Андрей Нуждин – Там, где водятся чудовища (страница 37)

Уже на четвертый день Старый вышел во двор, окруженный высокими стенами от любопытных взглядов соседей. Дневной свет ударил по отвыкшим глазам, легкие приняли свежий, нагретый солнцем воздух, и сталкер позволил себе сесть на лавочку, пережидая нежданное головокружение.

«Мда, стареешь ты, Старый. Совсем плох стал. Раньше мог из вертушки на ходу выпасть и тут же отправиться на задание, а сейчас…»

За этими мыслями его и застал Мстиша, обеспокоившийся исчезновением напарника из горницы. Он посмотрел на постепенно розовеющее лицо сталкера и с облегчением выдохнул.

– Что вздыхаешь? – Диверсант приложил руку козырьком, спасаясь от ярких солнечных лучей. – Давай, становись на тренировку! Небось и не вспомнишь, когда в последний раз нагрузки устраивал?

Мстиша подхватился, мигом скинул рубаху и запрыгал по дворику, разминаясь.

– Кувырки вперед, пошел! – скомандовал наставник.

Парень отбежал к стене и закувыркался через двор. Зная, что будет дальше, он добрался до противоположной стены и, коснувшись ее рукой, пошел кувыркаться назад.

– Хватит. Теперь стоя. Вперед-назад.

Мстиша покатился колесом, падая вперед с упором на локоть. Оказавшись на ногах, он тут же повалился назад, перекатился и вновь встал на обе стопы. Старый кивал и поправлял, если видел огрехи. За его спиной в дверях расположилась Заря, наблюдая за тренировкой. Не дожидаясь, что ее обнаружат, девица скрылась в глубине дома.

– Бой, – скомандовал Старый, парень заработал руками и ногами, отрабатывая удары.

Сталкер поднялся, медленно подошел к стажеру. Он блокировал выпады и контратаковал, снова объясняя, подсказывая, как будет ловчее. Под конец Старый так разохотился, что начал действовать ногами, но быстро сообразил, что ребра этими движениями уж совсем не довольны. Погоняв Мстишу еще несколько минут, сталкер удовлетворенно кивнул и хлопнул напарника по плечу.

– А теперь тащи мой рюкзак, попробуем усложнить тренировку.

Когда стажер вернулся, в дверях вновь встала Заря, с любопытством глядя на притороченное к клапану оружие. Не замечая ее, Старый вынул полученный меч-кладенец.

– Я не слишком силен в фехтовании таким клинком, но кое-что умею. Покажу тебе, а то все ножом машешь. Учись, пригодится.

– Это волшебный меч, и его сила проявляется только в руках, которые он сам признает! – с сомнением протянул Мстиша.

– А вдруг это именно твои руки? Давай-давай, не стесняйся.

Старый пару раз взмахнул тяжелым оружием, закрутил им вокруг, наполняя воздух тихим свистом стали. Заря скептически разглядывала приемы, которыми пользовался сталкер, и качала головой.

– Погоди-ка, – не выдержала девица, выходя во дворик. – Ты им машешь, будто булавой, а ведь меч – оружие острое, ему рубить надобно.

Под удивленными взглядами охотников девица протянула руку к кладенцу. Когда ее пальцы сомкнулись на рукояти, оружие басовито звякнуло, будто на гитаре оборвалась самая толстая струна. Упругая волна воздуха ударила по ладони, и Заря выронила меч. Не говоря ни слова, она отвернулась и ушла в дом.

– Это что сейчас было? – озадаченно почесал затылок Старый.

– Не знаю. Может быть, меч не захотел, чтобы его трогала девчонка?

– Меч-шовинист? Тогда понятно, почему сестры нам его сплавили. Ладно, давай дальше.

Через пару дней сталкер окреп и поправился. Нужно было двигаться дальше искать воина, тем более что после происшествия во дворике Заря вела себя странно. Она избегала компании охотников и постоянно уходила куда-то, из-за чего Старый начал подозревать, не рассказывает ли она кому о своих постояльцах.

Потеряв к девушке доверие, он не захотел больше оставаться под одной крышей с возможной шпионкой. Пришла пора расставаться.

– Спасибо, хозяюшка, за хлеб-соль, но наш поиск не окончен, – говорил сталкер, складывая пожитки в рюкзак.

Недавно он нашел вещи явно тронутыми чужой рукой. Мстиша удивился расспросам и ответил, что не прикасался к чужой снаряге. Это Старому очень не понравилось.

– Куда вы теперь? – поинтересовалась Заря, изображая равнодушие.

– До вечера в городе поболтаемся, – уклончиво ответил сталкер.

Поклон на прощание, и напарники вышли на улицу. По возможности скрыв лица, они отправились к храму, славящему Волоса. Капище располагалось поодаль от центра города, почти на окраине. Чтящие Перуна воины считали, что из-за давних распрей Громовержец вряд ли обрадуется близкому соседству с тем, кого ему в давние времена приходилось бивать за проступки.

Сталкер медленно шел по улочке и думал, что еще совсем недавно рассмеялся бы, скажи ему кто, будто Старый станет просить совета у бога, пусть даже у своего, предками завещанного. Но других идей у охотников не было.

Их перехватили у самого входа в капище. Молодшие выросли как из-под земли, и ощетинились стрелами.

– Эй, кто тут старший? Выслушайте нас! – поднял руку Старый.

– Князь выслушает! А пока в порубе посидите, собаки! – звонко прокричал один из витязей, старавшийся, чтобы голос звучал низко и весомо. – Дернутся – стреляйте!

– Сдала нас девчонка, – сказал сталкер Мстише. – Что ж, будем надеяться на то, что здешний правитель – мужик умный.

Разоруженных охотников отвели на княжеский двор и заперли в крепком строении, служившем тюрьмой. Все еще разозленная, младшая дружина не особо церемонилась, пленников тычками впихнули внутрь.

– Мда, веселенькое дело. – Старый сидел, прижавшись к холодной стене, смотрел на мигающую звезду, видневшуюся на темном небе через маленькое окошечко. «Сканирование» окружающей обстановки ничего не дало, кроме примерного числа и месторасположения противников. Интуиция молчала с того времени, как он очнулся в постели.

– Ничего, нам бы поскорее к князю, а там… – протянул Мстиша, зябко ежившийся даже в верхней одежде.

– Что «а там»? Думаешь, он нас в уста сахарные расцелует и тут же отпустит?

– Ну… должен. На то он и князь, чтобы по совести рассудить.

– Молодой ты еще. Как бы нам не пришлось тут как следует повоевать. И, скорее всего, погибнуть смертью храбрых. Заря нас выдала, не иначе. Вот только зачем тогда лечила?

– А коли не она?

– Да, а коли не я? – раздался знакомый голос, и звездное небо закрыла тень.

– Ты что тут делаешь? – поинтересовался Старый, стараясь скрыть изумление.

– Да вот кумекаю, как двоих обалдуев из поруба вызволять.

– Очередная подстава? – пробурчал сталкер. – Зачем тебе это? Иль живется скучно?

– Скучно, не скучно – не твоя забота, – отрезала девица. – Готовьтесь, я скоро.

Силуэт в окне исчез, и сколько охотники ни прислушивались, снаружи не донеслось ни звука. Размявшись, напарники всматривались в темень двора. Лишь раз до тренированного уха Старого донесся полустон, с каким неудачно снимают часового. Покосившись на Мстишу, никак не среагировавшего на звук, сталкер снова «просканировал» окрестности.

Действительно, вот он лежит. Человек, находящийся без сознания, наверное, был охранником княжьих покоев. А вот и тот, кто его вырубил. Тусклая искорка выплыла наружу и полетела к порубу.

– Приготовься, она подходит, – предупредил напарника Старый.

– Да, только что почуял, – ответил тот.

– Растешь, «отмычка», – хмыкнул сталкер. Настроение поднималось медленно, но уверенно.

За дверью завозились нарочито громко, замок щелкнул, путь на свободу чуть приоткрылся. Напарники не заставили себя ждать, шустро выбрались в прохладную ночь и обомлели: на плечах Зари, облаченной по-походному, висели оба их рюкзака.

– А это… тяжело же, – еле выговорил Мстиша. Сталкер молча перехватил свои пожитки и закинул на спину.

– Тут все? – поинтересовался он и получил утвердительный кивок. – Тогда рвем когти…

Старый не успел договорить: в распахнувшихся дверях терема запылали факелы, наружу выплеснулась вся молодецкая удаль младшей дружины. Вздохнув, сталкер дернулся вперед, но почувствовал, как что-то ухватилось за рюкзак. Когда он оглянулся, в руках девицы сиял меч. Старый было открыл рот, но передумал спрашивать и ринулся навстречу многочисленным противникам.

– Мстиша, берегись лучников! – бросил он на бегу, взводя самострел. – Прикрывай Зарю!

Болт унесся наверх, стоящий на крыше крыльца молодец вскрикнул, схватился за пробитую ляжку и рухнул на нерасторопных побратимов. Еще один стрелок попытался было пустить стрелу в мелькающую по двору тень, но завизжал от боли, роняя оружие.

Мстиша не разглядел, когда стоящая рядом девица исчезла из вида. Глаз только ухватил движение впереди, машущий мечом дружинник выронил то, что осталось от оружия, а затем рухнул ничком. И поехало.

Две фигуры, мужская и женская, возникали из тьмы и растворялись в ней, оставляя после себя живых, но очень помятых соперников. Гвалт, издаваемый молодыми глотками, должен был перебудить уже полгорода, однако пока что никто не спешил на подмогу.

Стажеру оставалось только следить, чтобы обезумевшие от страха молодшие не заметили его самого за расписным возком, притулившимся возле поруба. В конюшне волновались кони, фыркали, переступая звонкими копытами по настилу.

Меч Зари высекал искры из перерубленной добротной стали княжьих мечей. Топорища будто сами разваливались, пропуская кладенец. Пылающее лезвие вертелось в полутьме, и казалось, что на противников надвигается огненное колесо.

Сталкер первым делом обезвредил всех, кто был вооружен луками. Долго младшая дружина будет залечивать раны – зато потом как сподручно будет хвастать перед девчонками шрамами разной степени серьезности! Не вспоминая о том, что проиграли всем скопом на троих. Еще парочка юнцов лишилась чувств, встав на пути Старого.