Андрей Остальский – Темная история нефти (страница 29)

«Семью сестрами», впрочем, что только не называют – и семь старейших женских колледжей на Восточном побережье США, и горную гряду в Шотландии, и семь сталинских высоток в Москве. Cписок огромный. И где-то посредине него – семь наиболее могущественных нефтяных компаний.

Ими были: «Стандард Ойл оф Нью-Джерси» (будущая «Эссо», а потом и «Эксон»); «Роял»; «Англо-Иранская нефтяная компания» (будущая «Бритиш Петролеум», ныне ВР); «Стандард Ойл оф Нью-Йорк» (СОКОНИ, будущий «Мобил»); «Стандард Ойл оф Калифорния» (СОКАЛ, будущий «Шеврон»); «Галф Ойл», растворившаяся ныне между «Шевроном» и ВР; и, наконец, «Тексако», также поглощенная ныне ненасытным «Шевроном».

Если просто перечислять всю хронику слияний, разъединений и новых воссоединений «семи сестер», то на это уйдет несколько страниц. Конечно, в них будет немало любопытного – хроника мировой экономики, взлетов и падений нефтяных цен, рассказ о том, как изобретательно, иногда на грани фола (некоторые скажут – и за гранью!) боролись компании за свое выживание и за положительное сальдо на своих балансовых счетах, за приличную норму прибыли, ведь дирекция отвечает перед акционерами за их финансовое благополучие.

Но сохранилась общая тенденция, которая в грубой форме наметилась в первые декады ХХ века: нефтяники то купаются в деньгах, то оказываются чуть ли не на грани банкротства. Государства, богатые нефтью, страдают так называемой голландской болезнью (см. «Экскременты дьявола»), но ее разновидностью болеют и нефтяные компании. Они пытаются (но не могут в полной мере) следовать примеру государств, наловчившихся подкладывать «подушки», создавать стабилизационные фонды на случай резкого ухудшения положения. Но попробуй-ка отложи на черный день, когда акционерам вынь да положь хорошие дивиденды здесь и сейчас, в хороший год, иначе они могут и забрать свои деньги. Причем достославные времена, когда Детердинг мог платить по 60, а то и 70 процентов годовых инвесторам «Роял», давно канули в Лету. (Разве что в странах молодого капитализма, вроде России, нечто подобное может иногда еще происходить, но это особый случай.)

А западным нефтяным корпорациям надо вертеться, крутиться, чтобы не оплошать, чтобы какой-нибудь молодой хищник не подкрался (см. «Романтик нефтяных бирж»), чтобы компенсировать огромные потери в плохие годы или в страшные моменты национализации (таких кошмаров пришлось пережить немало). Вкладывали, вкладывали, рисковали, вели разведку нефти, инженеров заставляли трудиться и в жару, и в холод, выжимали соки из рабочих, доставали кредиты на развитие. Наконец находили нефть (в одном случае из многих) или не находили (гораздо чаще). Потом налаживали производство, вели трудные переговоры с правительствами, с местными властями, с вождями племен, с конкурентами торговались. И вот наконец-то нефть течет, можно вздохнуть спокойно. И тут бац – национализация! Вы нашли нефть не для себя, а для местных дядей.

Какой-нибудь Саддам Хусейн под бурные аплодисменты населения, а также стран победившего социализма, а также прогрессивной интеллигенции Запада национализирует одним ударом «Ирак Петролеум компани». Теперь ура! Народ Ирака взял в свои руки по праву принадлежащие ему богатства.

На практике это означает, что у Саддама достанет теперь средств на создание одной из самых больших в регионе армий, на семь секретных служб, на несколько мраморных дворцов, на ядерный реактор (израильтяне его, правда, разбомбят) и на войну с Ираном. И на создание химического оружия. И на убийство диссидентов за рубежом. Нефть, она много чего может профинансировать.

Я вовсе не хочу сказать, что «сестры» всегда правы, а государства, национализирующие свою нефть, всегда виноваты. Вовсе нет. Каждый, разумеется, защищает свои интересы как может. И нефтяные корпорации совсем даже не белые и пушистые, но мир – сложная штука и с трудом делится по черно-белому принципу на правых и виноватых. Например, появление огромных денег в руках того или иного авторитарного режима далеко не всегда оборачивается благосостоянием и процветанием для народа страны и укреплением международного мира.

Это правда, что перед лицом всех этих проблем и опасностей «сестры» не раз пытались создавать подобия картелей, сговариваться, вместе выступать – то единым фронтом против большевиков, то против ОПЕК, то в попытке обуздать сходящие с ума рынки. Но толком из этого ничего не выходило.

Но сколько раз, просто удивительно, в американском Конгрессе инициировалось расследование против американских же нефтяных компаний – за их деятельность, в том числе и за рубежом.

Характерный пример – слушания, проходившие в Конгрессе в начале 1974 года, вскоре после введения арабского нефтяного эмбарго. Их вел очень сильный профессионал, мастер политического театра сенатор Генри Джексон (тот самый, автор знаменитого закона Джексона – Вэника, отказывавшего СССР в торговых льготах).

Допрашивая перед телекамерами руководителей «семи сестер», Джексон умело ловил их на противоречиях и неспособности популярно объяснить сложную бухгалтерию нефтяных расчетов. А бухгалтерия сводилась вот к чему.

В 1974 году доходы нефтяных супермажоров действительно подскочили – почти в полтора раза, и это на фоне роста цен на нефть, вызванного эмбарго! Тому было несколько причин. Во-первых, у компаний было довольно много резервов, накопленных в докризисные времена. Покупали по 2 доллара 90 центов, продавали – по 11,65. К тому же доллар сильно ослабел в результате эмбарго, и экспорт химической продукции тоже приносил немалые прибыли. Но, пытались объяснить Джексону директора-нефтяники, это временный всплеск, за который придется расплачиваться. Спрос неизбежно резко упадет, и впереди – тяжелые времена. Они просто отсрочены, так работает наш бизнес.

Но Джексон не хотел ничего понимать. «Ваши прибыли непристойны», – метал он громы в телекамеру, и обиженная страна внимала с удовольствием. Арабы там, где-то далеко, пусть за них ответят их друзья – нефтяные компании. «Не является ли так называемый нефтяной кризис лишь предлогом? Не есть ли он лишь прикрытие для попытки ликвидировать конкурентов – независимые компании? Способ поднять цены, добиться отмены законов об охране окружающей среды и принятия новых налоговых льгот?» – обличал Джексон, и страна говорила «да», не дожидаясь ответов на эти риторические вопросы. Никогда так близко не подходили к краю пропасти «сестры» – в какой-то момент 45 сенаторов из ста проголосовали за расчленение компаний, за лишение их главного преимущества и способа выживания – их вертикальной интеграции. Если бы этот закон был принят, то он бы разделил корпорации на добывающие, транспортирующие, нефтеперерабатывающие и торгующие. Весь рокфеллеровский опыт был бы уничтожен. В этом случае на каждом этапе возросли бы накладные и непроизводственные расходы, за которые в итоге пришлось бы расплачиваться потребителю. А за границей компании США уже не смогли бы конкурировать с мощными государственными компаниями. 55 сенаторов все-таки, кажется, поняли это.

А каково это – вбухать миллиард долларов в развитие горючих сланцев только для того, чтобы в один прекрасный момент понять: конъюнктура меняется, гнать нефтепродукт из них больше невыгодно, придется все бросить. Директор ночами не спит: простят ли такое акционеры или выбросят его вон? А с другой стороны, ничего не делать, не искать альтернативных путей тоже нельзя, ведь со всех сторон пугают: нефть кончается, нефть кончается, вот-вот начнет кончаться!

Крайне немодно в современном мире выглядеть защитником нефтяных транснациональных корпораций – считается, что такое можно делать только за деньги.

Но мне вот не удалось даже получить нормальных интервью у представителей бывших «сестер». Обещали, обещали, а потом не выполнили обещаний. Почему?

Моя гипотеза – боятся. Их опыт показывает: скорее всего, ничего хорошего не выйдет. Автор напишет очередное разоблачение. И интервью ему нужны лишь для того, чтобы придать книге видимость объективности. Если же вдруг паче чаяния возьмет и выдаст что-то не совсем отрицательное для компании, то все равно ему не поверят, скажут: заплатили, конечно, иначе с чего это…

Действительно. Из книг-разоблачений, написанных на всех языках, можно уже составить огромную библиотеку – и за всю жизнь не прочитаешь. Целая индустрия, верный заработок. Полистал один из последних подобных международных бестселлеров – и поразился. Не журналистика, а что-то вроде триллера. Но настолько примитивного, что, если бы не обличительный пафос, никто бы эту книгу не покупал.

Жалеть «сестер» трудно: они по-прежнему, несмотря ни на что, весьма успешные капиталистические предприятия, и их инвесторам можно позавидовать. Чем значительная часть населения и авторов, видимо, и занимается. Но жалеть и не нужно. Просто одно общее соображение.

На совести нефтяных корпораций за их долгую историю накопилось немало грехов. И манипулировать общественным мнением они пытались (не очень успешно). И в ценовые игры-войны играли. И об экологии не думали или мало думали (одни нефтяные пятна в море чего стоят!).

Но все же, абстрактной справедливости ради: богатства не с неба на них свалились. И не просто так из-под земли фонтаном выплеснулись. Для того чтобы стать тем, чем они стали, много им понадобилось сконцентрировать человеческой энергии, талантов, умения рисковать и тяжко работать. Целые поколения незаурядных людей этим занимались.