Андрей Нуждин – Там, где водятся чудовища (страница 10)

– Отпускайте и валите в стороны! – приказал диверсант.

Освобожденную створку рвануло так, что верхняя петля сорвалась с косяка. Тихие хлопки «Винтореза» потонули в грохоте автоматной очереди. Тень отпрянула, завывая, и бросилась на лестницу.

В свете фонарей мелькали бледные лица команды. Изувеченное дверное полотно валялось на полу, залитом кровью.

– Что это за тварь? – с содроганием спросил Бедуин.

– Лягается, как конь, – прошипел Медведь, ощупывая помятые ребра.

– Все готовы? Идем наверх.

Лестница привела сталкеров на площадку, полную тяжелых, крепких дверей, ведущих в пять разных комнат. Лучи фонарей гуляли от одной к другой.

– Еще одна странность, – прошептал Приемыш.

– Что ты имеешь в виду? – заинтересовался Бедуин.

– Скобы засовов снаружи. Чтобы нельзя было открыть изнутри.

– И выйти оттуда. Хорошо, что мы остались внизу, – высказался Явор.

– Все двери такие, кроме одной. – Старый изучал среднюю, ничем не отличающуюся от других. – Значит, тут обитает Хрыч.

Створка распахнулась, пять фонарей осветили стоящую за ней темноту. По очереди охотники за артефактами проникли внутрь. Шедший последним Явор почувствовал, как сильная рука зажала ему рот. Горло сдавили железные пальцы, полузадохнувшийся сталкер отключился и осел прямо на нападавшего. Одна из дверей тихо закрылась, скрывая бесчувственное тело.

В комнате Хрыча царил беспорядок. Сколоченная из чего попало кровать в углу, всюду накиданы какие-то вещи. Старый обвел лучом света углы и присел возле сваленных в кучу рюкзаков.

– Похоже, тут перебывало немало бродяг, – заметил он. – Вот чем живет наш хозяин. Мародерствует, сволочь.

– Эй, а где Явор? – спросил вдруг Медведь.

– Он шел последним. – В свете фонаря видно было, как побледнел Бедуин. – Неужто попался той твари?

– Ты еще не понял, что тварь и есть Хрыч? – поинтересовался диверсант. Он аккуратно приоткрыл дверь и выглянул в коридор. – Держитесь вместе, страхуйте друг друга. Пошли.

Вторая дверь справа от комнаты хозяина была заперта. Парни повернулись к следующей. Внезапно из нее выпрыгнул косматый силуэт и снес с ног Медведя, сталкер покатился по лестнице.

Друзья заколотили прикладами по рычащему комку, покрытому шерстью. Хрыч отбивался, метко бил сильными руками, пока диверсант не вытянул из кобуры пистолет. Прижав ствол к голове хозяина дома, он спустил курок. Хрыч обмяк, развалился на полу и испустил дух.

– Вот зараза! – выругался Бедуин, освещая лежащее тело. – Это что, какой-то мутант?

– Нет, это человек. – Старый осторожно перевернул Хрыча на спину. – Смотрите, на нем тулуп из медвежьей шкуры. Да, правду говорят: у страха глаза велики.

– Но почему он оказался настолько сильным?

– Я думаю, Хрыч давно уже повредился в уме, а душевнобольные бывают необыкновенно сильны физически – у них же психологические блоки отсутствуют, никаких сомнений и ограничителей. То ли смерть друзей его подкосила, то ли он сам их прикончил… Кто теперь разберет?

– Эй, Медведь, ты там живой? – Приемыш свесился через перила и пытался разглядеть, что происходит внизу.

– Жив. Сейчас поднимусь. – Ступени заскрипели под шатающимся сталкером.

– А где же все-таки Явор? – с тревогой спросил Бедуин.

Обыск комнат не занял много времени. Парень нашелся в одной из них, связанный электрическим проводом. Когда сталкер пришел в себя, Старый отправился ко второй двери этой комнаты.

Замок развалился от первого же выстрела, в нос ударила вонь гнилого мяса. Позади шумно вырвало Приемыша, остальные боролись со сходными позывами.

– Никакой он не мародер, – хрипло произнес диверсант, подсвечивая себе фонариком. – Людей он жрал, а не их припасы.

В маленькой каморке висел труп, все вокруг было заляпано кровью, вытекшей из обрубков, оставшихся от ног.

– Вот и наш беглец. Бедолага. – Старый прочел надпись на куртке, надетой на изувеченное тело. – Что ж, теперь все ясно, пошли искать его добычу.

– А как мы узнаем, что нам нужно? – поинтересовался Медведь.

– Ну, вариантов тут не так много. Смотри, вокруг одно старье, новые здесь только рюкзак, сумка и металлический кейс. На что ставите, друзья-сталкеры?

– Кейс, вероятнее всего, – отозвался Бедуин. Остальные кивнули.

– Да, в рюкзаке обычное барахло. Но кто его знает, что там упер мертвец. Так, Бедуин, ты выбрал, так что бери эту железяку и дуй из дома. Отойди метров на двести, посмотрим, что нам локатор покажет.

– Сейчас? – молодой сталкер попятился. – Там же ночь.

Старый вздохнул, подхватил металлический предмет за ручку и спустился по лестнице вниз. На выходе из дома его догнал сконфуженный сталкер.

– Пошли вместе, а? Так спокойнее.

Эксперимент удался, точка сместилась в сторону, когда командир и сопровождавший его Бедуин отошли достаточно далеко.

Никто не захотел дожидаться рассвета в жутком доме. Медведь сложил в кучку сухие вещи и запалил костер.

– Тебе не хватает острых ощущений, пироман? Что ты творишь? Уходим поскорее! – Бедуин неодобрительно смотрел, как пламя жадно пожирает барахло несчастных жертв.

– Нужно уничтожить этот шалман, огонь подходит лучше всего. А вдруг еще какая дрянь решит тут поселиться? – возразил крепыш.

Огонь быстро охватил дом, вырывающиеся из окон языки пламени освещали уходивший прочь отряд. Если бы кто-то из парней обернулся, возможно, он бы заметил, как в сумраке Мраколесья горят многочисленные глаза, наблюдающие за занявшимся пожаром.

Утро встретило команду на подходах к Флоре. Зябко ежась, сталкеры шли за командиром.

– Что носы повесили? Демаскируете нас соплями, – нарушил тягостное молчание Старый.

– Да настроение дюже паршивое, – выразил Явор общее состояние. – Мраколесье, каннибал, теперь вот академика повидаем. Сплошной нуар в жизни.

– А что академик? Тебе с ним не пайком делиться.

– Как бы не привязался к нашей дружной бригаде, командир, – отозвался Бедуин. – Понравимся ему – и будем под его дудку плясать, по Зоне бегать за всякими неизвестными предметами!

Диверсант промолчал. Он и сам всю дорогу думал об этом.

– А давайте вскроем кейс и посмотрим, что внутри, – предложил Явор. – Мало ли какую дрянь несем в недобрые академиковы руки.

Старый покачал головой:

– И не думай. Не связывайтесь с этим Константином Кирилловичем. Отдадим ему ворованное барахло – и топаем отсюда. Надеюсь, мы с ним никогда больше не встретимся.

Через час получивший награду отряд ушел на Кордон.

Диверсант вытер лоб и помотал головой, отгоняя не самое приятное воспоминание. Надо же, напомнила-таки мрачная чащоба о той ходке.

Старый привык скрываться в таких дебрях, где самыми добрыми существами были медведь или ягуар. Уже сталкером ночевал в развалинах домов, когда вокруг бесновались опаснейшие твари, мутировавшие в совсем уж дьявольские отродья. Тут же все подобные ощущения сливались в липкий комок дискомфорта. Нехорошее такое чувство, в общем.

Старый неожиданно наткнулся на этот мрачный дом несколько минут назад. Только что вокруг были лишь стволы поросших какой-то мерзостью деревьев, и сталкер надеялся, что это обычные мхи или лишайники, а не аналог едкой субстанции, именуемой «паутиной мизгиря». И тут вдруг он чуть ли не уперся лбом в дверь, которую на вид можно было снести разве что танком. Старый с интересом разглядывал затейливую архитектуру дома: высоченная стена уходила вверх на уровень трех этажей, и ни единого выступа на ней не наблюдалось; окна ровным рядом шли под самой крышей, шатром накрывающей строение, в них слабо светились огни.

Обойдя эту крепость по периметру, сталкер убедился в полной неприступности домика для наземной атаки и вернулся к двери.

– Если и тут попадется каннибал, то это будет уже перебор, – проворчал диверсант и одной рукой коснулся ножа за спиной, а кулаком другой забарабанил по монолитной створке.

На гулкий стук открылось незаметное снаружи сторожевое оконце, толщина двери оказалась просто колоссальной. Из темноты кто-то внимательно разглядывал пришельца, сыто порыгивая.

– Что надо, путник? – раздался глухой голос. Похоже, еще и не слишком трезвый.

– Заночевать, – в тон ему ответил Старый и замолк.

Молчал и привратник, он обшаривал взглядом лицо и одежду пришельца. Что-то загремело, створка поползла внутрь, открывая неширокую щель. Старый мысленно пожал плечами, шагнул в темноту. Тут же вспыхнул свет факелов, и дверь вернулась на место.

«Интересно, зачем жить в таком месте, если опасаешься из дома нос высунуть?» – подумалось диверсанту.

– Располагайся, путник, где понравится, – произнес здоровый мужик, хмуро глядящий из-под косматых бровей. Жилистая ручища поглаживала заткнутую за пояс сучковатую дубинку. – Главное – не балуй и за оружие не хватайся, тогда не придется тебя выгонять.