Андрей Никонов – Шаг в сторону (страница 20)

Город был продвинутым в культурном плане, и театр были в наличии, и библиотека, и даже музей. Вот только отсутствие церквей меня немного смущало - что тут с религией, непонятно. Но для этого я в книжной лавке чуть больше чем за золотой, а точнее говоря, по бартеру на маго-карту приобрел несколько толстых книг - по истории, юриспруденции и какой-то роман имперского автора, местной литературы тут практически не было.

В гостинице внизу меня уже ждал Шуш, чистый, накормленный - идеальный слуга. Рядом с ним стоял невысокий человек, в опрятном камзоле и брюках, заправленных в короткие сапоги, лет шестидесяти, осанку держал ровно.

- Оценщик пришел, - пробасил Шуш. - Уже и повозку осмотрел, все обнюхал. Я, барин, за ним приглядел, чтобы не стащил чего.

Оценщик снисходительно улыбнулся, мол, что с вас убогих, брать.

- Милослав Драгошич, - представился он. - Все осмотрел, даже проехался немного. Давайте присядем.

Мы уселись тут же за столик, оценщик открыл черную папку, пошелестел бумагами.

- Вам говорили о стоимости моих услуг?

Я протянул несколько монет.

- Да, все верно, - пересчитал он деньги. - По вашей повозке что могу сказать, состояние хорошее, ездили на ней много, но ухаживали. Зарядный ящик в порядке, треснувших кристаллов всего четыре, так что если дальше сами будете пользоваться, неплохо бы заменить, это недорого. Оси новые, заменены недавно, колеса тоже. Сам корпус старый, лучше поменять, на бездорожье долго не выдержит. Так что моя оценка - сто сорок пять золотых медведей. При перепродаже вам надо будет заплатить налог в пять золотых, еще двадцать возьмет перекупщик, если через него будете продавать. Напрямую золотых десять все равно придется уступить, а то есть такие, кто за цену цепляется, так у них телеги месяцами стоят, не продаются. Но тут уж вам решать. Перекупщика рекомендовать не буду, - он положил на столик лист бумаги, прижал к нему перстень, появившаяся печать вспыхнула, - но все примерно одну цену дают. Если захотите меня вознаградить, обращайтесь к Гору Смолову, да вы были у него, он же меня и позвал. От него я получу золотой за оценку. Давно у вас эта повозка?

- Да сколько себя помню, - уверил оценщика я.

- Если нет купчей от старого владельца, это еще в десять золотых обойдется, - Милослав мило улыбнулся.

- Какие купчие, - я развел руками, - это ж, считай, фамильная ценность. Так что за пять золотых вполне воспользуюсь вашими услугами.

- Торг здесь не уместен, - веско произнес оценщик.

Я вздохнул. - При расчете с перекупщиком?

- Сойдет. Но если хотите, прямо сейчас документы оформлю. Деньги у меня с собой. А пока держите, вот акт оценки, цена там указана, давайте впишу ваше имя.

- Марк Травин.

Милослав аккуратно вписал мое имя на свободное место, достал еще один лист.

- Продавать будете, или повремените?

- Буду, - я пожал плечами. - От старья надо избавляться, пока не поздно.

- Очень верно подметили, - оценщик быстро заполнил бумаги, протянул мне лист, - приложите ладонь.

Я пробежался по тексту - да, поручаю продать телегу за сто сорок пять золотых. Внизу расписка в получении ста тридцати пяти, и налог пять золотых, который также поручаю за меня заплатить. Везде все одинаково, каждый зарабатывает как может. Приложил ладонь, бумага привычно полыхнула и разделилась на две одинаковые. Одну оставил себе, другую пододвинул Драгошичу.

- Ваши сто десять золотых, - оценщик тем временем махнул хозяйке, та принесла черную подставку, он одна за другой выложил на нее двадцать две восьмиугольные монеты, толстенькие, по полсантиметра, и диаметром сантиметра три.

- Благодарю, - я кивнул оценщику, потом Шушу, тот отдал цилиндрик, и Милослав, раскланявшись, подхватил свой экземпляр, бодро для его пожилого возраста вскочил на телегу и уверенно вывел ее со двора.

- Ну что, Шуш, теперь мы безлошадные, - я сгреб монеты в мешочек, убрал его в карман. А монеты-то непростые, метки на них стоят, интересно, для чего, на других такого не было. - Давай до банка прогуляемся, ты тут все знаешь, покажешь, а потом где-нибудь перекусим. И приодеть тебя надо, а то теперь ты уже не водитель.

- А кто? - озадачился парень.

- Я повышаю тебя до охранника, - торжественно сказал, поднимаясь. - Двустволка у тебя есть, тело для охраны - тоже, так что будешь соответствовать. Быстро дуй в номер, бери оружие, патроны, и вниз. Жду тебя

Хватило двух минут, пока я любезничал с замужней хозяйкой, увидевшей во мне состоятельного клиента, чтобы Шуш стоял внизу с ружьем. Я проверил, попенял ему, показав стреляные патроны, которые тот тут же, весь красный, заменил, распрощался с Линой и направился в банк, как раз возле местного базара.

В банке я оставил сто золотых и еще два за обслуживание на год. Взамен я получил браслет чуть выше локтя, который ко мне привязали, надрезав руку - теперь якобы никто, кроме меня, не сможет им воспользоваться, продемонстрировали, что браслет невозможно снять даже при моем желании, иначе как в специальной комнате в банке, и отметили на моем атласе на карте Великих княжеств, в каких из них есть отделения банка, и на карте Северского - в каких городах. Также я мог беспрепятственно класть до тысячи золотых и снимать со счета. Если вдруг мои накопления будут больше тысячи, заплатить придется десятку в год. Заверил ладонью несколько бумаг, разменял оставшиеся деньги на банкноты - ассигнации по одному медведю-гривне и по десять рублей-рысей, получилась толстая пачка, бумажные деньги, как заверили меня, имели достаточную магическую защиту и заверялись личным колдуном Великого князя и самим Великим князем. Так и представил, как они сидят в комнатушке и в режиме 24/7 печатают деньги, бедолаги.

Шушу я минут двадцать подбирал одежду в ближайшей одежной лавке, кафтан отмел сразу, уж очень они были неудобные, на мой взгляд. Прям наряд стрельца из фильма "Иван Васильевич меняет профессию". Парень переминался с ноги на ногу, и на мой взгляд, готов был на любой прикид, лишь бы пойти пожрать, но пришлось ему потерпеть, тем более что его мнения никто не спрашивал.

Наконец мы подобрали ему случайно оказавшийся в лавке комплект охотника на измененных, только с испорченной магической подпиткой, для использования по прямому назначению он уже не годился, а вот как повседневная одежда - вполне. Современного для меня вида куртка, толстая, как пуховик, с меховой подстёжкой, отлично держала тепло, штаны из того же материала, и тоже с подстёжкой, высокие ботинки на застежках и шапка с козырьком. При необходимости подстежка снималась, так что это был вполне осенне-зимний вариант. А к весне я верну Шуша прежнему владельцу, пусть тот, точнее говоря - та, сама на него тратится.

На куртке и штанах были крепления для пластин, которые заряжались магией от встроенного в костюм накопителя, но отсутствовали. На их место лавочник предложил вставить обычные броненакладки из металла, я, подумав, отказался, мы же не на войну идем. А в городе от ножа накладки не спасут.

Также на куртке имелись ремешки, с помощью которых закрепили двустволку, для того они и были предназначены, и ячейки для двух десятков патронов.

Весь комплект обошелся в три золотых, впридачу Шуш получил три комплекта белья и кожаные варежки-перчатки с обрезанными пальцами, чтобы удобно было стрелять.

- Ну красавец, - хлопнул я парня по спине, - теперь женишься на дочке хозяйки гостиницы, а я буду у вас жить бесплатно. Или ты с меня деньги будешь брать?

Шуш покраснел и заверил, что денег брать не будет. Шуток не понимает, что ли?

Для себя я взял теплую меховую куртку, штаны на коротком меху, шапку и такие же перчатки, как у Шуша, несколько маек, теплый вязаный свитер с высоким горлом, и обычные тонкие кожаные перчатки - все это обошлось ещё в два золотых. С тактическим костюмом я расставаться не собирался, но предстоящая зима заставила утеплиться. И еще неплохой нож присмотрел себе в дополнение к тому, что уже был, в лавке предлагался широкий выбор, начиная от совсем небольших вариантов, наверное, у местного криминала пользуются спросом, до гигантов размеров мачете.

Взял себе экземпляр, очень похожий на классический Боуи - с такой же наборной кожаной рукоятью, двадцатисантиметровым лезвием с полуторной заточкой. Не знаю, зачем он был мне нужен, с ножами я исключительно во время рыбалки или сбора грибов упражнялся, но мне показалось, что с этим вариантом вероятность порезаться самому меньше. К ножу взял ножны на предплечье, из красной кожи - видимо, предполагалось, что это оружие больше декоративное, чем прикладное, хотя хозяин лавки уверял, что металл лезвия укреплен магически, и даже для демонстрации разрезал подкову, будто бы случайно валявшуюся у него за прилавком.

Вещи, за исключением комплекта, который Шуш сразу же напялил на себя, правда, отстегнув подстежку, упаковали и обещали доставить в гостиницу часа через два.

- Ну что, перекусим, и искать жилье, - я направился к ближайшей забегаловке, сопровождаемый недовольно пыхтящим слугой. А что поделать, деньги важнее любви. Тем более не моей.

За столом, пока Шуш насыщался, я пролистал местную газету. Про ночное происшествие ни слова не было, рано еще, да и не такая фигура этот сельский староста, чтобы в газетах о нем писали. Зато писали о других людях, мне неизвестных, так что и читать-то особо нечего было. Никаких аналитических статей или обзоров я не нашел, а изучать биографию женящегося на дочке уездного воеводы какого-то родственника удельного князя мне было неинтересно. На последней странице, зато, нашлись обьявления о сдаче жилья.