Андрей Никонов – Вторжение (4-лорд/2) (страница 43)

— Значит, конфедератам тоже ничего не достанется? И Федерации?

— Главному ИИ конфедератов наплевать на людей, он скорее договорится с королевой му-анг. Сначала надо будет его уничтожить, и чужие для этого отлично подойдут. Независимые планеты вообще решили, что это не их дело, и когда в их системах окажутся му-анг, об этом ещё пожалеют. Федерация изначально слаба, полагаю, она распадётся. Так что одна станция — синтам, одна — имперцам, та, что есть, останется за смешанным составом, в том числе за республиканцами, и ещё две в запасе. Антралин придётся разделить на небольшие порции, подыщем подходящие обломки поблизости каждой станции, там и спрячем. Даже если что-то случится, того, что уже есть на поверхности астероидов, вполне хватит на первое время.

Глава 23

— Сколько их внутри должно быть, около двух десятков? — Зан лежал рядом со мной в небольшом овражке, глядя на ангар, обнесённый оградой. Здание выглядело нетронутым, равно как и огороженная площадка возле него.

Раньше это была просто временная ограда для защиты от местной фауны — силовой контур накладывался на сетку с ячейкой, в которую вполне можно было просунуть руку. Сейчас к излучателям добавилась серебристая паутина, тонкая и едва заметная. Плотной она была только в одном месте, где висело несколько тел, четверо — в комбинезонах охранников, а одно почему-то в лёгкой штурмовой броне Конфедерации, сильно повреждённой. Силовой контур отсутствовал, и путь для животных и насекомых был свободен, но тем не менее несколько десятков чёрных блинчиков висели снаружи, не пересекая ограждение, и образуя подобие собственного контура.

За загородкой стоял вездеход, очень похожий на тот, на котором я гонял по этой планете. Может, броня чуть похуже, зато пушечек у него было две, кинетическая и излучатель. Рядом с ним был припаркован огромный трактор, чуть ли не в треть этого ангара, на экипаж из пятерых человек. С виду никаких повреждений на загородке не было, только вот барьер был выключен.

— Похоже на то. Две смены по пять операторов в планировщике территорий, пятёрка охраны, и те, кто безвылазно сидит, может два-три человека. Так что да, около двадцати.

— И куда они подевались? — сержант не отрывал взгляд от вышки, на которой было пусто. — Как думаешь, внутри заперлись?

В этом месте лес отступил под натиском пустыни, и ангар стоял прямо на границе. С одной стороны сорокаметровые великаны джунглей, с другой — песок и камни. Граница была резко очерчена, здесь явно поработал трактор, скорее всего тот, что стоял неподалёку.

— На вышке включён щит, он в основном для того, чтобы птицы не залетали, но наверху никого нет. А должны быть хотя бы двое охранников. Блины через верхние щиты прорваться, видимо, не могут, сам ангар закрыт, там внутри относительно безопасно, может, там кто-нибудь прячется. Но если эти люди в беде, давно бы связались с кем-нибудь, в таких местах должен быть пункт связи, уж с конфедератами — точно.

— Может, отряд спасения уже на подлёте? — Зан посмотрел наверх, потом сверился с радаром. — Нет, никаких следов помощи, даже удивительно, республиканцы регулярно делают облёт территории.

Я кивнул. До космопорта ещё больше сотни километров, судя по тому, что от штурмовика отклика нет, что-то глушит сигнал. Но если его усилить, то, возможно, мы получим летающий транспорт, где бы он сейчас ни был, переподчинить его блок управления навряд ли смогли.

— Значит, му-анг-ни не смогут прорваться внутрь, а те, кто внутри, боятся выйти наружу, всё, что нам остаётся, это угнать трактор, — сержант потихоньку начал мыслить стратегически. Да что там, я точно также и поступил бы. Так ему об этом и сказал.

— Только трактор нам не нужен, он только выглядит грозно, а на самом деле бестолковый. Вездеход отлично подойдёт, чтобы добраться до места. И чем быстрее мы его заберём, тем лучше, к этим чёрным тварям идёт подкрепление.

И показал на точки, движущиеся в пустыне.

Зан присмотрелся.

— Похожи на огромных червяков, — поделился он своими наблюдениями.

— Они самые. В прошлый раз одна такая проломила ограду, не такую хлипкую, а стационарную, словно её и не было, а кузнечики, ну те существа, которые висели на паутине в лесу, пробрались внутрь и там уже всех могли схарчить, если бы я их не спас, в смысле людей, а не кузнечиков.

Сержант странно посмотрел на меня, словно я в другом свете перед ним предстал. Герой-спасатель.

— Твои предложения?

— Мы можем подождать, когда эта гусеница разделается с ангаром, и забрать вездеход — местным тварям техника не нужна, пока в ней нет никого. Или можем помочь тем, кто внутри, и тогда нас, вероятно, убьют всех вместе.

— А эти штуки, которые ползут?

— В прошлый раз пришлось бить из атмосферника, но они не такие уж и страшные, три гусеницы сдохли за раз. Пушкой из вездехода их не возьмёшь, но удрать — вполне.

— Значит, цена вопроса — жизнь насильников и убийц, — Зан скривился.

— Тут ты во многом ошибаешься, скорее — мошенников и воров, — пояснил я ему критерии отбора заключённых конфедератами. — Среди всех, кого мне приходилось встречать, настоящих преступников едва ли десятая часть, остальные обычные неудачники, которые попались властям на какой-нибудь мелочи, и их продали за долги.

— Как и тебя.

— Зато я не сержант.

— Уел, — кивнул мой спутник. — Хуже только десантником быть.

— И среди них вполне могут быть имперцы.

— С этим тоже не поспоришь, — согласился Зан, — кое-кто из наших тоже совершает преступления. Только Империи такие людишки ни к чему, раз уж были настолько тупы, что попались. Так что предоставим червякам расправиться с ними, а вездеход попробуем захватить. Держи, дешифратор взломает его защиту.

Защитный барьер вокруг ангара был настроен на существ, способных причинить вред имуществу, а заодно и людям — они тоже вроде как имуществом конфедератов были. Во включённом состоянии силовое поле доходило до земли, и заканчивалось на основании ограды. Сам ангар стоял на плите из пластобетона, толстой, почти в три метра, и теоретически те, кто ползал внутри грунта, пробраться внутрь периметра не могли. Но сейчас им ничего не мешало, и тем не менее, никакой живности возле ангара я не заметил, видимо, чёрные твари отпугивали конкурентов.

Технологический проход для людей представлял собой рамку два на два метра, свободную от физической защиты, так что внутрь ограды я прошёл практически беспрепятственно. Один из блинчиков увязался за мной, и держался рядом, когда я подошёл к вездеходу, но потом отлетел обратно, словно наблюдая, что я собираюсь делать. Вообще, с этими чёрными блинами происходили странные вещи, в первый раз, когда они напали, я не чувствовал никаких эмоций, исходивших от них, а сейчас они пытались мне что-то сказать. В том, что полетел за мной, преобладало чувство голода и недовольство тем, что его не пускают. Даже обида какая-то. Будто он хотел сделать что-то хорошее для людей, но те его старания не оценили по достоинству.

— Это последствия года в космосе, — прошептал я вслух. — Вовремя спасли, а то было бы хуже.

— Что ты имеешь ввиду? — спросил Зан, он оставался на связи.

— У меня был сложный период, — ответил я, обходя вездеход, и пытаясь соединиться с блоком управления. — Я долгое время провёл в одиночестве.

— Заметно, что ты слегка не в себе, — согласился сержант. — Мы таких обычно пристреливаем, мало ли что привидится. Прилепи дешифратор к броне.

— Так и сделаю, — я налепил серую кляксу на серый бок вездехода. — Похоже, отсюда не удастся связаться.

— Это почему?

— Внутри периметра связь полностью блокируется, если раньше я хоть что-то со спутников мог получать, то сейчас словно отрезало. У тебя тоже?

— Нет, — Зан ответил не сразу, видимо, проверял. — Шифрованные пакеты как шли, так и идут, на открытых каналах тишина, но они тоже действуют. Думаешь, эти твари могут блокировать передачу? Но мы ведь друг друга слышим и видим.

— Пока не знаю, — я отлепил дешифратор, перенёс его на другую часть брони. — Взломать не удаётся.

Надо было спешить — гусеницы бодро ползли по песку, и до них оставалось километра четыре. Значит, через пятнадцать-двадцать минут они будут здесь, и тогда останется только ждать, пока они не разнесут ангар и не сожрут тех, кто заперся внутри.

Как минимум троих, столько человек стояло возле прохода в помещение с внутренней стороны, их контуры выделялись на фоне стены. Я оставил дешифратор на броне, а блинчики — наблюдать, что я делаю, и подошёл к ангару, нашёл сенсорную панель и приложил ладонь.

Стена немного разошлась, образуя щель сантиметров в тридцать, тот блинчик, который наблюдал, радостно бросился вперёд, впечатался в силовой барьер и снова отлетел назад, обиженный и грустный.

На той стороне барьера стояла девушка с синими волосами, в комбинезоне Конфедерации.

— Привет, Чесси, — хищно ухмыльнулся я. — Вот и довелось свидеться. Я всё мечтал, что когда-нибудь это произойдёт.

В вездеход мы загрузились буквально за несколько минут до того, как гусеницы доползли до ограды. У моей знакомой оказалось два козыря.

Во-первых, коды доступа к вездеходу. То, что глушило сигналы вокруг ангара, не давало ей соединиться с блоком управления, её напарник, тот, чей пустой уже скаф висел на серебристой паутине, попытался выйти и сделать это вручную, но не смог. Будь мы с Заном посообразительнее и посмелее, могли бы найти ключ доступа в скафе. А к запасному ключу прилагалась моя бывшая подружка.