Андрей Нуждин – Во имя справедливости (страница 63)
– Для вас я генерал. Устроит?
– Ну, нормально. И что надо от нас, генерал Валерич?
– Мне? Ничего. Вы же сами сюда полезли, правда?
– Правда. Думали, тут хабаром разжиться можно, а оно вон как обернулось! Надо же, целый исследовательский институт! Здесь! Кто бы мог подумать!
– Нехорошо обманывать, сталкер, Зона врунов не любит, – хищно улыбнулся генерал. – Ты – Котэ, тот самый, что около полугода назад разгромил одну из лабораторий. – На стол шлепнулась папка с бумагами.
– Откуда тебе знать, чего любит или не любит Зона? Но да, не буду скрывать, это я. – Внешне сталкер ничем не выдал смятения, возникшего из-за неожиданного разоблачения.
– Хорошо, – пропустил вопрос мимо ушей генерал. Вторая папка легла рядом с первой. – Далее, Джокер, сталкер-новичок, певец. Из вас троих он единственный, кто нам неинтересен.
– Вот уж спасибо. Не знаю теперь, радоваться или огорчаться такой оценке, – без улыбки произнес музыкант.
– На здоровье, – кивнул хозяин кабинета и раскрыл третью папку. – А ты – Весельчак. Очень интересный экземпляр. Обладаешь необычайной силой, склонен к вспышкам ярости, очень опасен. Достойный сын своего отца – Трубадура.
Джокер громко хмыкнул, Весельчак среагировал быстро и предсказуемо агрессивно:
– Ты моего отца, военный, даже не упоминай! Собрал досье, так помалкивай, пока я не вспыхнул… яростно.
За спинами пленников зашевелились охранники, генерал поднял руку в останавливающем жесте:
– Ничего, пусть выступают. Так беседа и потечет, живо и бодро. Надо же, вы заставили побегать за собой, и я был крайне изумлен, когда вдруг вы сами заявились в гости. Не зря, вижу, я бросил все дела и сорвался сюда. Как чувствовал!
Довольный собой, куратор засмеялся. Котэ в это время предупредил Кондуктора о провале разработанной легенды.
– Да, ты нам здорово подпортил работу своей выходкой с лабораторией, – продолжил начальник. – Но я не в обиде, все эти эксперименты с приматами изначально казались плохой идеей. Злобные твари слушались только маньяка Доктора, который их расплодил, а это было неправильно.
– Что, он претендовал на звание главного в вашей затее? – поинтересовался Котэ.
– Вполне вероятно. Так что спасибо за то, что ты с ним покончил. Жаль только, что в результате погиб лучший образец, сейчас бы он очень пригодился. Захват власти, знаете ли, дело трудное, необходима серьезная поддержка. Трубадур бы отлично справился с теми, кто будет против.
– Трубадур бы никогда не подчинился тебе и не позволил использовать его для убийств, – покачал головой Котэ. – Скорее, он перебил бы всех вас.
– Ты меня недооцениваешь. Разработки института завершены, теперь любой суперсолдат, выращенный в наших лабораториях, будет послушным и исполнительным орудием в моих руках. Ну, ничего, у нас есть Мина.
Котэ вновь заставил себя сдержаться, подавил порывистое желание перелететь через стол и сломать генералу шею. Сталкер, сжав зубы, будто врос в пол, понимая, что после такого поступка их ждет неминуемая гибель. Не выдавая своего состояния, он лишь пожал плечами.
– Да, твоя подруга поможет нам вместо Трубадура. – Казалось, военный был разочарован спокойной реакцией сталкера и продолжил провоцировать: – Но ты этого не увидишь.
– А Весельчак тебе нужен, чтобы Мине скучно не было? – усмехнулся Котэ.
– Не угадал. У сына Трубадура в крови есть все, чтобы в скором времени мы поставили производство подобных бойцов на поток. И тогда никто не выстоит против моей армии. Мы победим во имя справедливости.
– Тут по сценарию тебе надо было дьявольски захохотать. Как же это все скучно и банально – вся эта жажда власти, создание армии послушных суперубийц, аж зевать хочется. Еще какую-то справедливость придумал. Ты хоть значение этого слова знаешь?
– Справедливость у всех своя…
– Нет, – резко перебил Котэ. – Справедливость одна, остальное – ее отсутствие. Когда помогаешь слабому, невиновному, даже если тебе это не нужно и невыгодно, но ты знаешь, что поступаешь правильно. По чести, по совести, по заслугам. Когда признаешь свои ошибки и исправляешь все, что натворил. И ты знаешь – не все будут довольны, зато чувствуешь всей душой, сердцем своим, что иначе поступить нельзя.
– Ерунда, с такими идеями ты так и останешься никем.
– Ты не прав, поступая по справедливости, можно стать всем для многих людей. И для этого не нужна сила своры суперсолдат, достаточно силы твоей веры в справедливость.
– Лучше спроси, зачем мне ты сам. Неужели неинтересно?
– Давай, жги. Грохочи уже до конца.
– Тут все просто и очень сложно одновременно. Понимаешь, никто не сможет сделать то, что удалось тебе: приручить самых перспективных наших объектов. Мина и Трубадур, несмотря на их подготовку и все эти эксперименты, сделавшие из них суперсолдат, оказались под твоим влиянием. Оба! Нет, я просто не мог упустить тебя, поэтому нанял поклонников Зоны следить за тем, не появится ли сталкер Котэ где-нибудь поблизости от разрушенной лаборатории. Конечно, полгода – достаточный срок, чтобы забыть о тебе, я уже смирился с этой потерей. И представь мое изумление, когда агент Химера вдруг бросает все дела и бежит куда-то сломя голову! Выследить ее было несложно, а потом стало еще интереснее.
– Так это ты натравил на нас фанатиков? Не жалко тебе их?
– Я не предполагал, что кому-то под силу уничтожить такое количество отлично подготовленных бойцов! Кстати, не без нашей помощи они такие… странные, сам понимаешь. А что до жалости – то нет, нисколько! Это лишь пешки на моей доске.
– Понятно. Дальше, наверное, вы послали за нами тех безмозгликов с «глушилками»?
– «Глушилками»? А, вы так назвали приборы, из-за которых Мина не может использовать свои возможности обнаружения противника? Да, именно так и было.
– И наемники – тоже твоих рук дело?
– Тут вышла промашка, вы застали их врасплох. Мои люди сообщили, что Весельчак вместе с другом отправился на Маяк, там они и должны были оставаться, пока наемники не доберутся до вокзала. После диверсии, устроенной на одной из застав, на Маяке остались бы слишком незначительные силы, чтобы защитить эту базу. Бойцы легко могли захватить сына Трубадура и доставить его сюда, используя один из наших препаратов. Но тут влезли вы.
– Теперь мне все ясно. Что будет дальше?
– А дальше тебя и Весельчака ждут долгие медицинские исследования. Джокер, как не представляющий интереса, покинет уравнение навсегда. Зачем нам лишний свидетель, когда столько поставлено на кон?
– До омерзения стандартно. И что, мы уже должны прощаться?
– К сожалению, нет. У нас еще не все готово. Повторюсь, я не предполагал, что получу вас так быстро. Пока потерпите, посидите в не очень уютной обстановке, мы скоро приступим. А я тем временем отлучусь за Периметр, договорюсь о новом подкреплении из «спецов», которые тут пройдут должную обработку.
– Кто-то из руководства сил спецопераций вообще в курсе твоих хулиганств?
– Представь себе, нет! Я пытался наладить сотрудничество, но там служат слишком честные или весьма глупые люди. Был один многообещающий контакт, но влез в какую-то историю с погибшим отрядом, как его… «Полуночники»! Там один боец выжил и отомстил за своих – пустил мой контакт в расход весьма изощренным способом. Мне бы такого бойца!
– Сами спецы тоже не в курсе, куда идут?
– Я официально запрашиваю их руководство о предоставлении сотрудников для обеспечения успеха в поимке опаснейших преступников в разных точках мира. К сожалению, не все возвращаются домой, террористы тоже умеют стрелять.
– То есть кто-то все же вернулся?
– Конечно, чтобы не вызывать подозрений, мы снимаем с бойцов нужные установки, они и не вспомнят, чем тут занимались!
– Ну ты и змей! Еще и хвастаешься. А вдруг кому-нибудь из нас повезет сбежать из твоего вонючего института? Мы же тебя сразу сдадим!
– Оставь, Котэ, куда вы сбежите? Вокруг Зона, в точках выхода мои люди. Да ты даже отсюда не выберешься! Раз остановили Мину, вас тем более не выпустим, будьте уверены. Ничто не помешает мне обрести желаемое, и я сделаю это во имя справедливости! Все, мне пора, возвращайте их в камеру. До встречи, сталкеры!
По дороге назад Котэ соображал, как половчее осуществить план побега. Раз их личности раскрыты, план менялся.
Радовал тот факт, что генерал ни словом не упомянул умение Весельчака перевоплощаться, зато приписал ему аномальную физическую силу. Наличие козырей в рукаве в виде Кондуктора и неведения, что Котэ и есть тот самый «полуночник», тоже обнадеживало.
В камере Котэ связался с напарником и пересказал разговор с озабоченным властью генералом. Кот очень неприлично отозвался о хозяине нелегального исследовательского «сортира» и о методах его работы. В завершение он признал, что тем приятнее будет всю эту организацию развалить.
Оставив Кондуктора наблюдать за обстановкой, Котэ вынужденно разбудил Мину и долго рассказывал об уготованной им судьбе. Девушка тоже не сдерживалась в оценках и обещаниях. Парочка обсудила возможный сценарий развития событий. Оставив подругу в покое, чтобы она уже до конца смогла избавиться от эффекта воздействия препаратов, Котэ продолжил работу.
«Хамелеон, прием. Ответь!» – Сталкер решил больше не ждать, пока напарник позаботится о Стиляге. После долгих попыток наладить связь наконец пришел ответ: