Андрей Посняков – Черная звезда (страница 22)
Старый скряга довольно кивнул и одобрительно посмотрел на Розарио.
Прохиндей изящно опёрся на хозяйское кресло и стоял с самым задумчивым видом, ему предстояла трудная задача – остальные слуги сеньора Гвиандо были экипированы ничуть не лучше водителя.
Глава 8
Капрал Арнольд Шапс в чёрном костюме торговца углём и с вымазанной зелёным вазелином физиономией, угрюмо посматривая по сторонам, медленно тащился по набережной. Серая широкополая шляпа на его голове могла бы служить неплохим укрытием от припустившего дождика, если бы не так быстро промокала.
Чёртов Шрайдер! Заставил-таки проверить всех десятерых возможных сообщников Бангина. Шапс поделил их пополам с Рогойо, поделил по честному: самому – четыре, Рогойо – шесть. Лейкина капрал оставил себе, и вовсе не потому, что сильно подозревал того в сотрудничестве с контрабандистами, а исключительно в личных мстительных целях.
В приземистом здании речного вокзала, где работал полотёром один из бывших узников земляной ямы, людей было мало. Во-первых, потому что рабочий день, а во-вторых, сообщение с морем через устье реки так и не наладили из-за упавшего пролёта старого моста, загородившего фарватер острым волноломом. Городское собрание с ног сбилось, пытаясь решить возникшую проблему, но, пока, как видно, безуспешно.
Углядев полотёра – пожилого дьяблоса, старательно размазывающего по полу грязь посредством примотанной к палке пакли, Шапс, немного понаблюдав, вычеркнул его из списка, здраво рассудив, что подобный субъект вряд ли может оказаться особо полезным агентом для чёрных археологов. Хотя, кто знает… бывали прецеденты… А, ну его к лешему!
Капрал сплюнул и подошёл к окну, из которого открывался великолепный вид на набережную. Кивком подозвав буфетного приказчика, Шапс заказал бутылку лимонада с жареной тыквой и уселся на подоконник, дожидаясь окончания не на шутку зарядившего дождя. В пол уха он прислушивался к разговорам немногочисленных пассажиров внутренних материковых маршрутов, правда, большую часть не понимал – в Корпусе плохо учил языки.
Немного послушав, Шапс сплюнул в урну и, купив у разносчика газету, снова уселся на подоконник. Газета, как и следовало ожидать, тоже оказалась на старо-испанском и капрал, сунув её в карман, уставился в окно.
Дождь как шёл, так и продолжал идти, даже немного усилился, загнав в придорожные харчевни редких прохожих. Вдалеке на реке угрюмо покачивались рыбачьи лодки и пара паровых катеров внутренних линий. По набережной медленно проехала самоходная повозка, судя по бьющему из самоварной трубы дыму и чёрному лицу водителя – работающая на древесном угле. Затем проскочил всадник на йоххо. Пробежали мальчишки со школьными сумками, наверное, двоечники… то есть, мальчишки не совсем пробежали, а вдруг остановились невдалеке от вокзала, с большим интересом высматривая что-то на середине реки. Любопытствуя, капрал высунулся в окно…
По реке, в сторону разрушенного моста, звонко шлёпая по воде гребными колёсами, медленно двигался катер, таща на буксире большое деревянное судно без парусов, но с мачтами. Не доходя до упавшего пролёта, катер замедлил ход, отбросил буксирный конец и, развернувшись, ловко подтолкнул судно к берегу.
– Наконец-то городские власти решились! – с издёвкой произнёс кто-то из пассажиров, так же столпившихся у окна. Шапс, правда, не понял этой фразы, зато в следующих услыхал кое-какие знакомые слова. Слова эти были: «взорвать» и «брандер». Ну, тут и тупой бы догадался – каким образом городское собрание собирается решить проблему упавшего пролёта. Да-да! Именно что взорвать его к чертям собачьим посредством брандера – начинённого взрывчаткой кораблика.
Предназначенное для взрыва судно было красивым, но старым – с тщательно отделанными надстройками и полусгнившим такелажем. Машина и гребные колёса были сняты, что придавало кораблю некоторый оттенок изящности.
– Ну вот, скоро наладим навигацию, – проследив глазами за ходом буксира с брандером, довольно произнёс сеньор Луэрдано.
В чёрном смокинге и широкополой шляпе с красным пером, он небрежно развалился в салоне «буханки» Гвиандо. Сопровождавшие его секретари, Альдоньо и Кариэтти – молодые ребята в одинаковых серых камзолах, с почтением внимали его каждому слову. Ещё бы, пожирать глазами начальство – первейшая обязанность всякого чиновника и Кареда здесь не была исключением. Женька даже хмыкнул, увидев в зеркале их подобострастные рожи.
– А эти глупые йоххо из левой фракции ещё голосовали против! – умилительно взглянув в глаза начальству, прокомментировал один из секретарей, другой же согласно закивал и, дождавшись одобрительного взгляда сеньора Луэрдано, поинтересовался, не в курсе ли сеньор, кого из младших клерков Собрания направят с ревизией в Ледоград.
Сеньор, конечно же, был вполне в курсе, только ничего не пояснил – нечего, пусть молодняк помучится! Сказал только, что поедет кто-то из их управы и будет наделён чрезвычайными полномочиями. Ледоградский пароход, проходящим рейсом из внутренних районов, должен был прибыть сегодня и, по возможности, завтра же отправиться в Ледоград, для чего депутаты городского собрания Кареды потребовали резкого ускорения работ по расчистке фарватера.
«Чрезвычайные полномочия!» – молодые клерки восхищённо переглянулись.
Эти слова означали многое. Фактически единоличное управление (в течении пусть даже нескольких недель) самой отдалённой и значимой колонией Кареды! Большое доверие и большая ответственность. С этой ступеньки можно широко шагнуть вверх, а можно и сверзится вниз, да так, что расшибёшь голову.
Потому на эту должность особо никто не рвался. Даже – из малжших клерков. Посылали разве что провинвшихся… или находили какого-нибдуь дурачка, из тех, кому нечего терять.
Экономические трудности Ледограда – самого северного населённого пункта планеты – были общеизвестны: отопление, безденежье и низкий социальный статус большинства жителей. Всё это – при полной инертности властей, вернее – безвластии. Прежний губернатор-алькальд сгинул где-то в океане вместе с любимым рыболовным траулером, а нового ледогорцы ещё не успели выбрать. Да и после выборов новое должностноге лицо ещё должны были утвердить в Кареде. В общем, история предстояла долгая.
На такой вот случай и было предусмотрено прямое правление Ледоградом одного из кареданских чиновников. Неважно – кого именно. Ни звание, ни стаж, ни положение значения не имели. Не он лично управлял бы городом, но Городской Собрание Кареды при его посредстве. В его лице. Не так уж часто случалось подобное, но в Уставных грамотах обоих городов этот случай был предусмотрен, и Кареда спешила использовать эту возможность для непосредственного подтверждения своего статуса метрополии, порядком пошатнувшегося в последние годы, ну и для обучения молодых чиновников. Опыт, полученный ими в Ледограде, пригодился б весьма.
Капрал Шапс с подозрением посмотрел на ехавшую мимо вокзала «буханку» и вздрогнул. За рулём сидел пресловутый Лейкин! Прилично одетый, в пижонским голубом галстуке, недешёвом, судя по виду. На его шее не было ошейника раба – оджио!
Судя по всему, чертов кадет вез каких-то важных гостей, в одном из которых Шапс узнал депутата Городского Собрания Луэрдано, недавно бывшего с проверкой у «чёрных археологов» и обещавшего помочь с решением вопроса снабжения. Капрал был готов ко всему, но счастливого и, вроде бы, даже улыбающегося Лейкина он никак не ожидал увидеть. Вернее, ожидал, но другого: жалкого, униженного, грустного.
Жаль что этого чёрта не отправили в каменоломни!
Прибавив скорость, авто с высокими гостями сеньора Гвиандо объехало здание речного вокзала и скрылось за поворотом, еле-еле разъехавшись со встречным транспортом – низкой приземистой машиной землисто-чёрного цвета.
– Вон он, наш практикант, собственной персоной! – резко взяв влево от внезапно выскочившей «буханки», бросил сидевший за рулём приземистого автомобиля Фианга, – Чуть бампер не помял, черт косорукий! Похоже, ему тут не так и уж плохо, а, Эрнст? Такого галстука даже у тебя нет!
– Пожалуй, – согласился сидевший рядом Бангин, – Давай-ка за ним… только не очень заметно.
Развернув машину, Фианга быстро догнал «буханку» и, не привлекая внимания, пристроился метрах в полста сзади.
Капрал Шапс, глядя из окна речного вокзала, сразу же узнал машину контрабандистов и, удивлённый её непонятными манёврами, выскочил наружу. Извозчика долго ловить не пришлось – все они имлеи обыкновение столоваться в привокзальной харчевне, привязав во внутреннем дворе своих йоххо. Сторговавшись за пару монет, капрал вскарабкался в пассажирское седло почти на самой шее. Возница пристроился ниже, гикнул… И странная помесь коровы и кенгуру помчалась вслед за двумя машинами длинными нелепыми прыжками.
– Старый скряга, наверняка, попросит меня о контракте, – буркнул себе под нос Луэрдано, поправляя на голове шляпу.
– Вы имеете в виду поставки продуктов археологам в Растинги-Кай, сеньор? – уточнил один из молодых клерков, Кариэтти… Впрочем, это мог быть и Альдоньо, уж очень они оба были похожи – темноволосые, оливково-смуглые, с синими пронзительными глазами. Кариэтти, правда, был на лицо покруглее. Зато у Альдоньо брови росли гуще.