Андрей Нуждин – Там, где водятся чудовища (страница 32)

– Командир, а как же работа? Страсть как хочется потрудиться за деньги!

– С Буржуем мы дел не имеем, забыл? Или «академика» давно не видел?

– Его забудешь, не к ночи будь помянут, – скис Явор.

– Шутки шутками, а заказ бы нам не помешал, – рассудительно произнес Приемыш. – Поиздержались неслабо с этими артефактами.

Молодой новичок давно стал своим в команде еще и за такие вот разумные мысли, которые он не стеснялся высказывать. И на этот раз нечего было возразить: уход Торгованыча с рынка «особых услуг» здорово подпортил группе Старого жизнь. Теперь торговец занимался лишь закупкой артефактов и продажей необходимых большинству бродяг вещей. Ну, там, оружие, боеприпасы, съестное и медицина.

Конечно, можно было обратиться в Бар на Биотехе – вотчине «Фронта», но тамошние задания и вовсе не устраивали диверсанта. Стрелять мутантов или распоясавшихся бандитов – занятие грязное и мерзкое. А серьезная работа попахивала спецслужбами, с которыми иметь дело Старому абсолютно не хотелось. Незачем его подопечным погружаться в шпионские разборки.

Были, конечно, другие торговцы, но настолько мелкие, что только новички и подряжались к ним. Вот и оставался лишь Буржуй, чтоб его сусляки погрызли.

Пытались было заработать на поиске артефактов, но уже долгое время никому в Зоне не удавалось найти что-то мало-мальски денежное. Ерунды всякой много было, так ее торговцы брали все неохотнее и платили гроши. Ученым тоже неинтересно стало, у них лаборатории ломились от простеньких вещиц.

Лишь пару раз улыбнулась удача: нашли на Маяке, в аномалии «палище», несколько дельных артефактов. Самый ценный – «панацею» – так продать и не решились, оставили на всякий случай, командиру в контейнер спрятали. Где тут заработать?

Другое дело – охрана ученых или богатых «туристов», голодных до экстремальных приключений. Да еще заказы по поиску. Научникам начальство хорошие деньги выделяло на безопасность исследований, так они и не жадничали, нанимая бродяг.

Но сейчас прямо черная полоса пошла. Ученые набрали образцов и сидели в лабораториях, изучали, за пределы лагеря ни ногой. По слухам, какого-то робота им из-за Периметра подогнали для полевых работ, так что, возможно, больше Пальчикову помощь сталкеров не понадобится. Вот и задумался Старый. Деньги команде очень даже не помешали бы, кто знает, сколько еще штиль в Зоне продлится.

– И что ты предлагаешь? – поинтересовался у Приемыша диверсант. – Есть дельные мысли?

– Кроме как к Буржую наведаться – никаких.

– Плохая это затея. Чую, снова какую-то мерзость предложит.

– Так ответь ему. Посмотрим, что там за работа, – поддержал молодого Бедуин.

– Ладно, поинтересуюсь. За спрос хабар не берут. – Старый решительно нашел сообщение и набрал несколько слов.

Ждать не пришлось, почти сразу на ПДА пришел ответ. Сталкер прочитал его, хмыкнул и показал экран друзьям. «Все подробности при встрече, жду».

– Придется тащиться, – кивнул Медведь.

– Прогуляемся до Дубогорска, ноги разомнем. Я за! – поднял руку Явор.

– Шут с вами, пошли. Через пять минут выходим, так что собирайтесь, – сдался бывший диверсант. Он и сам понимал, что другого выхода сейчас просто нет. Интуиция жалобно вякнула и примолкла, забилась куда-то в глубину сознания.

Путь от Яслей до Дубогорска предстоял неблизкий, но у Старого все было рассчитано. Вышли днем, к вечеру как раз добрались до хорошего схрона. Переночевали под привычный аккомпанемент охотящихся хищников.

Утром пришлось переждать наплыв голодных собак. Бобики носились как умалишенные, петляя меж стареньких домов. Да ладно бы только собаки, но за ними притащились какие-то придурки, которые с гиканьем и свистом начали гонять вконец очумевших от стрельбы кабыздохов.

Старый плюнул с досады, достал «Винторез», наблюдая за творящимся бардаком через чердачное окошко. Сталкеры не отсвечивали, ждали решения командира.

Дробь хлестала по гнилым стенам, сшибала остатки заборов, собаки заходились скулежом и яростным лаем, но к идиотам приближаться не торопились.

– Живодеры какие-то, – прошептал Приемыш. – Взять их, песики!

– Кинуть бы пистолет вон тому рыженькому кобельку, шансы уравнять, – высказался Явор, навалившийся на своего вечного напарника Бедуина.

– Я временами твои шутки вовсе отказываюсь понимать, – ответил тот. – Дичь какая-то. Ну дашь ты песелю ствол, как ему это поможет? Враз патроны расчехвостит! У него на морде написано, что дуропляс! Во-о-он тому надо, черному, с белыми носочками. Дельный пацан.

Старый не мешал таким разговорам, все равно неизвестные бродяги из-за пальбы ни черта не слышали. Команда позубоскалить любила, не последнее дело в Зоне. Но когда доходило до настоящих проблем, за своих сталкер мог быть спокоен – не подведут.

Сафари тем временем подходило к завершению. Шустрые собаки умело избегали смертельной опасности, только один подранок скакал на трех лапах, жалуясь на нелегкую мутантскую долю громким визгом.

Диверсант опытным глазом определил, как твари, осознавшие, что люди не представляют большой угрозы, умело перестраиваются для нападения. Вожак, здоровый пес с почти целой коричневой шкурой, лишь кое-где поеденной гнильцой, уже наметил первую жертву.

Пожилой бродяга в ушанке неловко перезаряжал свою двустволку. Непослушные пальцы роняли патроны, мужик с усталым матом наклонялся за потерей. Пес вырос перед ним метрах в десяти.

Сталкер вновь обронил поднятое, попятился, стараясь впихнуть хоть один патрон в ружье. Кобель зарычал и сорвался с места, метя вцепиться в горло. Мужик в страхе закрылся руками, не выпуская из них ружье, при этом ободрал курками лоб – и зажмурился, понимая, что оскаленные в рычании зубищи вот-вот вцепятся в рукава старой куртки.

Рык сменился коротким взвизгом, здоровую собачару снесло в сторону, и она приземлилась на бок, орошая землю кровью из пробитой шеи.

Пожилой упал на колени, зачем-то протянул ладони к ране, но тут же отдернул руки. Мужик нашарил так и не заряженное ружье, загнал в стволы по патрону и упер приклад в плечо.

Вокруг творилось что-то непонятное. Рычащие псы бросались на людей и падали с пробитыми головами, кто замертво, кто с предсмертным воем. Охотнички палили в молоко, постоянно рисковали получить заряд дроби от своих товарищей, бестолково метались и бились о забор.

К «Винторезу» присоединились автоматы. Тяжелые пули пробивали мутантов насквозь, калечили и умертвляли собак, те уже не помышляли о нападении. Редеющая свора пыталась скрыться от новой опасности.

Один пес сшиб охотника, даже не заметив человека. Пока недотепа барахтался на земле, по нему пронесся другой мутант. Человек с трудом встал на четвереньки и пополз под защиту полуразрушенного колодца.

– Все, хватит, остальные сами разбегутся, – приказал Старый. Стрельба тут же стихла.

– Эй, на улице! Кончай палить, зверушки разбежались! – закричал Явор. – Мы выходим, так что стволы на плечо!

Бродяги обалдело закрутили головами, приходя в себя. Пожилой поднялся с колена, тут же повесил свою двустволку на шею.

Из избы неподалеку вышли сталкеры, помахали взъерошенным дурням и отправились восвояси.

– Вот с такими надо было в ходку идти, а не с вами, придурками, – сплюнул мужик, а затем в избытке чувств пнул дохлого пса с пробитой шеей. Бродяги пристыженно собирались, избегая глядеть друг на друга.

Больше особо ничего выдающегося по дороге не произошло. Так, рутина: мутанты, аномалии, пара артефактов в стороне от дороги. Рядом-то все «подлянки» были обобраны почище грибных полян в выходной день в густонаселенном сельском районе.

Следующую ночь провели на маленькой сталкерской базе возле Флоры. Можно было бы и к научникам сунуться, но шоколадные печенюхи перевесило опасение вновь столкнуться с «академиком». Как-то не тянуло. Обошлись жареным хлебом и тушенкой. С утра вышли, за несколько часов добрались до окраин Дубогорска.

Усталых сталкеров поддерживало любопытство. Что еще там за работку предлагает главный жадина Зоны? Еще сильнее интересовал размер оплаты. Но опытный диверсант притормозил отряд, устроил привал в одной из двухэтажек. Заодно перекусили, а то с голодухи настроение у всех было сердитое, склочное, с таким в гости не ходят.

В здании поликлиники, где находилась резиденция Буржуя, толкались несколько сталкеров, притащивших хабар. Как только Старый показался в дверях, споривший о расценках торговец закрыл варежку, отсчитал деньги, что просили бродяги, и выгнал их взашей. Такого за жадным барыгой раньше не водилось, эта странность испортила командиру настроение еще больше.

Буржуй провел группу диверсанта в личные покои и распорядился не беспокоить его никакими делами. Свежесваренный кофе в «гражданском» фарфоре достался каждому члену команды; отказавшемуся командиру без разговоров подали чай.

– Давненько не виделись, Старый! Как жизнь? Что новенького в Зоне? – делано радушный торгаш заискрился фальшивой улыбкой.

– Давненько, – согласился диверсант. – Жизнь – по-разному, то так, то этак. А ты чего спрашиваешь? Сам разве не в Зоне живешь? Или решил собирать информацию, приглашая бродяг на чашку кофе?

– Да о чем ты говоришь, какую информацию? – отмахнулся Буржуй. – Информация денег стоит, а я так, разговор начать. Что ж, вижу, люди подобрались серьезные, можно перейти к делу.