Андрей Панченко – Болотник. Книга 5 (страница 30)

Пока Сасито занимался приготовлением пищи, я осторожно подошёл к порталу и пульту. Настала пора как следует осмотреться.

Безжалостно скинув с «алтаря» всё что на него успели навесить аборигены, я уставился на пульт. Ну что же, пациент скорее мёртв, чем жив. Только один из шестиугольников едва заметно мерцает зелёным цветом, да и на соседнем если уж совсем вглядываться можно заметить свечение. Я перевёл взгляд на портальную балку. И она не подаёт признаков жизни. Ну что же, и слава богу! Работай эта хрень, я бы наверняка попробовал её включить! Только вот не понятно, о каком доступе ведёт речь «голос»? Три процента от Ковчега осталось, и эта комната никак на такой объем не тянет. Ковчег был огромен! Как я могу осуществить свой капитанский доступ, если портал не фурычит? Хотя возле портала чисто. В отличии от всей остальной пещеры перед ним нет даже случайного мусора, а так бывает только у работающих «врат», может старинный источник энергии время от времени возобновляет свою работу, и портал оживает? Одни загадки. Оставив в покое пульт и портал, я принялся обследовать помещение.

Да, захламили пещерку знатно. Что бы добраться до остатков «ложа» мне пришлось изрядно повозится. Используя подручные средства, которые в изобилии можно было найти вокруг, я расчищал пространство. Я орудовал то копьём, то топором, но из-за возраста и качества метала они ломались и гнулись одно за другим. С досадой я обвёл пещеру взглядом ещё раз и взгляд мой зацепился за меч. Это старинный редкий африканский племенной меч, широко когда-то используемый племенем масаи. Лезвие меча было толстое — кованый метал очень прочный. На клинке даже что-то было изображено. Рукоять сделана из дерева, а сверху покрыта шкурой темно коричневого цвета.

Богатое подношение «духам». Оружие, изготовленное из метала высоко ценилось во всей до колониальной Африки за исключением тех регионов, где было влияние ислама. Мечи были относительно редким типом оружия, в основном масаи полагалось на копья, по тому, как на производство копье требовалось меньше железа.

С крепкой железякой дело пошло веселее. Я рыл как крот, до тех пор, пока меня не позвал Сасито, который наконец-то приготовил еду. С мечом в руке я подошёл к ручью и уселся рядом со следопытом. Он как-то странно смотрел на оружие в моей руке.

— Ты чего такой с утра вялый? Молчишь всё время, всякую херню про меня думаешь? — попытался я расшевелить напарника.

— Это меч симе Лекоко. Он был великий воин, и убил множество врагов и тридцать три льва. Когда он умер, его прах принесли сюда, что бы духи приняли его, ведь он был как никто достоин! В одну его руку вложили копьё, которым он убил столько львов, а во вторую симе, которым он убивал врагов, и положили на центральный камень. Когда старейшины вернулись сюда через некоторое время, выяснилось, что духи разгневались и разрубили его тело! Рука с симе остались в пещере. Почему? Ты обещал мне открыть все секреты мира духов вчера! — наконец-то Сасито прорвало, и он сначала не смело, а потом всё увереннее начал говорить.

— На самом деле Сасито, мы не в пещере — я решил не скрывать от масая правду. В конце концов он знает про это место, да и выговорится мне хотелось. Носить в себе тайну тяжело, когда не с кем поделится — это врата, через которые в этот мир пришли все люди, за ними нет мира духов. Это просто механизм, такой же, как и автомобиль или самолёт. Ну не совсем такой конечно, а гораздо сложнее. Наши предки прилетели на землю с одной из планет, но корабль разбился и это всё что от него осталось. С нами говорит искусственный разум, который когда-то управлял полётом. Когда мы вошли в пещеру, он перечислил тебе твоих предков, которые когда-то были его пассажирами. Судя по всему, что-то в нём ещё работает, уцелев после катастрофы. Мы сейчас в диагностическом зале, это часть медицинского отсека, который был одним из самых укрепленных мест корабля. Твой статус «потомок», а мой «капитан». Так вышло потому, что я уже был в похожем месте и смог разобраться с управлением. Меня даже вылечили от всех земных болезней. Диагностические ложа, одно из которых я сейчас хочу раскопать, могут тебя вылечить от твоей раны, если они конечно ещё работают. Я уверен, что, хотя бы одно, но уцелело, ибо диагностика идёт. А вот в центре находится портальная балка и пульт управления. И она работает, но только иногда. Эта штука очень опасна и неизвестно куда она может привести. Может случится и так, что тебя выбросить на много лет назад, в те времена, когда в Африке ещё не было белых людей, а может перенести внутрь сохранившихся помещений Ковчега или же вообще просто размазать в кровавую кашу. Твой предок Лекоко, которого ты почитаешь как отважного война, скорее всего так и переместился, а вот руку ему порталом отрезало, потому что она не поместилась в проём. Всё просто и одновременно очень сложно Сасито.

— Ты мне правду говоришь? — Сасито сидел и смотрел на меня забыв про еду и выглядел так, как будто я отобрал у него его любимую жену и с особым цинизмом изнасиловал, убил, а потом съел прямо у него на глазах. Все чему он верил на протяжении всей жизни оказалось неправдой.

— А зачем мне тебе врать? Ты можешь верить мне, а можешь нет. Но ведь голос в твоей голове, приказывает тебе меня слышатся? Так слушай! И хватит смотреть на меня как на привидение, я такой же живой и обычный человек, как и ты! — засмеялся я.

— И что нам теперь делать? — Сасито опустил голову.

— Мы пробудем тут, как и планировали ещё сутки, а потом пойдём домой! — поставил я точку в своём рассказе — Ничего тут мы сделать не сможем. Даже если портал и заработает, в него мы не войдём! Тебе доступ закрыт, а я не хочу! Однажды такой же чуть не погубил меня. Вот и всё. Я уеду в Россию, а ты будешь жить дальше, и мы забудем об этом месте и нашем разговоре! Сейчас же поднимайся, бери копьё или меч одного из усопших и принимайся копать. Путь нам предстоит долгий и мы должны воспользоваться шансом для того, чтобы вылечить твою рану.

— А как же мир духов?! — воскликнул Сасито, смотря на меня со слезами на глазах.

— А его нет! Когда мы умрём, мы просто умрём! Превратимся в прах, а потом в землю, на которой вырастет трава — разозлился я — А может быть мы возродимся на земле снова в новом теле и проживём жизнь заново, хотя это вряд ли, не работает эта теория, с каждым годом людей на земле всё больше, откуда новые взялись? Или попадём в ад. Никто не знает, что будет после смерти, оттуда ещё никто писем не присылал! Соберись Сасито и живи тут и сейчас! Не трать своё время на никчёмные переживания. Если и есть где-то проход в мир духов, то точно не здесь. Я думаю и в любом храме на земле его не найти, кто бы и каким богам не молился. Самые мерзкие поступки люди оправдывают религией и верой. Вспомни Крестовые походы или же жертвоприношения индейцев мая, Османская империя что творила, да те же самые американцы, что с индейцами сделали? Или может быть тебе ещё примеров накидать? За работу!

Больше на тему религии мы не разговаривали. Сасито дулся на меня, но работал. Хотя всё зря. За сутки мы раскопали обломки трёх лож, но все они вышли из строя давно и безвозвратно. Вскоре я бросил эту затею. Их тут несколько десятков и что бы откопать все придётся провести в пещере пару недель. У нас была вода, а вот кушать уже хотелось просто не реально. Сасито со временем отошёл от обиды и засыпал меня вопросами про Ковчег и порталы. Я с удовольствием делился информацией, выговариваясь за много месяцев молчания. Так за разговорами и подошло время выбираться наружу.

К выходу мы были готовы уже давно. Вещи отстираны и высушены, фляги полны «живой» воды. Мы выспались и отдохнули и готовы были к новым подвигам.

Как всегда, Сасито пошёл первым и это спасло мне жизнь. Едва только мой проводник взобрался по импровизированным ступенькам наверх и открыл вход, как раздался выстрел, и мой напарник скатился с простреленной головой вниз. Сасито был мёртв, в этом не было сомнений! В свете фонаря наверху мелькнула чья-то тень и тут же оглушительно грохнул мой штуцер. От выстрела в замкнутом пространстве я мгновенно оглох, но успел заметить, как устроившего на нас засаду незнакомца отбросило в сторону. Я попал в него, это точно. Наступила тишина, но не на долго. Шаткое перемирие продлилось буквально полминуты, а затем в отверстие входа влетели два тяжёлых предмета. Я держал в руках фонарь, пристроив его под стволом штуцера, поэтому гранату разглядел сразу. Мой рывок назад и сдвоенный взрыв произошли с разницей в секунду. Последнее что я помню, как тяжёлые камни и пласты земли обрушиваются на меня, выбивая остатки сознания из и так оглушенного организма.

Глава 19

В сознание меня привёл «голос». Искусственный интеллект тревожно вещал о том, что мой организм имеет критические повреждения и мне требуется срочная реабилитация в медицинском отсеке. Права электронная зараза, мне требуется помощь! Ещё как! Но в первую очередь для того, чтобы выбраться из-под завала. Как я не задохнулся, когда был без сознания, большая загадка. Спину и грудь сдавливало, как мне казалось, многотонным прессом, я едва мог вздохнуть. Занемевшее тело отказывалось слышатся. Сколько я так пролежал? Довольно долго судя по ощущениям! Я был беспомощен и не мог пошевелится, очень скоро меня охватила паника, которая только усугубила моё положение. Панический страх медленной и мучительной смерти под обвалом, целиком завладел моим сознанием. Никогда не понимал спелеологов, которые рискуя жизнью залазили в самые узкие и коварные отверстия в скалах и земле, в поисках острых ощущений. Чего в этом приятного и интересного?! Если альпинист или парашютист в случае своей ошибки погибнет быстро и сразу, то спелеолог будет умирать долго и страшно, задыхаясь и полностью осознавая, что над ним тонны земли и ему никто не поможет. Легкая клаустрофобия для обычного человека — это нормально! Человек не предназначен для того, чтобы ползать под землёй как крот! У меня же на лицо были все признаки клаустрофобии в тяжёлой и самой запущенной форме. Я начал задыхаться, сильно потеть и бесконтрольно искать выход. Я слышал, как сердце выскакивает из груди, тяжёлая отдышка усугублялась тем, что я не мог вздохнуть полной грудью, к этому добавилось головокружение, и в конце концов я снова провалился в глубокий обморок.