Андрей Парфеньев – Зона. Отчуждение. (страница 101)

* * * * *

Конечно же Гор не уложился в двое суток. На третий день, скудно поужинав, Жос сидел у костра и предавался грустным размышлениям. Больше ему ничего делать не дозволялось. Параллельно он ломал тонкие веточки и размеренно подбрасывал их в огонь. Дров в костре вполне хватало, кидал только ради процесса.

Вдруг по его телу пробежала легкая дрожь. Что это? Озноб? Да вроде не замерз, да и дрожь как будто исходила не изнутри, а откуда-то снаружи. Через пару секунд он ощутил ее снова, в первую очередь ногами и пятой точкой, покоившейся на небольшом плоском камне. Он поднял глаза, тревожно озираясь по сторонам и пытаясь понять откуда исходит странное явление. Тут же наткнулся на злой взгляд Ящера, криво улыбающегося своим острозубым ртом.

- Сейчас тебе ничего не угрожает, сталкер. Не мандражируй.

Но странная вибрация все усиливалась и усиливалась, повторяясь каждые две секунды, а не мандражировать становилось все сложнее и сложнее. Сталкер вдруг понял, что это чьи-то приближающиеся к ним шаги и ему стало совсем жутко.

- Кто-то идет! Может…

- Заткнись и сиди спокойно. - оборвал его Ящер, потом добавил своим соратникам — Отведите-ка своих подальше, на всякий случай.

Гицель только длительно посмотрел в темноту и опять сосредоточился на вдумчивом ковырянии вилкой в полупустой банке с тушёнкой. Давно сожравший свою пайку Хряк, что-то бухтя себе под нос, встал и скрылся в темноте. Вскоре оттуда раздались недовольные удаляющиеся похрюкивания.

Жоса одолевал какой-то животный страх и его тело непроизвольно клонилось в сторону от надвигающейся вибрации, руки самопроизвольно сжимали воздух в поисках какого-нибудь оружия. Ему казалось, что он уже подскакивает на своем камне на добрый сантиметр. Но вот прошел последний мощный удар в землю и все резко стихло. Медленно-медленно отошли в прошлое пять долгих секунд и в круг света, на высоте двух с половиной метров, неторопливо сунулась большая вытянутая страшная морда, увенчанная сверху чем-то еще более большим развесистым и одновременно смертоносным. Злобные, с крупными темными кругляками зрачков, глаза пристально уставились на «черных». Огромные ноздри выдохнули с шумом кузнечных мехов, при этом сила дуновения заставила пламя костра на пару мгновений отклониться в сторону. Толстые губы бесшумно раздвинулсь, обнажая крупные прямоугольники желтых зубов. По их форме было понятно, что мутант предпочитает питаться растительной пищей, но этот факт ни у кого из присутствующих не вызвал иллюзий относительно силы его укуса. Никто не захотел бы испытать его на себе. Голова монстра покоилась на толстой вытянутой шее, исходящей из широкой могучей груди. Все это великолепие стояло на толстых мускулистых ногах, на зависть самому крепкому коню тяжеловозу. Туловище постепенно снижалось к задней части, напоминая своей формой тело гиены, только в несколько раз больше. Но самое потрясающее было на голове! На голове и немного на теле. Чисто технически это были рога. Практически же, из головы неведомого монстра торчало множество длинных ломанных и острых костных отростков. "Везунчик" попавший под его атаку сто процентов получал несколько колотых ран, а с учетом силы мутанта, скорее всего сквозных. Такие же, только короче, торчали по всей длине шей, увеличиваясь в размерах к холке исполина и сходя на нет к его крупу.

Пораженный Жос, разглядывая все это великолепие, автоматически сделал вывод, что исходным "куском глины" в данном случае для Зоны послужил не кто иной как обычный лось!

- Ух! Каков красавец! - Ящер встал и медленно сделал пару шагов по направлению к опасному мутанту. Тот в ответ недовольно фыркнул.

- Привыкай, привыкай! Я друг. – «черный» пристально смотрел в его глаза.

Из темноты появился Гор и так же успокаивая мутанта, похлопал его по мощной шее.

- Как, говоришь, называется этот редкий мутант?

- Никак. Так как он редкий! Я его сохачем кличу.

Далее, все члены группы, включая вернувшегося Хряка, знакомились с новым "членом" отряда, пока Гор с аппетитом ел у костра горячую пищу. Видимо в срочной "коммандировке" ему некогда было разогревать себе еду, потому питание происходило на ходу и всухомятку. Когда сохач перестал фыркать на "черных" каждый раз при их приближении и уже не клонил в их сторону голову, демонстрируя свое главное оружие, Ящер распорядился:

- Все, на сегодня хватит. Всем отбой. Первым дежуришь, ты, Гор, как самый уставший. Отсидишь свое и спи потом до самого утра.

Старший явно был доволен пополнением в их отряде.

- С утра немного познакомим нашего великана с остальными мутантами, чтобы сильно не шугались друг друга и выдвигаемся вперед.

- Может дать время...

- Лишнее. Все равно им порознь "работать".

На утро так и сделали. К сохачу подводили по очереди то одних, то других мутантов, успокаивали и ждали пока они немного попрывыкнут к запаху и ощущениям, возникающим от присутствия нового "друга". Кабаны постепенно перестали опасливо взвизгивать и норовить удрать подальше в лес, просто напряжённо стояли, повинуясь воле своего хозяина, при этом бешено вращая глазными яблоками. Псевдособаки перестали рефлекторно множиться, стараясь напугать непонятное созданье, лишь пригнув головы к земле то и дело глухо ворчали. Снорки наоборот мгновенно собрались, готовые к стремительному прыжку в любой момент. Если бы такой случился, то первый прыгнувший, с высокой долей вероятности, оказался бы наколотым на торчащие во все стороны острые отростки, только по привычке называемые рогами. Ну а остальные - как повезет. Но Ящер их "держал" крепко и вскоре они снова начали привычно вышагивать кругами и задирать хоботки кверху, правда при этом стараясь не приближаться к исполину. Это было лишь первое знакомство, чтобы только дать почувствовать мутантам друг друга, чтобы в случае незапланированного сближения в лесу это не стало неожиданностью для подопечных и не вызвало внезапную агрессию. В обратном случае, любое столкновение интересов, при ослабленном контроле хозяина и "свалка" из мутантов неминуема. По хорошему, для плотного взаимодействия их необходимо готовить минимум пару недель, но на это, естественно, не было времени. Сейчас хватит и так, потому как идти будут раздельно и раздельно же действовать.

После того как закончили с этой необычной для Жоса процедурой, "черные" облачились в подготовленные разгрузки и подогнали остальное снаряжение. Еще раз тщательно проверили свое оружие. Тут уже нужно было быть на чеку и по другой причине тоже: вблизи периметра, все же существовала маленькая вероятность незапланированной встречи с отрядом военных. Кто их знает, вдруг они именно сейчас разродятся каким-нибудь рейдом или местечковой операцией на близлежащей территории Зоны. Потом выбрали нужное направление и двинулись по лесу в прежнем порядке, только последним теперь шел Гор со своим "красавцем". Сзади то и дело слышался треск веток, нещадно ломаемых "рогами" великана. Через некоторое время Ящер не выдержал и сердито распорядился в рацию:

- Гицель, выбирай проходы пошире! Гор, следи за своим любимчиком, а то нас за километр слышно! Как приняли?

- Принято. - ответили оба.

- И всё, переговоры по рации закончили! Мало ли, вояки от скуки "местный" эфир слушают. Вызывать только если совсем "край" и "замеса" не избежать!

"Чёрные" ушли, оставив в брошенном лагере у догорающего костра разбросанные консервные банки и жестянки из под энергетического напитка. Среди прочего мусора, зажатый под камнем, остался лежать бумажный стаканчик.

54

* * * * *

Испещренный трещинами асфальт старой дороги, петляя, уходил от ворот заставы в сосновый лес. Так как по нему никто не ездил, он был густо усеян желтыми сосновыми иголками. В некоторых местах иголки лежали странно упорядоченно, а в некоторых их не было совсем. Любой, хоть немного понявший принципы выживания в Зоне бродяга, обошел бы эти места стороной, причем с хорошим запасом.

В придорожной канаве белели исполинские, обглоданные ночными хищниками, кости псевдогиганта. Когда на заставу вернулся штатный БТР, Петренко, первым делом, захотел при помощи его свалить огромную тушу с дороги, чтобы вид не портила, но Захарчук отсоветовал это делать и оказался прав. На запах падали ночью сползались местные хищники и на полотне дороги их было легче гонять очередями из «Корда», чем если бы они грызлись и нарушали покой заставы в канаве, скрытые насыпью дороги. Уже потом, потеряв многих «собратьев», мутанты постепенно стащили изрядно похудевшие останки вниз, где их было не достать из стрелкового оружия и никто не мешал им спокойно трапезничать.

Еще дальше, на опушке леса, скрытые от дороги мохнатыми ёлками, догнивали остатки одинокого хутора. От дома сохранились лишь три нижних венца, да крепкая русская печь посередине. То тут, то там из растительности торчали гнилыми досками остатки подсобных строений. Покосившиеся сегменты забора из последних сил пытались если не оградить, то хотя бы обозначить границы бывшего хуторского хозяйства.

В сохранившем относительную целостность колодце имелась вполне себе питьевая вода, в чем, изнывающие здесь от безделья уже больше трех суток бандиты, неоднократно убеждались, пополняя свои фляги и страждущие желудки, маясь похмельем после выпитого «антирада». Было их четверо — стандартное звено бритых. Впрочем, как и у многих других группировок в Зоне. Старшим значился невысокий хитрый браток, с необычным погонялом Цапля. Такое, не свойственное для братвы прозвище, он получил потому что прибившись к бандитам был совсем на «нуле» и чтобы поднять немного денег на пропитание, предлагал всем подряд, на спор, стоять на одной ноге кто дольше. Причем у тех немногих, кто согласился на его пари, неизменно выигрывал. После этого кто-то в шутку начал его так называть. Ну а после того, как однажды у вечернего костра, он рассказал историю из «прошлой» жизни, про то как один раз ему необычайно фартануло и он поднял серьезно бабла, так серьезно, что жил вольготно и даже иногда захаживал в местный ресторан с французской кухней и пробовал там лягушачьи лапки, погоняло закрепилось за ним окончательно.