Андрей Орлов – Бастард Императора. Том 5 (страница 5)

Вадим поднял взгляд, но вновь опустил его вниз.

— Смотри своим людям в глаза! — прорычал я, дёргая его за грудки. — Не смей отводить взора! Этим ты показываешь, что вся их вера в тебя лишь пшик, ничто! Не обесценивай их чувства! Ты будущий глава Рода, так и веди себя подобающе!

— Отвали, — пробурчал парень.

Подумать только, среди всех моих знакомых — Вадим казался мне самым взрослым и ответственным, а он оказался не способен принять свои же ошибки.

Я криво усмехнулся и указал на Лену.

— Смотри. Спрашиваю ещё раз, кого ты видишь⁈ Что, не знаешь, что сказать? А я тебе отвечу, кто перед тобой. Это твоя невеста. Прекрасная, отважная девушка, оставшаяся до последнего вместе со своей матерью и мужчинами защищать остатки Рода и твой отлёт. Они стояли до конца, ни разу не дрогнув перед врагом и думаю, что не совру, если скажу, что они сделали больше, чем любой из мужчин Рода. А что в это время делал ты?

Вадим зло посмотрел на меня.

— Я был без сознания! — закричал он. — Что я мог, по-твоему, сделать, а⁈ Как бы я сражался⁈

Я хмыкнул.

— Был без сознания? А кто в этом виноват? Не ты ли сам? А? Позволил себе расслабиться на войне. Пал духом перед людьми. Получил удар в спину, в результате своей беспечности! А затем ещё и позволил своему сознанию угаснуть, оставив на Лену все трудности! Хотя это ты должен был принимать все эти решения! Ты хоть понимаешь, как ей было тяжело? А⁈ Ты решил сбежать от ответственности, чтобы не чувствовать боли, а теперь что-то говоришь мне про потерянные земли⁈

Парень замер, но лишь на мгновение. Лена, слушающая всё это, отвернулась. Да, я понимаю, что жестоко говорить такие слова тому, кто недавно очнулся и всё ещё разбит, но кто, если не я? Его родные не достучались, и невеста не смогла. А всё это просто потому, что они боятся его расстроить и не хотят усугубить ситуацию ещё больше. Но я знаю, что делаю.

Он начал опускать глаза, но я вновь дёрнул его и указал на его родителей.

— Смотри! Кто это? Ммм⁈ Это твои родители! Мать, что вынашивала тебя девять месяцев, и отец, что давал тебе всё самое лучшее, чтобы ты ни в чём не нуждался! Уверен, что они ночами не отходили от твоей люльки, переживая, чтобы с их ребёнком ничего не случилось! Ты вырос, но как ты им отплатил, а? Ты их гордость и надежда, а ты позволил себе раскиснуть и игнорировать их, замкнувшись в себе! Не стыдно⁈

Парень упорно молчал. Я не мог сказать ему всё это наедине, так как тогда мои слова не возымели бы никакого эффекта. Сейчас он находится среди всех тех, кто любит его и ценит. И моя цель показать, что он не одинок, как сам считает. И его никто не винит в том, что нам пришлось отступить.

— А теперь смотри, и смотри очень внимательно! — я вновь дёрнул его, и он поднял глаза. Я указывал на людей, что стояли полукругом и внимательно следили за нами.

— Ты видишь? — продолжил я. — Видишь всех этих людей? Это твои люди. Ты знаешь, что они сделали, пока ты был в отключке? Они сражались против превосходящих сил врага и ни разу не дрогнули и даже не подумали о том, чтобы бросить своих родных! Они были готовы сражаться до последнего вздоха. Они шли в бой с именем Смерти на устах! Даже не надеясь на то, что доживут до следующего дня!

Парень замер и смотрел в одну точку.

— А знаешь, почему они это делали? — продолжил я. — Потому что они давали возможность уйти всем остальным и тебе, в частности, хотя это ты должен был вести их в бой, а не я! Они шли в бой, с мыслями о том, что они умрут, но не позволят врагам добраться до тебя или своих родных. Они шли в бой, веря, что, когда ты очнёшься — то отомстишь за них и покажешь врагу, что он сделал не верные выводы, решив, что Мстиславские и Зарины слабы!

По щеке парня скатилась одинокая слеза и я остановился. Он смотрел на своих людей, не отводя глаз. Ну вот, броня непонимания пала.

— Ты можешь сколько угодно тосковать, грустить, хандрить или же переживать, да хоть заревись в одиночестве, но никогда не показывай это своим людям! Иди давай уже! — я ударил его ладонью по спине, подталкивая в сторону людей.

И он пошёл. Люди, кто со слезами, а кто с улыбками, начали окружать его, и парень скрылся из виду. На меня посмотрел какой-то мужчина. Он кивнул мне и улыбнулся уголками губ. Как я понял, это был отец Вадима.

Ну вот, товарища вытащил из пучины отчаяния, сделал доброе дело — плюсик в карму.

Я терпеливо ждал, когда все вокруг нарадуются и наконец толпа расступилась, пропуская ко мне Вадима. Теперь его взгляд был куда увереннее, как и походка.

— Спасибо, — произнёс он, подойдя. — Я…

— Не нужно, — покачал я головой. — Со всеми может случиться. От неудач никто не застрахован. Кроме меня, наверное, — усмехнулся я. — И да, по поводу войны. Насколько я знаю — у вас есть полгода на то, чтобы оспорить в войне свои права на территории, так что время ещё есть.

Вадим молод, и, столкнувшись с первой войной, с потерей отца, а также с предательством со стороны дяди, не удивительно, что он позволил себе уйти в беспамятство. Хотя отец его всё же жив.

— Да, я знаю, — кивнул он. — Мы будем готовиться, — произнёс он твёрдым голосом.

— Это хорошо, — я задумался. — Чуть позже нам нужно будет встретиться с вашими главами, чтобы обсудить «соседство». Думаю, ты понимаешь, для чего это нужно.

— Да, — вновь кивнул он. — Не волнуйся. Мы всё понимаем и не доставим тебе проблем, не переживай.

— Ладно, — я посмотрел на небо. — У меня ещё есть дела. Проблемы сами собой не решаются, так что мы поедем.

— Хорошо, я провожу вас, — произнёс он.

— Нет, не нужно, — помотал я головой. — У тебя теперь много дел, вот и займись лучше ими.

Я пошёл вперёд и ко мне присоединились: Гриша, Максим и Славка. Толпа расступалась, с почтением пропуская нас. Им сейчас многое предстоит обсудить, и мы будет лишь мешать. Пускай лучше будут чувствовать себя свободнее.

Мы сели в машину, и Гриша неожиданно произнёс:

— Брат, ты страшный человек.

— Почему это? — удивлённо посмотрел я на него.

Машина тронулась, и он посмотрел на отдаляющихся людей снаружи, а затем всё же ответил:

— Ты своей речью не только их завёл, но и меня взбудоражил! У меня аж появилось желание пойти воевать вместе с ними.

Я усмехнулся.

— У тебя ещё будет на это время Гриша, не сомневайся, — я заметил, что Славка внимательно разглядывает меня через зеркало переднего вида.

— Но ты знаешь, что я понял, брат, — произнёс он задумчиво.

— Просвети, — подбодрил я его.

— Никогда. Ни при каких обстоятельствах я не позволю тебе увидеть, что мне плохо! Мне не нужна такая же терапия! — засмеялся он.

Дождавшись, пока он закончит, я ответил:

— Глупости не говори. Никогда не молчи, если тебе плохо. На то я и твой старший брат, чтобы помогать тебе решать проблемы.

Он неожиданно замолчал и дальше мы ехали молча. По приезду мы выгрузили Гришу со Славкой, и я попросил Максима приготовить еды в мешок.

— Куда едем, глава? — спросил он, когда всё было готово.

— К разлому в шахте, — ответил я.

Пора бы посмотреть, что там случилось с гоблинами за время моего отсутствия.

Прибыв на место, я сказал Максиму ждать снаружи, а сам, захватив мешок, вновь двинулся по знакомому маршруту. Теперь мне даже фонарь особо был не нужен, ведь дорогу я плюс-минус помнил. Но всё равно освещал себе путь.

Через некоторое время появилась и воронка разлома. Войдя в неё, ожидал вновь какой-нибудь засады, но вокруг было пусто и вечернее время. Взяв мешок поудобнее — направился в сторону пещеры.

Вход в неё на этот раз не был засыпан, поэтому я без труда добрался до места встречи с «дипломатом». Того не оказалось на месте, что не удивительно. Зато за камнями валялось часть пакетов от прошлой партии еды.

Я замер, прислушиваясь к звукам. На слух я никогда не жаловался, а значит, что мне не показалось. Сбросив со спины мешок, я напитал тело энергией и рванул в сторону кордона гоблинов.

Достигнув нужного места, я увидел четверых зелёных мертвецов, а рядом валялся один чёрный горбатый волк. Скоты, они решили поохотиться на моих гоблинов! Так дело не пойдёт!

Я рванул дальше, проносясь по пещерам, видя по пути всё больше тех и тех трупов.

Впереди появился свет, и я ворвался в громадную пещеру, метров шестьдесят в радиусе. По бокам стояли соломенные и каменные домики, которые были не только внизу, но и наверху, видимо второй этаж. Между ними были протянуты подобия мостиков, куда и забрался практически весь гоблинский народ. Хотя, судя по забавным редким волоскам, торчащим на их головах — скорее всего там практически все были гоблины женского пола.

Мужской же пол в этот момент сражался с двенадцатью волками. Волков возглавлял новый вожак, так как старый был сожжён дотла Анной. Этот был в разы меньше и лишь едва-едва был чуть больше остальных своих сородичей.

Вокруг валялось с десяток трупов гоблинов, и около пяти трупов волков.

Я создал копьё молний и ударил им об пол, создавая ударную волну и привлекая к себе внимание. Волки среагировали мгновенно, разворачиваясь в мою сторону.

Парочка тварей хотела сорваться ко мне, но их главарь зарычал, не позволяя этого сделать. Посмотрев на меня, он сам неожиданно рванул с места, приближаясь ко мне.

Посмотрев на него, я перевёл взгляд на копьё, а затем воткнул его в пол. Волчара приблизился, прыгнул и я схватил его на подлёте за шею, а затем со всей силы долбанул об пол, ломая ему всё, что можно и нельзя. Тварь взвизгнула и замолчала навсегда.