Андрей Никонов – Му-анг (4лорд - 3) (страница 17)

Вылез наружу, из борта ховера вывалился небольшой летательный аппарат, как раз на меня одного — удлинённый корпус с удобным сиденьем, захватами для рук, и шестью небольшими манипуляторами, делавшими его похожим на жука или паука. Лёгкие щиты спайдера могли защитить от местной фауны и маломощного оружия, но если чужие захотят меня уничтожить, то и ховер не спасёт.

Обеспокоенный Зан попытался меня остановить, ну да, теперь наши жизни повязаны, он пытался мне что-то рассказать про старые записи, найденные в Службе порядка, но точного результата ритуала никто, кроме самих лордов, не знал. В одном капитан Галэки был уверен — надолго он меня не переживёт, и очень на этот счёт волновался. И правильно, сначала думать надо, а потом уже на траву садиться и бормотать всякую чушь.

Напрямую приближаться к куполу я не стал, облетая его по спирали. Возле оболочки, так, чтобы было видно пирамиду, уже собралось порядочно людей, все смотрели вверх и молчали. Доехавшие до купола вездеходы и тракторы стояли пустыми, их пассажиры влились в общую толпу, которая не распределилась вокруг купола, а собралась в одном месте. Людей там было больше трёх сотен, разум, в отличие от тех, кто по ночам глазел на пирамиду внутри купола, они не теряли, просто не понимали, с чего их сюда принесло.

— Десять километров, — сказала Илли.

— Что?

— С зондов видно, что все они были неподалёку, максимум десять километров от купола. Ещё несколько групп движутся с другой стороны, и с нашей небольшая колонна. Где они только прятались.

— Под землёй, наверное, — я и сам прекрасно всё видел, подняв спайдер на высоту в десять метров. Последняя группа в форме конфедератов появилась совершенно точно из-под земли, наверняка там был какой-нибудь пункт слежения, они передвигались на гравиплатформах, и присоединились к остальным буквально через пару минут. — Эй, там даже кто-то веселится.

Прямо подо мной двое мужчин приставали к какой-то девушке, та хихикала и нехотя отбивалась. Я притормозил, зависнув на месте, и совершенно зря. Один из мужчин, видимо посчитав, что и это не очень весело, попытался пристать к другому, и тот тоже захихикал.

— Смотри на цвет пирамиды, — посоветовала советник, — он уже голубой.

Действительно, если сначала пирамида светилась еле заметным красным, то теперь цвет излучения изменился. Подавитель его не фиксировал, а вот я почувствовал какую-то лёгкость, словно внутренние барьеры в мозгу хотели отключиться.

— Если почувствуешь, что что-то не так, отходи подальше, — в голосе Илли чувствовалась тревога. — И скажи своим людям, чтобы не высовывались.

Йолана на этот совет отреагировала в своей обычной манере, посоветовала мне заткнуться и не мешать. Сама она залезла на гравиплатформу и поднялась почти до уровня пирамиды. Опасно, но почему-то ни шаров, ни медуз поблизости не наблюдалось.

Голубой цвет вокруг пирамиды потихоньку начал бледнеть, люди вели себя всё раскованнее, но с места почти не двигались. Они сбились ещё плотнее, и на пирамиду старались не смотреть, так что, когда она полыхнула белым, словно крохотная звёздочка, думаю, мало кто ослеп.

Меня защитили светофильтры скафа, шлем Йоланы тоже мгновенно затемнился, а подавитель выдал целую очередь данных. Люди, окружающие купол, попадали на землю, и теперь лежали неподвижно.

— Не приближайся к ним, — Илли появилась на броне танка в почти такой же броне, что и Йолана. На предплечьях у неё были закреплены излучатели. — Самое интересное ещё не началось.

Два дрона отделились от подавителя, залетевшего в самую гущу событий, упали на землю, встали на тонкие ножки и засеменили к ближайшим телам. Всё, что они могли, так это оказать первую помощь до того момента, как раненого десантника или то, что от него осталось, не поместят в медицинскую капсулу, для этого внутри каждого дрона был небольшой медицинский блок и сканер повреждений организма. Валяющиеся тела на были на удивление здоровы — сердца бились, исправно перекачивая кровь от одного относительно здорового органа к другому, рефлексы сохранились, только мозговых импульсов не было.

— Пустышки, — поделился я своим наблюдением. — Интересно, для чего чужие это проделали, не проще было просто убить?

Ответ на свой вопрос я получил почти тут же. Сканеры зондов засекли движение, и на расстоянии в несколько километров от купола появилось серое облако. Оно стремительно двигалось, распадаясь на сотни отдельных блинчиков. Йолана выругалась, и полезла обратно в ховер, а я поднялся ещё выше, туда, где му-анг-ни не смогли бы меня достать.

Они и не собирались. Добравшись до людей, эти твари не стали их жрать, а через глаза и уши забирались внутрь черепа. Я прекрасно помнил, что стало с Толстой Мо, когда один из блинов налепился на её лицо, тогда оно растворилось за несколько секунд до костей, но сейчас кожа у валяющихся тел оставалась нетронутой. Пирамида снова засияла красным, излучение чуть пульсировало, и хоть было направлено в основном вниз, на толпу, даже меня чуть пробрало — как в тот раз, когда я руку внутрь пирамиды запустил. Снова появился этот странный узор, отодвигающий воспоминания, но теперь он просто их пытался уничтожить. Мой симбионт чуть зашевелился, и словно отгородил меня от проникающих волн.

У людей внизу такой штуки в мозгу не было. То один, то другой начинал шевелиться, сначала это были простые подёргивания, но с каждым разом движения становились всё рациональнее, и, наконец, первый попавший под влияние пирамиды поднялся. Осмотрелся, и направился к телу, которое оставалось лежать неподвижно, у того из глаза появился блинчик, поднялся повыше, а очнувшийся человек подошёл к лежащему телу, протянул руки, и оторвал голову. Выскреб из черепа мозг и начал жадно жевать, попутно выковыривая глаз из глазницы.

Фильмов про зомби я видел достаточно, но эти были совсем не такими тупыми и медлительными, как их обычно показывают. Они разговаривали, причём осмысленно, тот, что поднялся первым, помогал остальным выбирать неподвижные тела, и даже пытался распределять пищу. Тёмно-бурую жижу, стекающую по подбородку, он аккуратно вытер рукавом.

Я одновременно наблюдал и связывался с ховерами, не хватало мне только таких же вот живых мертвецов у себя в команде. Но, если не считать слегка побледневших техников, там всё было в порядке.

— Возвращайся, едем дальше, — Илли чуть нервничала.

Я развернулся, и направил спайдер вниз, к ховеру. Обедающая толпа внезапно притихла, на меня смотрели несколько сотен пар глаз. Абсолютно равнодушных.

Точно с таким же равнодушием в сторону меня взметнулись рейлы карабинов и руки с излучателями, по щитам спайдера вдарил дружный залп, и аппарат, не выдержав атаки, рухнул вниз.

Если бы на мне была прежняя униформа, думаю, я бы не выжил. Но скаф самортизировал падение и даже притормозил возле земли, придавая мне устойчивое положение. Если первый залп был дружным, то теперь новоиспечённые зомбаки стреляли каждый в своём темпе, конфедераты оседлали свою гравиплатформу и ринулись ко мне.

Сигнал атаки пришёл на комм при первых же выстрелах, тот подавитель, что кружил над толпой, переместился ко мне, пытаясь закрыть щитами, но недостаточно быстро. Несколько зарядов пробили броню, в правой части тела что-то взорвалось, и я почувствовал, как теряю сознание. Точнее, как колония наноботов внутри моей крови отключает меня, чтобы вылечить. Плохая тактика, сначала надо убежать, и уже потом лечиться, но у внутренних ремонтников была своя программа действий.

Уже словно в тумане я видел, как накопители развязывают в толпе настоящую бойню, живые мертвецы стремительно превращались в по-настоящему мёртвых, некоторые просто испарились — аппараты поддержки десанта не церемонились. Две машины обрабатывали толпу из всего доступного оружия, бывшие заключённые и надсмотрщики были слишком легко экипированы, чтобы защититься. Из убитых людей вылетали чёрные блинчики му-анг-ни, они не нападали, а сливались в единое существо, колышущееся над головами. Последнее, что я успел увидеть перед тем, как третий подавитель поглотил меня — как два чёрных эллипсоида выскользнули из-за купола и ринулись в нашу сторону.

Глава 10

Глава 10.

Крохотная по сравнению со звездой чёрная точка вела за собой тончайшую чёрную же нить. На самом деле её размеры были сопоставимы с небольшим астероидом, три километра в диаметре, идеальный шар, который совершенно не реагировал на огромные температуры в короне звезды. Всплески плазмы просачивались через связанную шаром сеть, не причиняя ей вреда.

Постепенно нити, толщина которых в самом начале была чуть больше миллиметра, утолщались, и там, где шар начал своё путешествие вокруг центра звёздной системы, напоминали небольшие тоннели в несколько метров диаметром. Внутри что-то сверкало и пульсировало, передавалось туда, где шар заканчивал последние стяжки, словно надувая их. Последние тысячи километров шар проделал не торопясь, словно любуясь своей работой, и вместо того, чтобы обрезать нить у последнего узла, ускорился, уходя прямо в глубину звезды. Чудовищное давление, реакции ядерного синтеза, огромные температуры — ничто не помешало шару через несколько минут вынырнуть с другой стороны, таща за собой энергетический кабель, и рвануть в сторону портала. Вокруг него шар сделал несколько оборотов, беря звёздные врата в кольцо, замкнул нить на портал, и только тогда замер. Чёрный кабель пульсировал, передавая энергию местного солнца на врата.