Андрей Панченко – Искупление (страница 2)
- Десять?
- Не думаю.
- Вы засекали время?
- Нет.
- Тогда откуда уверенность?
- Из того, что мы действовали без остановки. Проверили убитых, собрали документы, осмотрели машины и самолёт, после чего ушли.
Климов положил ладонь на папку.
- Кто собирал алмазы?
- Я.
- Кто складывал их в дипломат?
- Те, что лежали возле капота, собирал я. Часть уже находилась внутри.
- Кто собирал деньги?
- Их не требовалось собирать. Пачки лежали в дипломате.
- Кто нёс дипломат после ухода?
- Я.
- Постоянно?
- Да.
- До выхода к своим?
- До момента, когда меня уже почти без сознания доставили в расположение бригады.
- Вы передавали дипломат кому-либо по дороге?
- Нет.
- Давали кому-нибудь открывать его?
- Нет.
- Почему?
- Потому что там находились документы и материалы, представлявшие разведывательную ценность.
- А деньги и алмазы ценности не представляли?
- Представляли как подтверждение сделки, но документы были важнее. По ним можно было установить участников встречи, маршруты, связи и назначение самолёта.
- Кто видел содержимое дипломата на поляне?
- Все находились рядом.
- Это не ответ.
- Я не следил, кто именно смотрел внутрь. Богдан наверняка видел, потому что находился ближе остальных. Али мог видеть. Самуэл вряд ли.
- Мог или видел?
- Не знаю.
- Удобный ответ.
- Правдивый. Мы не проводили инвентаризацию под расписку.
Климов чуть откинулся на спинку стула.
- Ваши товарищи подтвердят, что в дипломате находилась именно та сумма, которую вы передали?
- Они подтвердят, что дипломат я нашёл на капоте, что деньги уже лежали внутри и что по дороге я не исчезал вместе с ним в кустах.
- Я задал другой вопрос.
- Тогда ответ будет прежним. Я не знаю, успел ли кто-нибудь из них рассмотреть количество пачек.
- Самуэл уже ничего подтвердить не сможет, - негромко сказал Лебедев.
Он произнёс это как случайное замечание, но слишком внимательно смотрел на моё лицо.
- Не сможет, - ответил я.
- Значит, остаются Джалдыгулов и Бойко.
- Они живы. Спросите у них.
- Уже спросили.
- И что они сказали?
Климов не изменился в лице.
- Их показания оцениваются отдельно.
Старая уловка. Они могли вообще ещё не разговаривать с ними, могли получить точное подтверждение, а могли услышать мелкие расхождения, неизбежные после боя и тяжёлого отхода. Теперь ждали, что я начну угадывать и подстраивать собственные ответы.
- Тогда оценивайте, - сказал я.
Лебедев снова сделал запись.
- В переданном вами дипломате обнаружено восемьсот семь тысяч долларов США.
- Хорошо.
- Вас не удивляет эта сумма?
- Я её не пересчитывал, поэтому удивляться нечему.
- По предварительной оценке специалистов, стоимость переданных необработанных алмазов составляет около двенадцати миллионов долларов США.
Я решил, что ослышался.
- Сколько?
- Около двенадцати миллионов.
- Не может быть.
- Вы разбираетесь в драгоценных камнях?
- Нет.
- Тогда на каком основании сомневаетесь в заключении специалистов?
- На том основании, что рядом с алмазами лежало всего восемьсот семь тысяч. Если это была обычная покупка, цифры между собой не сходятся.