Андрей Останин – Древние тайны госпитальеров (страница 2)

Странник достал из дипломата перстень и передал его другу. Хорошо освещенная комната заиграла всеми красками радужных бликов, затопив окружающее пространство таинственной зеленой энергией, казалось бы, живого камня, но строго холодного камня невыразимой словами красоты.

– Ого. Откуда такие “дровишки”? Много на свете видел красивых вещей, но такой – никогда. Это целое состояние. Я таких дорогих камней никогда в жизни не держал в руках. Да и сам перстень похоже с длинной историей. Наверное, очень дорого стоит?

– Ну вот опять ты все на деньги переводишь. Что ты можешь сказать на вскидку об этом предмете пока без серьезной оценки и исследований?

– Вещь очень редкая, штучная и ей несколько веков, поверь мне, не меньше. Это твое?

– Я лишь хранитель и не только. Я должен разгадать какую-то тайну, а вернее целых тридцать три, а с чего начать и в какую сторону двигаться не знаю.

Странник поведал старому другу историю десятилетней давности о том, как перстень загадочным образом попал к нему в суровых заполярных условиях.

– Как я понял, Сирена предупредила тебя о камне, который должен на что-то указать и изменить твою жизнь, о камне твоей судьбы. Где-то я уже об этом слышал. Судьбы камней и людей могут пересекаться, но думал, что это просто очередные красивые легенды, которых тьма тьмущая вокруг таких крупных драгоценных камней, как этот. Они вольно или невольно обрастают различными легендами. Если этот камень у тебя уже десяток лет, должна уже прорезаться какая-то связь твоей судьбы и судьбы самого камня. Мы давно с тобой не виделись, поделись – что произошло за эти годы?

– Жизнь моя, да, здорово уже поменялась. Возможно, камень тому виной. Великая диверсия фирмы IBM в восьмидесятые годы со взбросом персональных компьютеров на наш рынок круто поменяла мои интересы. Смысл продолжать технические разработки как-то потерялся. Я занимался проектированием интеллектуальных терминалов, ключевую роль при этом играла отечественная вычислительная неплохая тогда техника. Разработки нами были сделаны на мировом уровне производительности и новизны, защищены Патентами на изобретения. Когда закончилась “холодная война” и убрали “железный занавес”, зарубежные персональные вычислительные машины заполонили новый российский рынок. Я воочию убедился, как мы безбожно отстали от “вражеских заокеанских разработок” для массового производства. Я понял, что нужно что-то менять в моей жизни. Конечно, я уже потешил свое самолюбие – шутка ли, мои изделия летали на комету Галлея и многое другое. Но дольше находиться в этой сфере было уже не интересно. В один прекрасный момент появилось такое ощущение, что кто-то незримый рулит этой ситуацией, направляет в новое русло интересов и жизнеустройства.

– Было ли ощущение какого-то влияния камня на твою судьбу?

– Не знаю. Я, откровенно говоря, даже забыл тогда про него. Но повторюсь чьё-то вмешательство и содействие я ощущаю явно и уже давно. Вернусь к своему повествованию. Эти описанные события переключили мои интересы с разработок в технической области, от интеллектуальных терминалов в более живую сферу – экологии и медицины, иммунологии и онкологии. Успел поработать в академической науке старшим научным сотрудником Государственного университета. Создал позднее несколько своих научных структур, включая образовательное учреждение с государственной Лицензией. Управляю докторами наук и доцентами, являюсь профессором образовательного учреждения, которое сам создал, пройдя все процедуры утверждения академических планов и получения Лицензии на образовательную деятельность в Министерстве образования. Но больше мне нравится исследовать и разрабатывать, нежели чем управлять или кого-то обучать, короче – играющий тренер. Создание научных и образовательных структур – своего рода дань, которую нужно отдать обществу, живущему в многолетних стереотипах того, что следует понимать под наукой. Кручусь, как белка в колесе, пришлось к техническому высшему образованию очно окончить еще два ВУЗа, катастрофически не хватало знаний. Сейчас, как хозяйственный руководитель, должен думать об оплачиваемых заказах, заработной плате своих сотрудников, новых перспективных направлениях в науке, реинвестировании текущих средств в реально возможные и востребованные жизнью направления деятельности. Приходится включать интуицию – что будет востребовано завтра. Исходя из этого – чем занимать мозги людей сегодня.

– Да, мы живем уже в другом государстве. В старом добром СССР ты бы вряд ли занял такие позиции, как сейчас, тихонько пыхтел бы над своими изобретательскими техническими патентами на заводе. Ну максимум, что стал бы начальником цеха, но не более. Мне помнится, что ты умудрился без протекции, то есть своим умом и напористостью подняться по карьерной лестнице до начальника технологического бюро. И это, скорее всего, был бы предел твоего карьерного роста до пенсии, уж больно теплое место. Конкуренция и протекционизм. Как говорили в те времена – сын полковника генералом стать не может, потому что у генерала тоже есть свои дети, которых нужно красиво пристроить. Теплые места тогда были распределены априори. Сейчас это тоже работает, но во времена перемен всегда есть возможность изменить свою судьбу. Может быть, это все же перстень с загадочным камнем помогли поменяли твою линию жизни? Говорят, что они живые, и у каждого своя судьба? А как они иногда ломают жизни других людей – просто жуть.

– Я не очень верю в мистику, Олег. Хотя, как ученый, допускаю все на этом свете. Таинственное и загадочное вокруг нас. Только разуй глаза и не перестаешь удивляться многообразию непознанного. Олег, ты человек более тонкой организации, чем я. Я хочу тебе довериться. Давай вместе раскроем тайну этого перстня. У меня, наконец-то, появилось и время, и желание раскрыть эту тайну. А за кампанию с тобой будет вдвойне интересно, но при условии, что это тебе тоже интересно.

– Я нутром чувствую, что влезать глубоко в эту тему мне не надо. Это твое сугубо личное дело. Но коли ты просишь помощи, я подумаю, с чего начать и что можно сделать. Тем более, у нас с тобой намечается совместная командировка в Сочи, а там мы найдем время для решения этой задачи. Я с очень крепкими ребятами должен завтра вылететь туда, обеспечить тебе фронт работ и защиту в наше непростое время. Жить будем у генерала на даче.

* * *

Через несколько дней друзья встретились в Сочи. Лето. Жара. Дача генерала спецслужб.

– Привет, Странник. Рад видеть тебя, дружище. Рабочая среда подготовлена, завтра сложные переговоры. Генерал организовал встречу и прикрытие, риски снижены до минимума. Что ты морщишься, какие-то проблемы?

– Да, я не совсем здоров. У меня аллергический астматический синдром, который я заработал еще в восьмидесятые годы. Я тебе рассказывал?

– Нет, поведай.

– В начале восьмидесятых я женился и нужно было оперативно решить вопрос c жильем. Новая семья, как ни как, не с родителями же делить крышу над головой. На заводах тогда жилье давали бесплатно. Сейчас в разгул рыночных отношений это кажется нереальным. Правда давали по какой-то хитрой схеме. Одним словом, нужно было оказаться в нужное время в нужном месте. И, как ни странно, я оказался. Говорили, что типа заработал своей головой и какая-то дань моим родителям, которые всю жизнь положили на этот завод, где и я много лет отработал. Квартиру я получил зимой, понятно, не новую, которой требовался срочный ремонт. Я включился в обустройство нового жилья с фанатизмом и на этом попал в неприятную историю. Зима, мороз, максимум, что можно – открыть форточки для проветривания, но не окна при ремонте полов с использованием супер-ядовитого лака с отвердителем. Одним словом, надышался этих ядовитых паров и попал в реанимацию с отеком гортани. Героическими усилиями врачи вернули меня к жизни, но какой? Каждый вечер сплошные мучения от удушающего кашля. Безрезультатный вынужденный прием таблеток с наркотической начинкой под наблюдением врачей, при чем, каждый день. На мой вопрос – что дальше делать и как выбраться из этой дурацкой ситуации? – мой лечащий врач ответил прямо – Вы наш пациент до конца жизни, но не беспокойтесь – это ненадолго.

– Молодец док, классно успокоил, паразит, извини за грубое слово.

– Я понял, что в этой ситуации если не я, то кто. Выбираться нужно самому. Стал искать пути, хорошо, что немного был знаком с восточными единоборствами и оздоровительными древними практиками. Помогли дыхательные парадоксальные упражнения и цигун2. И это положило начало моим уже реальным сегодняшним увлечениям медициной. Если я сам себя, как известный персонаж, из “болота” за волосы сумел вытащить и не окочуриться, значит я могу помочь другим людям в их сложных, иногда смертельных ситуациях.

– А не кажется ли тебе, дружище, что это все же твой камень судьбы начал вмешиваться в твою жизнь?

– Ты знаешь, я как-то об этом и не задумывался. Не было времени. Вся жизнь как сплошная гонка. Выжить в новых рыночных условиях финансово, не мудрствуя лукаво. Выжить в условиях жесткой конкуренции, о которой знали только теоретически из зарубежных книг и фильмов. Вырастить детей, опять же с их сумасшедшими проблемами. О линиях судьбы поразмыслить времени не хватает. Камень судьбы говоришь? Все возможно в этом мире, друг “Горацио”. Выбраться из больницы с большим трудом я сумел, на прогноз врачей я начихал, серьезно управляя своим телом и духом. Правда, весна и лето, которые для всех самые лучшие времена года, а для меня являются сущими наказаниями. Даже сейчас у меня яркое проявление “сенной лихорадки”3. Задыхаюсь. Жена нашла противоядие – гормональные препараты. Аллергическую реакцию снимает даже один укол. Но побочный эффект – ночные судороги, от которых нет спасу – просыпаюсь по несколько раз за ночь. И пока икроножные мышцы не разомну в интенсивных упражнениях, спать невозможно, все мышцы крючит. Вот так и живу, сплошные мучения.