Андрей Посняков – Славный путь. Поручик (страница 8)
– Тетя Эля! – рассчитывая дедка, вдруг вспомнила-вскинулась Ира. – Ты жиличку-то свою на учет в милиции поставь, все ж таки – иностранка. Участковый вчера заходил, просил напомнить.
Очередь живо заинтересовалась:
– А как она, девка-то, Эльвира? По-нашему-то говорит хоть?
– Да говорит. Только не очень чисто. Но – девка умная…
– Ну, так может и сама к участковому-то зайти. Раз умная…
Наконец, дошла очередь и до Антона…
– Посылка? Ага. Ага… Есть… Не одна даже! Телефон свой скажите… Сейчас вам эсэмэсочки придут… А, пришли уже? Ну, говорите…
– Антош, отец-то где похоронен? – подойдя, негромко спросил Михалыч.
– В Петербурге, на Южном…
– Эх… совсем ведь молодой был… Эх-х… Помяну сегодня… Антон, хошь – и ты приходи, где живу – знаешь.
– Спасибо, Юрий Михалыч… Увы, не смогу – дела…
– Ну, дела так дела… Понимаю, вы – молодые, вам быстро жить надо. Такой уж век! А Генка мой, внук, под Курском сейчас… воюет…
– Знаю. Мы с ним как-то перезванивались…
Бойцам Антон помогал регулярно, как и жителям Донбасса – в университете все организовали – сбор средств и всего такого прочего… Последние два раза сами и доставляли – угодили под обстрел, но выбрались…
– С вас денежка!
Операторша назвала сумму, юноша рассеянно заплатил, все вспоминал Генку… Не так, чтоб уж очень хорошо знакомы были, но как-то по ранней юности почти все лето здесь, в деревнях, провели…
Выходя, молодой человек нос к носу столкнулся с той самой велосипедисткой, поклонницей Цоя… Та улыбнулась, Антон тоже растянул губы в ответ и даже хотел было что-то сказать, но раздумал. Все равно не услышит – в ушах-то наушники!
– Тот, кто в пятнадцать лет убежал из дома, вряд ли поймет того, кто учился в спецшколе-е-е…
Интересно, сколько ей лет? Двадцать? Или чуть больше? Наверное, тоже студентка… на каникулах здесь… А, впрочем, не до студенток сейчас… не до студенток!
Машину Антон не закрывал – все равно стекла опущены. Да никто здесь чужого и не возьмет – все свои кругом, дачники…
И все же…
Подъехав к даче и открыв багажник, молодой человек удивленно моргнул… Показалось вдруг, что сумка стояла как-то не так… Хотя что гадать? Взять да заглянуть…
Уф-ф! Слава богу, все находки на месте! Разве что… завернуты как-то… впопыхах… Он, Антон, кажется, как-то аккуратнее все упаковывал, чтоб ничего не торчало. Хотя вспомни теперь, как… Да в дороге вполне могло растрястись…
Виктор Иванович встретил Антона в застиранных джинсах и мешковатой, не по росту, футболке, смотревшейся, впрочем, весьма симпатично.
– Соседка дала… Клавдия Степановна, – смущенно пояснил архивариус. – Говорит, что это я все в одном да в одном… Пришлось сказать, что вещи дома забыл. Она и – вот…
– А ничего! Вам идет даже, – войдя в дом, Антон поставил сумку на стул.
– Не спрашиваю ничего, – потерев руки, возбужденно пробормотал Щеголев. – Вижу – есть!
– Да кое-что…
Расстелив на столе старую газету, молодой человек выложил на нее все, что привез – и только что полученные на почте посылочки, и странные колбы со свалки.
– О-о-о! – завидев колбы, Щеголев тут же сорвал с них фольгу, глянул… – Да-да-да! Это, друг мой, то, что и надо! Ага-а… и посылочки… Надеюсь, все гладко прошло? Никто за вами не следил?
– Да бросьте вы, Виктор Иваныч! Кому я нужен-то?
– Я так… на всякий случай… Антенну я уже подготовил! Ну, пока вас не было… Может, чайку? С печеньем… Понимаете, пока не будет всех деталей, нет никакого смысла начинать…
– Эй, хозяева-а! – вдруг донеслось с улицы.
Щеголев и Антон разом подбежали к окну.
– Клавдия Степановна! – узнав, тут же заулыбался архивариус. – Сейчас, сейчас… сейчас… Сию же минуточку!
Отойдя от окна, Виктор Иванович понизил голос:
– Я ее отвлеку… А вы тут, на столе, приберитесь… ну, спрячьте куда-нибудь. Вдруг она захочет зайти? Не пустить неудобно.
Выслушав, Антон молча кивнул – предложение было не лишено смысла.
Распахнув дверь, архивариус надел старые тапочки и вышел навстречу гостье с самой радушной улыбкой, между прочим, вполне искренней:
– Клавдия Степановна! Решили все ж таки в гости заглянуть? Очень рад! Очень.
– Да я только спросить… – соседка на этот раз примоднилась, сменив халат на бежевый балахон со скарабеями и древнеегипетскими божествами.
Даже Щеголев заценил:
– Красивая у вас кофточка!
– Вам нравится? – неожиданно зарделась гостья. – Это я в Египте купила. С дочкой зимой летали… в этот, как его… В Шарм-эль-Шейх! Точно – красиво?
– Вам очень к лицу!
– Спасибо. А дочка говорит – ширпотреб… Ой, Виктор Иваныч, я вот зачем к вам, – соседка вдруг хитро прищурилась, придав лицу зефирно-умильный вид. – Я видала, вы на крыше с антенной возились… Вижу – человек понимающий…
– Ну, кое в чем – несомненно! – приосанился Щеголев. – А что такое?
– Виктор Иванович, родненький, вы бы мой телевизор глянули, а? А то что-то, гад, работает не всегда… Вчера, чтобы сериал посмотреть, пришлось, к Эльвире идти, к подруге, а она ведь не близко живет.
– Так это, верно, в приставке дело… – архивариус задумчиво почесал затылок, и без того взъерошенный, и тут же кивнул: – Что же, глянем! Хотите, так прямо сейчас…
– Ой… сейчас-то я к автолавке… – опечалилась Клавдия Степановна. – А вот если вечерком, часов в семь-восемь. Я как раз котлет нажарила… С Антошей бы и зашли.
– Что ж… Вечером так вечером, – снова кивнув, Щеголев развел руками. – Не знаю, как мой юный друг, а уж я-то – всенепременно. Так что – ждите.
– Ой… да я уж… Спасибо вам большое, Виктор Иванович!
– Да пока не за что…
Проводив соседку до калитки, архивариус внимательно осмотрел улицу и, не заметив ничего подозрительного, вернулся в дом.
– А вы, кажется, приобретаете популярность, – обернулся Сосновский. Он как раз заваривал чай. – Значит, телевизор вечером будете чинить…
– Посмотрим… – Виктор Иванович выглядел несколько смущенно. – Там, скорее всего, приставка… Черт!
Неожиданно дернувшись, Щеголев чуть было не расплескал чай.
– Что такое? – поднял глаза Антон.
– Какой же я идиот, друг мой! – всплеснув руками, патетически воскликнул архивариус. – Какой же я идиот! Про самое главное-то забыл. Паяльник! Припой. Чем же я детали-то паять буду?
– Хм, паяльник, – юноша перевел дух. – Эко дело. Закажем! Или купим где-нибудь.
– Э-э! А с чем сегодня в гости пойдем? Что я с приставкой делать буду? Чем микросхемы паять?
– Так… в следующий раз почините.
– Конечно, там, скорее всего, схемы уже на выброс, на замену… – бормотал про себя Щеголев. – Но попытаться можно… было бы – чем… А пока – да, идти не с чем… Ой! Надо же предупредить! Она же ждать будет. Некрасиво получится, если так…
– Что-что вы там говорите?
– Антон! Где здесь автолавка?