кстати, тоже.

– То есть, ты предполагаешь, что мой Натахтал физически перенесётся к своему духу, когда проснётся? – уточнила Астролябия.

– Так точно, – уверенно ответил Дима. – А я это ещё подкреплю живым текстом.

– Только эпитетов поменьше, – пробасил воитель с улыбкой. – Сейчас глаголом жгут сердца людей.

– О как! – воскликнул писатель и развернулся обратно к клавиатуре. – В общем, вы знаете, что делать, а мне пора работать. Иначе обоим нашим мирам крышка.

– И реальному, кстати, тоже, – заметила красавица, паря всего в паре сантиметров от пола.

– Всё, идите, – попросил Дима, снова открыв злополучный файлик.

Роза летала по Царству Мёртвых, стараясь не сильно вглядываться в лица усопших. Почему-то ей казалось, что она окружена не жмуриками, а настоящими безумцами, заключёнными в дурдоме, за которым присматривают строгие надзиратели.

Хотя стоп.

А где тут хоть один надзиратель? Ну, кроме противного Бальтазара.

К удивлению юной одесситки, эти психи ненормальные находились тут по собственной воле.

То есть прямо на глазах девушки отсюда ушёл забавный усатый мужичок Алуфтий, который явно прописался в этом жутком подземелье. Почему его никто не остановил? Почему он просто взял и свалил, а она осталась здесь, подобно древнегреческой Эвридике, которую пролюбил Орфей?

Столько вопросов, а вот с ответами туго.

Мало того, что место не из приятных, так ещё и не займёшься ничем, потому что тело утратило свою былую упругость и стало невесомым, пролетающим всё насквозь.

Спустя много часов стенаний Роза уже даже была готова поиграть с одним из ненормальных в его странную бессмысленную игру, но только при условии, что ничего не придётся трогать.

То есть партия в дурака рубашками кверху или шахматы наоборот ей ни в коем случае не подходили.

Кстати, вы когда-нибудь играли в обратные шахматы?

Это не просто забава для развития ума. Победить в обратных шахматах может только хитрый и очень искушённый человек.

В центр доски ставятся два короля, каждый на своей половине поля, а рядом с ними – по одной пешке соответствующих цветов. Из этого положения все ходы делаются в обратном привычной логике направлении, включая взятие фигур.

Проще говоря, выиграть можно, только заставив соперника вернуть все ваши фигуры на доску. Сделать это ой как непросто, особенно с учётом того, что в конце партии они должны стоять по своим местам.

Поэтому в ход идёт шантаж всех масштабов и конфигураций. Угрозы, подкуп и мольбы.

Интеллект в этой игре совершенно ничего не решает, зато напористость и связи приводят к безоговорочной победе, когда только одна сторона доминирует.

Роза после долгих раздумий подплыла к хмурому на вид тавромину, заслышав, как он играет в очень странную словесную игру.

Тавромин – это как минотавр, только наоборот, бык с человеческой головой.

Из-за неспособности бычьей челюсти издавать членораздельные звуки, для них придумали специальную версию игры в города только гласными.

Например, вместо обычной связки Пейтеромск – Крепководск – Котесса – Аминомикус нужно произносить: “Е-е-о, Е-о-о, О-е-а, А-и-о-и-у”. Сначала эту игру в Мире Эскапистов не приняли, но потом поняли, что так намного увлекательнее играть, особенно если гласные в разных названиях совпадают.