Андрей Орлов – Бастард Императора. Том 29. (страница 4)

Гриша сделал шаг вперёд. В его глазах с самого начала не было растерянности и нерешительности, так как парень давно перерос свой юный возраст, но теперь там было нечто другое — желание получить силу во что бы то ни стало. И парень закончил:

— События будущего диктуют нам, что нужно быть ещё сильнее, чем есть. Поэтому я подчиню себе этот артефакт.

Глава 3

Битва в небесах. Часть вторая. Кирилл?

Рана на боку нехило так болит. Даже несмотря на то, что я использую энергию, чтобы отключить нервные окончания, боль всё равно пробивается сквозь это онемение.

Я быстрее своей противницы, но не сильнее ни в физическом, ни в энергетическом плане. Из-за этого в момент нашего столкновения, когда я отражаю её атаки своими техниками, не поспеваю за всем, что и привело к ране. Сейчас же, сквозь замедленное восприятие, я вижу, как множество огненных шаров летят ко мне.

От такой техники не успею уйти так просто… Это просто невозможно.

Асизаэль выходит на пик своих возможностей. И что самое неприятное, я понимаю, что из-за разрыва в рангах этот пик у неё гораздо выше моего. Поэтому, если продолжится столкновение в лобовую, я могу и не выйти из этого боя целым. А значит, похоже, как бы я этого ни хотел, но без использования собственной родовой силы я могу просто откинуться…

Придётся рисковать и тем самым раскрывать себя и свою личность перед врагом.

На то, что к мальчишке приближается смерть, старик смотрел с особым наслаждением. Ему не нравились такие зазнавшиеся юнцы — слишком шустрые, талантливые и слишком уверенные, что мир лежит у них под ногами. Он уже почти предвкушал момент удара, как вдруг…

Как вдруг в следующий момент неверяще подался вперёд.

— Не может быть! — выдохнул он.

Парень, на которого обрушивались огненные кометы, просто сделал шаг вперёд, исчезая в темноте пространства. Не телепортацией и не обычным смещением — он именно ушёл в чёрноту. Асизаэль не успела среагировать, как он уже появился немного сбоку от неё.

Девушка успела поставить щит.

Однако мелькнувший чёрный клинок в другой руке парня ярко вспыхнул, пробивая его. Асизаэль подставила меч, принимая удар на жёсткий блок, но мгновение спустя её зрачки слегка, едва заметно расширились, когда одним ударом её на огромной скорости отбросило прочь.

Парень между тем снова шагнул в чёрное пространство, выходя перед летящей Асизаэль и ударяя своим клинком. Девушка к этому моменту уже успела справиться с неконтролируемым полётом, поэтому встретила его опять жёстким блоком. Но каково же было её удивление, когда она вновь проиграла в силе, ещё одним ударом отлетая прочь.

— Не может быть… — прошептал старик, уже не скрывая потрясения. — Эта сила… Возможность уходить сквозь подпространство… Она доступна только старшей ветви. Чей это бастард⁇! Шанс проявления такой силы у низшей ветви практически ничтожен! А значит, он точно ребёнок кого-то из главной семьи! И почему… Он вдруг стал сильнее⁇

Старик почти с яростью и ревностью всматривался в бой.

— Их энергетические уровни очень сильно разнятся. Госпожа Асизаэль уже должна была победить! Что происходит⁇! Невозможно, чтобы она, выходец из старшей ветви, родовитая, проигрывала какому-то парню, чей уровень энергии гораздо ниже!

Двое противников в небе продолжали пытаться убить друг друга. В ход шло всё возможное: от печатей до простых ударов клинками, которые рассекали само пространство. Асизаэль использовала свои глаза по максимуму. Создавала настолько чудовищные техники, что их не выдержал бы никто другой.

Никто другой, кроме обладателя подобных глаз…

И владеющий проходом сквозь подпространство Сергей без труда нивелировал для себя каждую её атаку. В какой-то момент он просто ускользал и выходил довольно далеко. Так бойцы поняли, что пришли к одному и тому же выводу: победить сможет только тот, кто дожмёт другого в ближнем бою.

Столкновение в небе началось с новой силой.

Гул от ударов, треск и рев стихий разносились на многие километры вокруг. Люди, что находились очень далеко от этого плато, всё равно так или иначе были очевидцами вспышек высоко в небе вдали.

Удар за ударом. Вспышки техник. Молнии. Огонь. Чёрные разрывы подпространства, открывающиеся на долю мгновения и тут же закрывающиеся обратно. Всё пространство давно превратилось в огненно-молниевую бурю.

Асизаэль, понимая, что нет смысла использовать техники в прежнем виде, использовала глаза на усиление самой себя. Что дало ей новую дополнительную силу. Поэтому на теле её противника появлялись всё новые и новые раны, выжигаемые невероятно мощным клинком.

Но в какой-то момент всё изменилось…

Асизаэль, поглощённая боем, тем не менее не утратила способность анализировать сложившуюся ситуацию. Противник перед ней был не просто одарённым. Это точно выходец из старшей ветви.

Но хоть враг и аномально силён… Она ему ни за что не проиграет! И заставит служить себе, как заставляла других.

Находясь посреди огненно-молниеносной бури, в замедленном восприятии девушка быстро оглядывалась, ища своего противника, который ранее телепортировался, пока неожиданно не осознала, что хоть и приглушает для себя шум боя, но теперь не слышит вообще ничего.

Понимание происходящего заняло всего миг. Не было ни звона, ни гула в ушах, ничего. Просто тишина. Невозможная посреди такого масштабного сражения.

И именно эта тишина заставила сердце девушки пропустить удар и в то же время побелеть лицом, с ужасом смотря вперёд. Перед глазами у неё невольно пронеслись воспоминания прошлого. Тот момент, когда её обучал отец.

— Асизаэль, — произносил мужчина без одной руки, отражая все удары дочери, — ты знаешь, какой самый опасный момент в бою?

Атакуя мечом, девушка, чуть запыхавшись, спросила:

— Недооценить противника?

— Нет.

Отец без труда отбил её удар голой рукой.

— Недооценить противника — это глупость до боя. А самый страшный момент во время боя — это когда наступает абсолютная тишина. Момент, когда вся энергия в твоём теле собирается в тебе, чтобы сообщить, что здесь и сейчас ты находишься в максимально возможной опасности. Сквозь эту тишину она буквально кричит тебе, что смерть уже совсем рядом.

Он тогда смотрел на неё спокойно, но в голосе чувствовалась серьёзность, к которой нельзя было не прислушаться.

— Когда в момент боя — надеюсь, что у тебя этого всё же никогда не случится, — ты не «услышишь» буквально ничего, кроме тишины — беги, Асизаэль. Спасайся. Спасайся так быстро, как только можешь. Или же собирай всю свою силу для защиты.

— Но бежать — это ведь позорно, — возразила девушка.

— Позорно, — кивнул ей отец. — Однако умереть по собственной глупости, недооценив противника заранее — ещё позорнее.

Тогда девушка задумалась.

— Скажи, папа, а ты сам когда-то был в подобной ситуации? Когда «слышал» тишину?

Отец на пару секунд замолчал. Потом вздохнул и, отразив её удар, остановил Асизаэль рукой, показывая, что тренировка закончена. Затем он прошёлся немного вперёд и, смотря на вершины города, произнёс:

— Да, я был в подобной ситуации. — Мужчина поднял культю, которую так и не смог восстановить. — Однажды я ощутил давление пустоты на себе. И было это очень давно. Тогда моим противником был… один из Вайторлов.

Из воспоминаний девушка вынырнула быстро и рывком. Несмотря на всю ощущаемую пустоту и тишину, она всё равно оставалась воином и успела заметить едва уловимое движение.

Она вскинула клинок вверх, готовясь защищаться.

Миг — и над ней появился парень с занесённым клинком. Но девушка смотрела не на оружие. Она смотрела в его глаза.

В них она ясно видела переплетение отличительных черт Сарнойлов и Вайторлов.

Ещё миг — и два оружия столкнулись.

Яна и Ольга, а также ученики, смотревшие за всем боем с посеревшими лицами на расстоянии, пытались разглядеть хоть что-то сквозь огненно-молниевую бурю. Вот только это не получалось. Ровно до момента, пока сквозь толщу самого судна не прорвался обычный хлопок.

В ту секунду каждый из них ощутил, как сердце дрогнуло от высвобождённой в бою мощи, которая только что была использована.

Огненно-молниевая буря была сдута мгновенно одной лишь вспышкой. Никто не успел даже ничего понять, как она просто развеялась, сдутая. А земля внизу, и так уже довольно изуродованная, взорвалась. Не было ни шлейфа удара, ни видимого следа стихии. Просто в один момент и без того покорёженный грунт был чем-то пробит. Чем-то, что, разрушая собой землю и создавая всего за миг гигантский каньон, неслось далеко вниз, углубляясь метров на четыреста-шестьсот.

Земля, вспучиваясь от удара, дрожала и гремела, рассыпалась и снова собиралась в невероятно огромные обломки камней. Здесь и сейчас то, что когда-то было ровной каменистой почвой, превращалось в громадный каньон с огромными горами, расходящимися на километры во все стороны.

Первой отмерла Ольга.

Сцепив зубы, она крикнула:

— Уходим!

Яна так же быстро отмерла. А ещё ощутила по связи ясный и чёткий приказ Сергея — отступать. Вместе с посланием, что он сейчас их нагонит. Девушка рванула к панели, разблокировала шаттл, и тот в ту же секунду стремительно пошёл высоко в небо, не выходя пока ещё в атмосферу, и завис так, чтобы у них была возможность перехватить Сергея.

Мне пришлось использовать свою силу на максимум.