Андрей Никонов – Под светом чужой звезды - 2 (страница 9)

Бот скользнул к планете, преодолевая сопротивление атмосферы – тут она была более плотная и низкая, чем на Земле, но общие характеристики примерно совпадали. И гравитация, и температуры, состав воздуха, даже размеры. Словно по образу и подобию делали. Да что там, даже луна была, в двухстах тысячах километров, только она, в отличие земной, вращалась.

Среди огромного океана располагались два материка, один напротив другого. Оба протянулись от северного полюса до южного, на экваторе жара доходила до сорока, на полюсах – морозец в минус двадцать не давал таять ледяным шапкам. Нашей целью был тот континент, что поменьше, с высоты в десяток километров сквозь облачный покров открывалось слабо заселенное пространство, для такой планеты триста миллионов жителей, это совсем немного. Народ больше селился ближе к центральным широтам, там, где теплее, мы же полетели почти на север.

- Сначала нужно получить карточку, а потом – все остальное, - предупреждая мой вопрос, ответил Рурри. Только сейчас вспомнил? Хотя взяли-то из воспоминаний по верхам, только чтобы общее представление иметь.

Глава 5

К мрачному невысокому зданию из черных блоков, стоящему на скале, вилась очередь по горному серпантину – человек пятьсот, не меньше.

- Что-то сегодня многолюдно, - подтвердил мои наблюдения Рурри. – Тут регистрируют всех новичков, у кого нет карты жителя Союза. Вроде тебя.

- Откуда они берутся? – на улице было холодно, заметно ниже нуля, ветер бросал хлопья снега прямо в лицо. Бот мы пристыковали к мачте в километре отсюда, и оставшееся расстояние прошли пешком по утоптанной широкой тропе. Навстречу шли люди, приобщившиеся к Союзу.

- До сих пор находят планеты, оторванные Нашествием, - Рорри вытащил сигариллу-варес, закурил. – Оттуда и рабы.

- Так тут рабы?

- В основном. Не бойся, никто тебя в рабство не возьмет, уж больно ты много жрешь, - хохотнул торговец. И тут же опасливо на меня зыркнул. По глазам вижу, и соскочить ему хотелось, чтобы не делиться прибылью, и будущие доходы манили к себе. – Свободных тоже хватает, есть те, кто в глуши живет, приходят с родственниками или односельчанами. не всех же родители до пяти лет успевают зарегистрировать на месте.

Мы встали в конец очереди, которая, впрочем, двигалась довольно быстро. Люди в ней кучковались группами, во главе каждой – местный житель, который поручался за каждого, получающего гражданство Союза. Только эти вот поручители, да мы с Рурри, были более-менее прилично экипированы, а вот будущие низы общества одевались кто во что горазд. Было видно, что многие из них мерзли, но все равно терпели.

- В храме нам направо, - наставлял меня торговец. – Для свободных людей идет особая процедура, ты же свободный человек?

- Щас в рыло дам, - предупредил я.

- Шучу, шучу, - Рурри захохотал. На своей планете он чувствовал себя гораздо свободнее. – Мы с тобой, Марк, тут таких дел понаворочаем, да я через лет десять в первую тысячу выбьюсь. А то и в сотню. Этот новый чамби просто бомба, с руками оторвут. Сколько, ты говорил, его делать можно?

- Да хоть все, - пожал я плечами. – Но сам понимаешь, сырье дорогое, он и стоит поэтому десятикратно.

- Ага. Все не надо, быдло всякое и обычным обойдется. А вот уважаемые люди, им можно и дороже продать. Поэтому будем возить понемножку, пусть привыкают. Да что там люди, даже ящеры оценили, а у них рецепторы вкусовые модифицированы, могут хоть грязь жрать. А вот новый чамби и у них пошел, они с него дурнеют и больше уже ничего не хотят. Ох, развернемся. Надо будет ключ новый прикупить, на шестнадцать систем. Или на двадцать семь! – размечтался торговец. – Не верил я отцу, когда он этот ключ мне отдавал, что озолочусь. Думал, бредит старик, триста общих годков как-никак, нерабочий неликвид подсовывает. Эх, если встречу, отблагодарю, не пожадничаю.

Общий год – чуть меньше земного, 354 земных дня. Жители Союза, в быту используя привычное мне десятеричное счисление, для привязки ко времени применяли восемнадцатеричное. Секунда длилась на десять процентов меньше, в минуте было 324 таких секунд, в часе – 18 минут, и так далее, до года из 18 месяцев. В каждой системе использовались три даты, внутрипланетная, внутрисистемная и общая. Наверное, удобно. Мне так вообще было все равно, модуль прекрасно переводил из одной даты в другую, никакого дискомфорта.

А еще он чуть не взвыл, стоило подойти к потертым деревянным створкам, преграждающим вход в храм.

«Опасность. Перевод в аварийный режим. Принудительное выделение ложной личности».

Наверное, было из-за чего. На массивной каменной балке символами эме-галь, точно такими же, как на золотых пластинах са-гир, было написано – «Центральный пункт считывания Ордена восемнадцати в системе 75297».

- Сюда, - у входа нас встретил людоящер в трико. С половыми признаками ген-модификаторы погорячились, может, свои фантазии воплощали, не знаю. Сотрудник центрального пункта коротко поклонился, презрительно глядя на рабскую часть очереди, уходящую налево, и когтем ткнул в правый коридор. – Свободный?

- Да, - залебезил торговец, - вот, торговый партнер из отдаленной системы, родители не озаботились получением ид-карты, пришлось беспокоить тебя.

- Разберемся, - ящер в трико шагал впереди, длинный узкий коридор заканчивался квадратной комнатой с тремя каменными сидениями, стоящими треугольником. – Занимайте свои места, я сейчас подойду.

Мы с торговцем уселись на жесткие сидушки, высокие подлокотники имели выемки для рук, я торопиться не стал, а вот Рурри поерзал, опустил свою карточку в прорезь правого подлокотника, положил руки в ложбины, закрыл глаза.

Ящер вернулся через минуту, сел точно так же, как торговец, серебряная карточка зашла в щель до половины. Он кивнул мне, мол, чего ждем?

Я аккуратно дотронулся локтями до камня. И тут же почувствовал, как кто-то пытается покопаться в моем мозгу.

Судя по виду торговца, в его мозгах уже вовсю шуровали. Я восхитился предусмотрительностью ан Трага, тот полностью стер все воспоминания о пришельцах и боевых станциях. Не знаю, насколько качественно он это сделал, оставалось только надеяться, что крохи, которые остались, внимания не привлекут.

Модуль вовремя сориентировался. Я ощущал себя Марком Травиным, он же зу Марк Уриш, псионом и представителем дремучей реальности. Вся моя память никуда не делась. А рядом в мозгу, чуть для вида сопротивляясь считывателю, сидела другая личность. Маарк Аврелий, житель слабо заселенной системы, хозяин плантации, на которой выращивали сырье для чамби. Модуль взял мои впечатления об оранжевой системе, исключил внешников, дополнил сконструированным детством, окружением, какими-то событиями, я даже всплакнул чуть, когда считыватель дошел до смерти родителей. Той частью, вымышленной.

Считыватель вылез из мозга. А потом неожиданно снова проник, может, заподозрил что. Но модуль был на высоте, та же самая вымышленная личность снова подставилась под удар.

Прошло минуты две, не больше, ящер вздохнул, оторвал левую руку от подлокотника, что-то там написал в воздухе. Внимательно на меня посмотрел. Точно подозревает.

На подлокотниках сформировались два красных сгустка, начали медленно подниматься в воздухе на уровень глаз. А потом, словно тот паучок из хозяйства княжича Тятьева, проникли мне в глаза. Штирлиц был на грани провала.

Еще две минуты.

Сгустки не торопясь выскользнули обратно, спустились в подлокотники, растворились там, правый подлокотник пискнул, и из него вылезла черная карточка с двумя узкими золотыми полосками. Судя по ошарашенному виду торговца – произошло что-то необычное.

Две полоски – почти всегда означают, что произошло что-то из ряда вон. Меня так уже разыгрывали, помнится. Да и ящер чуть поднапрягся при виде выскочившего результата теста. Но тут же снова принял невозмутимый вид, это просто с такой-то чешуйчатой мордой, поднялся и слегка поклонился.

- Поздравляю, хеис Марк Ур Иш. Для подтверждения второго исключительного ранга гражданства Союза тебе нужно посетить одну из пограничных систем в течение трех общих лет. Тогда временная карта будет заменена на постоянную, если, конечно, результаты теста подтвердят твое право на этот или более высокий ранг. Я не знаю, как это происходит, - поспешил он ответить на невысказанный вопрос, - всего лишь скромный служитель этого храма. Матрица в моей голове что-то определила, но что именно, мне самому знать не дано. Счет уже привязан к карте, универсальный ключ с маршрутом Пути до границы центральных миров ты можешь получить на выходе. Не смею задерживать, господин.

- И часто тут такое? – не удержавшись, спросил я.

- На моей памяти второй раз, - чуть подумав, ответил ящер. – А я тут уже триста лет. Чистые потомки древних, хоть редко, но встречаются. Первый исключительный выскакивает часто, второй – гораздо реже, третий – почти никогда. Многие, как и ты, господин, могут не подозревать о высоком происхождении, но при первом посещении любого храма это выясняется.

- А центральные миры, что там мне нужно делать?

Ящер очень по-человечески вздохнул.

- Посети любой храм в этих мирах, господин, и там тебе ответят на все вопросы. Все, что знал, я уже рассказал. Хотя нет, вот что еще. Временный универсальный ключ действует три общих года, после этого доступ в центральные миры нужно получать в обычном порядке. Не смею советовать господину, но лучше это сделать в ближайшее время.