Андрей Панченко – Чужие звезды (страница 8)

Он снова посмотрел на оборудование.

- А технологии… - сказал он. - У вас… всё выглядит слишком развито.

- Прошло много времени – Пожал я плечами, с интересом разглядывая Бируса, он держался лучше, чем я ожидал – К тому же мы получили много чужих разработок. В том числе солмовских. И переработали под себя. Помимо этого, мы использовали и биотехнологии. Сейчас любой взрослый житель нашей колонии способен на такое, что вы себе даже представить не можете. Впрочем, со временем вы всё узнаете.

- Понятно.

Он помолчал.

- Тогда ещё один вопрос. Почему Вы хотите узнать, куда мы летели?

- С СОЛМО мы столкнулись только в этой галактике. – Пояснил я – В нашей старой, как мы раньше думали, они не появлялись. Но вдруг мы находим тут вас, а старый навигационный архив СОЛМО показал нам, что в нашу галактику они наведывались частенько. И я не верю, что основной целью для них были люди. По крайней мере это не объясняет регулярность полетов. Набрать подопытных для экспериментов можно было и за одну миссию. СОЛМО - это машины, и они лишены эмоций. СОЛМО ничего не делало просто так. Жаль, что у вас не было в то время имплантатов, я бы очень хотел прямо сейчас взглянуть на координаты этой вашей странной аномалии.

- Я не знаю, что такое имплантат – ответил навигатор – Но если вам нужны координаты… Мой корабль… его можно найти?

- Теоретически - да. – Пожал я плечами – Но только теоретически. Мы уже знаем один маршрут, по которому СОЛМО летали к нам в гости. Скорее всего, он как-то связан с вашей экспедицией. Если мы решим отправить туда разведку, то возможно и следы вашего корабля обнаружим, хотя это что-то из области фантастики.

- Тогда… - Бирус чуть выпрямился. - Если понадобится специалист по навигации старых стандартов… я в вашем распоряжении.

- Записал.

Я поднялся.

- Пока отдыхайте. Завтра вас переведут в реабилитационный блок. Начнём адаптацию к современной среде. Сейчас вы снова заснете, и медики продолжат ваше лечение.

Он кивнул. Без споров. Дежурный медик дал знак, и медкапсула закрылась. Бирусу снова включили мягкий сон - короткий, на пару часов, чтобы сбросить перегруз. Я вышел в операторскую. Баха сидел за консолью, листал логи процедуры.

- Он держится, - сказал я.

- Держится, потому что мы его вовремя рубим, - ответил Баха. – Зачем ты сразу начал его грузить «триллионами», СОЛМО, «эксперименты»? Не делай так больше. А насчет навигации… Если он хоть раз эти данные видел, то мы их вытащим. Сейчас после медкапсулы его память улучшится кардинально, потом небольшой гипносеанс, и по крайней мере математика и параметры у нас будут. Допрос под гипнозом или под препаратами тоже был бы эффективнее, он был бы куда спокойнее, и, если надо, даже не вспомнил бы, что мы его допрашивали. Имплантата и симбиота у него нет, с ним можно делать что угодно, мозг не защищен. Он нам расскажет даже, как в первый раз рукоблудил!

- Принял. – Хмыкнул я – Я ценю твою заботу, но пока попробуем так поговорить. Хотя всё что ты предлагаешь тоже сделаем, просто я хочу, чтобы он чувствовал будто сам нам всё рассказал и помог. Он должен нам доверять.

На следующий день Бируса перевели из медкапсулы в реабилитационный модуль. Там было проще: обычная кровать, мягкие фиксаторы, тренажёр для дыхания, голограф. В палате - сканеры наблюдения и кнопка вызова.

Он сидел, опираясь на спинку, когда я зашёл. Вид уже был другой: не «пациент в капсуле», а человек, которого уже можно спрашивать. Я сел на стул напротив, так чтобы он видел меня и дверь. Медик остался у стены, делая вид, что его тут нет.

- Продолжим, - сказал я. - Ты говорил: аномалия. Объект появился «из ниоткуда». Какие параметры ты мог бы вспомнить? Я понимаю, что ты не ученый, но всё же. Ты навигатор и должен был хоть что-то, чтобы знать, как управлять кораблем, если вы окажитесь рядом.

Бирус моргнул, словно переключился в рабочий режим.

- Спектр излучения не похож на естественный. Там был стабильный набор частот… как маяк, только в странной конфигурации. И ещё - «провал» на участке пространства, где ничего не должно проваливаться. Станции наблюдения это зафиксировали дважды. Потом - стабильно. Поэтому и дали ход экспедиции. Полный пакет данных был у капитана и у научного руководителя.

- Имена?

- Капитан - Рион. Научный руководитель - Севард. Я с ними общался по делу, не дружил.

Я отметил у себя. Эти имена пригодятся, когда дойдём до следующих капсул.

- Ты говорил: приказ лечь в анабиоз сразу после старта. Почему? Обычно часть экипажа бодрствует.

- У нас бодрствовала вахта, - ответил он. - Десять человек. Плюс автомат. Мы, инженеры, ушли в сон. Чтобы экономить ресурс и не кормить лишних. Экспедиция была дальняя. Два этапа. Первый - до промежуточного узла. Второй - к точке наблюдения.

- Промежуточный узел чей?

- Человеческий. Станция-буфер. Тогда такие ставили на границе освоенного. Там планировали сменить часть реактивов, обновить навигационные таблицы и отдохнуть пару месяцев.

- Вы туда дошли?

Он пожал плечами.

- Я не знаю. Я проснулся уже здесь. Последнее воспоминание - команда «в камеры анабиоза».

Почти час я беседовал с навигатором. Список вопросов готовил мне штаб и аналитики. Бирус отвечал охотно, и по данным его медицинских показателей - не врал.

- Что тебе нужно сейчас? – спросил я, заканчивая беседу.

- Чтобы мне объяснили базовые правила. Мне всё равно, как у вас тут называется форма или должности. Но я должен понимать: что можно, что нельзя.

- Получишь инструктаж, - ответил я.

- И ещё, - добавил он. - Я хочу знать расписание разморозок. Хочу встретить свой экипаж. Им будет легче, если они увидят знакомого человека.

- Расписание будет. – Немного подумав согласился я - Но сначала ты встанешь на ноги.

Он кивнул. Я поднялся.

- Сегодня достаточно. Завтра продолжим. Тебе придется снова лечь в капсулу. Будем доставать навигационные шаблоны из твоей памяти. Не бойся, это безопасно.

- Понял.

Я вышел из палаты и по каналу дал распоряжение Бахе:

- Делай завтра свой гипноз. Приоритет: извлечение данных по буферной станции и маршруту. Любые совпадения с солмовскими маршрутами - сразу мне.

Ответ пришёл быстро.

- Принял. И ещё: предлагаю следующую капсулу выбирай не рандомно. Нужен кто-то из вахты. Они могли видеть контакт. Бирус сегодня опознал всех по изображениям лиц, теперь мы знаем кто есть, кто.

Я согласился. Это было логично. Через двое суток мы подняли второго. И уже на первой минуте стало ясно: это не учёный и не инженер. Это был боец. По посадке, по глазам и по тому, как он первым делом попытался найти себе оружие.

Глава 5

Он очнулся резко. Глаза открылись сразу. Без долгой фазы возвращения, без мутного взгляда. Правая рука дёрнулась к груди, пальцы машинально попытались нащупать фиксатор кобуры. Пальцы скользнули по гладкому композиту капсулы. Он не стал дёргаться. Замер. Несколько секунд просто лежал, прислушиваясь к телу и окружающим звукам. Потом медленно повернул голову, оценивая помещение. Свет. Потолок. Стены. Оборудование. Силуэты людей.

- Контур наблюдения… - пробормотал он почти неслышно.

Резко вдохнул, попытался приподняться - фиксаторы мягко, но уверенно удержали плечи и грудь.

- Снять ограничители, - сказал он жёстко. Не просьба. Команда.

Медик уже потянулся к консоли, но я поднял руку.

- Пока нет.

Он повернул голову ко мне. Взгляд тяжёлый, холодный, оценивающий.

- Кто старший?

- Я.

- Тогда убери фиксаторы.

- Не сейчас.

Он несколько секунд просто смотрел на меня, потом перевёл взгляд на потолок.

- Стандарт анабиоза нарушен, - сказал он ровно. - Я не в медотсеке флота. Название корабля?!

- Это не корабль.

Мгновенная пауза.

- Тогда станция?

- База.

- Сектор?