Андрей Панченко – Война (страница 9)
- Десант «Разрушителя» пошёл! - доложил дежурный офицер.
Штурмовые боты вынырнули из ангара и, прикрываемые охотниками, нырнули в разорванные секции станции. Почти сразу по ним открыли огонь изнутри - у Содружества тоже были свои группы прикрытия, малая артиллерия снова включилась в работу, подавляя огневые точки противника.
Кира вышла со мной на связь из ангара «Разрушителя».
- Я иду со второй волной, - сказала она.
Я даже не стал спорить. Бесполезно.
- Канал открыт. Будь постоянно со мной на связи.
Она кивнула и исчезла с экрана визора - её метка переместилась в десантный бот.
Снаружи линкоры Содружества начали «просыпаться». Правда не все, нашего подранка успел добить «Гагарин». Один из них резко довернул орудийные башни в нашу сторону.
- Щиты тридцать четыре, - сухо доложил оператор.
- Держим позицию, - сказал я. - «Гагарин», сместиться на восемь градусов и взять на себя левый фланг. Не давайте им стрелять по станции.
- Принято.
Первые группы наших уже входили в центральный узел. На внутренней схеме станции синие метки сдвигались, сливались, образуя плотное ядро.
- Зак, начинаем эвакуацию, - сказал я.
- Уже! - рявкнул он. - Первый поток пошёл!
В голографе от станции к «Разрушителю» протянулась тонкая цепочка сигнатур - эвакуационные капсулы, импровизированные транспортники, даже аварийные шлюпки. Всё, что могло летать.
В этот момент связь с Кирой прорезалась резким всплеском.
- Мы в центральном! - сказала она. - Принимаем тяжёлых. И… Дима…
Голос на долю секунды дрогнул. У меня внутри всё сжалось.
- Говори.
- Один из близнецов ранен. Тяжёлый. Пробитие грудной клетки, осколки. Симбиот держит, но долго без капсулы не протянет. Нужно извлечь инородные предметы, чтобы кокон начал регенерацию.
В рубке стало тихо. Даже удары по корпусу будто ушли куда-то далеко.
- Кто? - спросил я осипшим голосом.
- Лёха.
На тактической схеме мелькнула метка с приоритетом «красный». Эвакуационная капсула уже принимала в себя пациента. Я закрыл глаза ровно на секунду. Потом открыл. Снаружи по нам ударили снова. Щиты просели до двадцати восьми. «Гагарин», управляющий хаб СОЛМО, и оставшиеся на прикрытии охотники сейчас прилагали все силы, чтобы отвлечь от нас врага, однако нам всё равно прилетало с завидным постоянством.
- Первый контур на грани, - сказал Роман. - Ещё один такой - и будем держаться на втором.
- Держи, - коротко ответил я. - Ещё две минуты.
Из станции вырвался очередной поток эвакуационных капсул, которые тут же прикрыли собой десантные боты «Разрушителя». Абордажники Содружества всё ещё были на станции, хоть мы и отогнали их подальше от центральной секции, и они время от времени напоминали о себе, пытаясь вести огонь. Добить их полностью у нас не было времени. Вот и сейчас силовые поля ботов аж светились от попаданий.
- В этой партии он, - Кира снова вышла на связь
- Принято. Встречаем! – нервно рявкнул я.
Капсулы вошли в силовое поле дредноута и их отрезало от огня. Правда не на долго, щит «Разрушителя» схлопнулся - в этот момент по нам прошёлся линкорный залп, часть плазмы срезала край внешнего ангара, куда как раз и направлялись раненые. Искин моего звездолета отреагировал мгновенно, тут же перенаправив поток в резервный док для перехватчиков.
- Пробой в девятом секторе! - крикнул инженер.
- Изоляция!
Капсула с Лёхой ушла внутрь. Через несколько секунд метка переместилась в медицинский отсек.
- В медкапсуле, - я не запрашивал медиков, но корабельный врач сам вышел со мной на связь, очевидно поняв, какой пациент к нему поступил - Давление стабилизируем. Кровопотеря критическая, но обратимая. Начинаю извлечение осколков и регенерацию тканей.
Я выдохнул. Но бой не ждал.
- Осталось тридцать восемь человек на станции, - сказала Кира. - И тяжёлые роботы противника в техническом кольце. Они рядом с реактором, поддержка малого калибра невозможна, можем на воздух вместе с ними взлететь.
- Черт! - выругался я. – Сколько тебе надо времени? Нам пора уходить!
- Дай ещё минуту! - резко ответила она. - Там Серёга с группой прикрытия!
Вот этого я боялся.
- Рома?
- Щиты двадцать два. Включен второй контур, первый на перезагрузке, нужно десять минут. Если второй сейчас снесут – всё, будем принимать залпы на броню.
Я посмотрел на временную шкалу. Исторический пик разрушения станции был уже почти здесь. Однако я пока не видел на тактической карте, кто в состоянии причинить ей такие разрушения, которые она должна получить, пока мы прикрываем её корпусом. «Гагарин», и охотники под управлением хаба СОЛМО уверенно держатся, и даже давят наших противников, заставляя время от времени выходить из боя то один, то другой линкор, чтобы перезапустить щиты. Если бы ещё и «Разрушитель» присоединился в полную силу к «Гагарину», флоту Содружества пришел бы конец, правда на это потребовалось по расчетам искина около часа. По сути, мы побеждаем. Может я чего-то не знаю, и время у нас ещё есть? Может зря я гонку устроил?
- Кира, сорок секунд. Не больше. – Я решил всё же придерживаться первоначального плана.
- Приняла.
- Командир – Меня отвлек Рома – Пора грузит управляющий в ангар. Иначе он не успеет уйти. Охотники тоже. Мы и так с погрузкой опаздываем.
- Да, нее успеваем уже… – Я взглянул на расчеты и понял, что сопровождение СОЛМО нам с собой не забрать - Оставим их здесь, на прикрытии, пусть продолжают вести бой до нашего ухода. Потом… потом поврежденные самоуничтожатся, а остальные уйдут в сопровождении хаба в какую ни будь безлюдную систему, без обитаемых планет, и перейдут в режим ожидания. Через четыреста двадцать лет встретимся с ними на точке сбора.
Внутри станции вспыхнула серия взрывов - это наши подорвали проход, отрезая преследование. Последние метки рванули к шлюзам.
- Все на борту! - раздался голос Зака. - Уходим!
- «Гагарин», отход по схеме «дельта»! - приказал я. - Охотники - прикрытие. Рома, погнали!
В этот момент произошло сразу несколько событий, которые мгновенно поменяли расклад сил на поле боя.
«Разрушитель» дал полный импульс назад, разворачиваясь корпусом к станции. В этот момент «Гагарин», у которого всё было готово к перемещению исчез, а линкоры Содружества вдруг потеряли свою главную цель и тут же переключились на нас. Но и это было ещё не всё.
- Фиксирую временной переход! – в голосе оператора портала слышалась паника – Два перехода!
- Что за… - Хотел было я задать вопрос, но тут же замолчал, потому что сам увидел то, про что говорил оператор.
Два потрепанных дредноута Содружества и группа кораблей сопровождения материализовались в каких-то десяти тысячах километрах от нас. Те самые, которые вышли из боя с моим флотом в сражении за торговую станцию в соседней системе и в нашем времени.
- Они берут нас в перекрёстный! - крикнул дежурный офицер, выводя меня из ступора.
- Портал! – заорал я в ответ – Врубай портал!
- Мы не можем безопасно перейти, пока не отойдем от станции! – В голосе оператора портальной установки слышались оттенки обреченности. – Нам конец…
- Отойди! – Рявкнул я, и буквально вышвырнул оператора из его ложемента – Я сам!
Временная шкала развернулась передо мной. Настоящее - кровавое, пылающее - дрожало. Чуть левее - наша точка возврата.
- Фиксация по массе, - пробормотал я. - Коррекция на смещение… Вот же сука!
Автоматика и правда не давала запустить переход, пока корабль находится в нестабильном положении. Даже точку выхода не давала падла! А её так просто не посчитать без искина портала. Ничего, и на это есть решение, правда потом нам придется прыгать ещё раз, но это мелочи. Сейчас бы просто убраться подальше…
Решительно отключив автоматику я в ручном режиме выбрал наугад один из файлов в списке уже готовых координат. Их в системе было много, операторы постоянно отрабатывали переходы на портале, включенном в режим симулятора. Теперь оставалось только запустить портал принудительно.
По «Разрушителю» ударили. Щиты обнулились. Второй контур в последний раз вспыхнул, потеряв остаток энергии. Рядом разваливалась станция, превращаясь в тот самый кусок металла и композита, который мы увидим через несколько веков, ей тоже досталось.
- Пробои! - кричал инженер. - Три сектора!
Корабль дёрнуло так, что у меня в глазах на секунду поплыло. Слева по борту что-то хлопнуло, и в рубку пошёл еле заметный запах горячего компазита - не дым, а именно тот мерзкий «припаленный» запах, который появляется, когда горят силовые магистрали.