Андрей Нуждин – Извне (страница 40)
– Нарыли тут нор, крысы, – прошептал Графоман и начал спускаться в черный лаз, полого уходящий вниз.
Спуск уперся в поворот, из-за него лился неяркий свет. Короткий коридор заканчивался стеной, с каждой стороны находилось по три помещения. Охраны не видно.
Леха прошелся вдоль неширокого прохода. Судя по тяжелым дверям, укрепленным в бетоне, здесь бандиты организовали тюрьму. Значит, сталкеры и Злюка где-то тут. Графоман повернулся и начал обследовать все двери подряд.
Первые не поддались, из-за металлических створок не доносилось ни звука. Из средней камеры справа слышались невнятные голоса. Быстрая проверка следующих дверей тоже не дала результата – тихо и заперто. Оставался только один вариант.
Створка тихо приоткрылась, за ней Графоман увидел двоих вооруженных мародеров, стоящих спиной к двери. Мощный кемпинговый фонарь на столе освещал камеру и фигуру какого-то недомерка. Сначала показалось, что это карлик, но когда неизвестный задвигался, Леха понял – там просто малорослый мужик, к тому же довольно толстый.
– Что, барышня, обманули нас твои спасатели? Привели кого-то на подмогу, но это им не поможет. И тебе не поможет. Скорее, навредит. У нас ведь к тебе не было никаких вопросов, после сдачи этих сталкеров мы бы тебя отпустили с богом, все равно в Зоне сдохнешь, – раздавался вкрадчивый голос.
– Не поминай имени… – начала своим обычным склочным голосом Злюка, но коротышка мигом сжал ей челюсти, сдавил пальцами щеки.
– А теперь, – как ни в чем не бывало продолжил бандит, – ты умрешь, быстро и с гарантией. Судя по твоей одежде, впервые в Зоне, правильно? Правильно. И не знаешь, как артефакты получаются. Я тебе сейчас расскажу: когда что-то попадает в аномалию, иногда оно превращается в тот или иной артефактик. В зависимости от вида. Но лучше, если попадет не что-то, а кто-то. Понимаешь, куда я клоню?
Злюка что-то невнятно пробубнила. Толстяк ухмыльнулся:
– Сообразительная. Из тебя, конечно, вряд ли что-то дельное и дорогое получится, но я не стану жадничать. Что выйдет, то выйдет. Хоть так ты мне денег принесешь. За моральный вред. А бродяг этих уже хорошо оплатили, им без вариантов хана.
Коротышка замолк и наклонился к женщине, будто хотел подарить на прощание поцелуй. От этого движения натянутая ткань кожаного плаща пошла морщинами под воротником, чуть ниже складок лысого затылка.
Время шло, бандит не двигался, и охрана забеспокоилась.
– Шеф! Эй, ты чего там? Все нормально? – Один из мародеров несмело шагнул вперед, автоматически подставляя руки валящемуся на него главарю.
Злюка вскочила с деревянных нар, резко взмахнула рукой, охранник судорожно, с всхлипом, вздохнул и начал оседать. Рука в знакомого цвета кофте обвила клонящееся на пол тело. Второй охранник пришел в себя и щелкнул предохранителем автомата. Злюка ощерилась. Такого лица Леха у нее никогда не видел.
Грохот выстрела раскатился по камере. Бандита швырнуло вперед, он повалился на бездвижного главаря. Агриппина вгляделась в полутьму и с облегчением отпустила тело первого охранника. Труп с перерезанным горлом растянулся на полу.
– Надо было мне руки связать. Хотя я бы все равно развязалась, – произнесла Злюка.
Леха бросился к ней. Под трупом с развороченной дробью спиной лежал мертвый коротышка, в толстом щетинистом подбородке виднелась неширокая рана, покрытая влажно блестящей кровью.
– Откуда у тебя нож? Бог послал? – вырвалось у Лехи.
– На Бога надейся, а сам не плошай, – весело заявила Агриппина. – У этого шара на ножках вытащила, нечего было наклоняться к честной женщине!
– Но как ты их почикала! Тебе же нельзя, что там заповедь говорит…
– Кстати, ты-то как здесь оказался? Вот уж кого не ожидала увидеть!
– Нас дед привел. Хитрец такой, он из бывших военных оказался. И молчал! Вот, пока они там вместе с Кустурицей воюют, я спустился сюда.
– За мной, что ли, прибежал? Как так? Я же мракобес, религиозная фанатичка, сам постоянно говорил.
– И что? – Графоман решил не говорить правду о поисках сталкеров, ведь и Злюку он тоже искал. – Не понимаешь? Какая мне разница, в кого ты там веришь? Главное – своя, кровь у нас с тобой одна! Вот что вы никак не можете усвоить! Не религия ваша людей объединяет, а родство! Мы один народ, хоть и разные все немного!
– Не кричи. Понимаю я все, Леш. Спасибо тебе за помощь. Без тебя кто знает, как бы оно все получилось.
– Ну, у самой-то тоже ловко вышло. – Алексею стало стыдно за свою реакцию. – Случайно не в одном полку с дедом нашим служила?
– Нет, – ответила Злюка. – Не в одном. В разных. Но служила.
– А, вот ты как… в церковь подалась, – протянул озаренный Графоман. – Служба, видать, нелегкая попалась. Не при штабе писарем.
– Верно мыслишь. Может, потом как-нибудь расскажу. Давай выбираться отсюда, нашим помочь надо. – Агриппина ловко стащила разгрузку с одного из охранников, напихала туда обойм и сграбастала оба автомата.
– Погоди, надо сталкеров найти! – засуетился Леха. – Скоро должен Колючий с отрядом подойти, Ворон нам свой телефон оставил. Вот мы и сообщили, что как.
– Отлично! Пошли, найдем наших спасателей! Ключи у борова в кармане должны быть!
Злюка с Графоманом выбрались в коридор. Стук прикладом не помог, пришлось потратить время на отпирание всех подряд дверей. За одной обнаружились сталкеры. Все еще связанные, они сидели на полу, веревки от рук уходили во вделанные в стену кольца.
– А мы тут гадаем, кто это грохочет! Вот уж не думали, что это наш Графоман бандюков мочит! Ого, Злюка, а ты чего с оружием? – удивился Пес.
– И ты тоже меня слабой бабой считаешь? – Нож в руках Агриппины опасно свистнул, когда она резанула по натянутым путам.
– Ну, ты женщина все-таки, чего сердишься? – сглотнул Егор.
– Еще какая! Палец в рот не клади – зарежет, – весело отозвался Графоман.
Дробовик перекочевал к хозяину, сталкеры разобрали автоматы. В коридоре послышались громкие голоса, из-за поворота выбежал бандит и застыл, глядя на вооруженных пленников. Выстрел швырнул его прочь, он сбил еще кого-то позади и остался лежать с огромной дырой в груди.
– Ты чем зарядил? – поинтересовался Нежить у Алексея.
– Да не знаю, в коробке патроны кончились, из мешочка взял, – развел руками тот. – Какое-то животное на них нарисовано.
– Ясно, «барашками». – Гигант направился дальше, на ходу пояснил: – Это артефакт такой, если его мелко растолочь и добавить в обычный патрон, усиливает энергию, убойность заряда повышается.
– Здорово усиливает, как я погляжу. – Леха забрал у мертвецов оружие и боеприпасы. – Вот, лучше обычными патронами воевать.
– А второй автомат зачем? – спросил Пес. – На случай, если первый заклинит?
– Второй Кустурице отдам. Они же там вашим оружием пользуются. Теперь свое будет. Научите чистить?
– Научим, – кивнул Нежить.
– Аккуратно, выход рядом, – предупредил Ворон. – Что-то выстрелов не слышно. Бандиты кончились, что ли?
– А, забыл предупредить! – Леха хлопнул себя по лбу. – Там, наверное, Колючий подошел!
– Откуда он взялся? – изумился командир. – И какого черта вы-то полезли воевать?
– Да только вы ушли, запиликал мобильник, – начал объяснять Леха. – Мы глянули сообщение, написали, обрисовали текущую обстановку. Колючий говорит: сейчас будем, уже рядом. Ну, мы за вами побежали, чтобы предупредить. Мало ли, вдруг план поменяете. Но за такими разве угонишься? Еще пришлось вещички ваши подбирать, так что не успели мы.
– Ну-ну, предупредить они бежали, – хмыкнул Пес.
– Зато вы со Злюкой теперь не заложники, – обиделся Графоман. – Не зря старались!
– Понятно. Ждите здесь, я погляжу. – Саша прокрался в вагончик с открытым выходом, огляделся и сказал, уже не таясь: – Чисто! Идем!
Компания выбралась из наземной части тюрьмы. Их встретила тишина – бойцы Колючего во главе с полковником столпились посреди лагеря, в молчании окружив что-то. Или кого-то.
Приветствие застряло в горле, Ворон подскочил к военсталам, принялся проталкиваться в середину.
– Что-то с дедом? – встревожилась Злюка. – А Кустурица где?
Бойцы, расположившиеся напротив вагончика, расступились, и команда увидела стоящего на коленях Товарища. Спутники бросились к нему.
Перед пожилым воякой лежал окровавленный Вадим. Дед пытался зажимать рану на груди, тормошил мальчишку, уговаривал не закрывать глаза, но пытавшиеся помочь сталкеры Колючего уже отступили, держа в руках бесполезные аптечки.
– Товарищ! Живой? Что с ним?! – крикнул Саша, падая рядом на колени. – Аптечку давайте!
– Я живой, – бесцветно ответил старик. – Я-то живой.
– А с парнем что? – Ворон осознал глупость вопроса еще до того, как закончил говорить.
– Вадька наш – боец настоящий, – глухо ответил дед. – Прикрывал меня, старого, за гранатами бегал… – голос окончательно сорвался. – Не уберег я его, с меня спрос.
Товарищ замолчал. Злюка обняла его за плечи, прижалась к спине и что-то шептала.
– Да знаю я, – отмахнулся старик. – Только не легче от этого. Мы сразу заметили, что обстановка изменилась – бандитов как волной смыло. Они пытались бежать, но вояки всех за считаные минуты положили. Почти всех. Один-два остались, а Кустурица выскочил и руками замахал. Вот его очередью и…
– Ворон, прости, – подал вдруг голос окровавленный парень. – И вы, ребята…
– Молчи! Береги силы! – Александр оглянулся на военсталов. – Дайте уже чертову аптечку! Кустурица!