Андрей Нарыгин – Вирус (страница 33)

Разработка плана шла уже третий час. Огромная схема здания, любезно предоставленная Константином, была вся исписана карандашом и занимала весь стол. Постоянно рисовались новые схемы и накладывались на старые, но к четырем часам утра было найдено решение, устраивающее всех.

Как только выглянуло солнце, и первые лучи прорвались сквозь мутные стекла, Пронин лениво открыл глаза. Придя в себя после беспокойной ночи, он обратил внимание на Ухова, который усердно что-то чертил и обводил несколько раз на еще разложенной схеме. Кобелев, громко храпя, медленно сползал с кресла, а Пушкина, как и в прошлый раз, спала, приложив голову к плечу Антона.

— Уже проснулся?! — заметил Ухов, с улыбкой, посмотрев на Пронина. — Не, не вставай, — показал он жест рукой «стоп», указав глазами на спящую Ирину. — Пусть спит, а мы пока поговорим, а то, по-видимому, скоро наш любопытный детектив проснется, — офицер ФСБ перевел свой взгляд на Алексея. Тот уже почти всем телом лежал и спал на полу.

Антон согласился и кивнул ему в ответ, позволив себе расслабиться, посмотрев на Пушкину.

— А вы хорошо подходите друг другу, — начал разговор Ухов, продолжив обводить карандашом согласованный план на схеме и добавляя в него новые элементы.

— Ты вообще в курсе, Константин, что контора «Домино» хорошо охраняется, и я сейчас даже не про здание? — проигнорировав реплику Ухова, спросил Пронин. — Да нас туда за километр не подпустят. Там только забор около пяти метров, а потом еще полтора километра парковая зона до центрального входа. Надеюсь, у тебя есть идеи?

— Вся их система защиты — одно сплошное недоразумение. А по поводу идей, есть одна мыслишка, — немного подумав, ответил тот. — Электростанция, которая питает весь комплекс находится за периметром, в технической зоне, возле гаражей. Если ее повредить, диспетчерская вызовет специалистов для устранения проблемы.

— Для того чтобы повредить сеть, нам сначала нужно перескочить через пятиметровый забор.

— На счет этого не беспокойся, — уверенно ответил Ухов. — Я же сказал, что для выполнения задания обеспечу нас всем необходимым. Об этом можешь не беспокоиться. Давай лучше поговорим о тебе.

— Обо мне?

— То, что ты найдешь в офисе у своего отца, изменит твою жизнь до неузнаваемости, ты готов к этому?

— Еще пока не знаю, — с сомнением ответил Пронин.

— Приготовься к тому, что ты можешь не принять себя настоящего, но самое главное, когда к тебе вернется память, не забудь воспользоваться средством, которым я поделился в знак своей благодарности за сотрудничество.

— Ты же в курсе, что здесь происходит? — насторожившись, подумал в слух Пронин, нащупав рукой у себя в правом кармане маленький продолговатый флакон.

— Ты скоро сам обо всем узнаешь, — закончив чертить, с довольной улыбкой от проделанной работы, Ухов выпрямился и встал над схемой.

— Что за средство?

— Поможет закрепить память.

Больше Антон ничего спрашивать не стал, так как все равно ничего бы не понял. И так, от полученной информации голова шла кругом, а здесь еще мистика вперемешку с генетикой подтянулась. Сомнений становилось все больше, а уверенности в сделанном выборе все меньше. Но, несмотря на риск, он был готов к этому, со всеми вытекающими последствиями. Вопросы: «Кто я? Как с этим связан отец? Чем занимается Генерал? И насколько во всем этом увяз Папа?», манили своей загадочностью, и, как надеялся Антон, скоро будут разгаданы. Главное — выжить и вернуться в реальный мир.

* * *

Когда наступила глубокая ночь, на территории главного офиса корпорации потухли основные фонари, которые с восьми часов вечера и до полуночи полностью освещали всю местность не хуже, чем в дневное время. Остался свет только от прожекторов охраны, которые освещали скрытые темнотой участки и контролируемые въезды и выезды. Дул слабый ветер, разнося по парковочным местам мусор из недавно опрокинутого собакой мусорного ведра. Животное — овчарка Джек — принадлежал охране и всегда был сытым, но иногда он любил засунуть морду в мусорный бак и разворотить его для удовольствия, за что постоянно получал справедливый пинок от хозяев, но это наказание его нисколько не смущало.

Один из охранников, только что давший смачного пинка Джеку за очередное разорение мусорки, посмотрел вверх. Откуда-то издалека ему послышался странный звук, похожий на крутящиеся лопасти вертолета, но опознавательных огней нигде не было видно. «Видимо, далековато отсюда летит», — подумал он и, сплюнув куда-то на кусты, пошел к своим коллегам, поближе к свету.

В самом центре огражденной территории стоял небоскреб компании. На его крыше горело несколько красных маячков. Этого было вполне достаточно пилотам вертолета для ориентира. Со слов Константина, данная винтокрылая машина является одной из перспективных российских разработок, быстрая, маневренная и малошумная. Ее серийное производство должно начаться в ближайшее время, сейчас это опытный образец, который проходит свое боевое крещение. «В данную минуту мы являемся, можно сказать, первопроходцами», — с улыбкой на устах заявил офицер ФСБ.

— Ты решил нас сразу угробить, еще не начав задание, — пожаловался Кобелев, всматриваясь в окно.

— Не беспокойся, Леша, машина надежна, ты лучше подумай, как приземляться, будешь!

Транспортник плавно завис над крышей здания. Константин открыл дверь и подмигнул Антону, намекнув, что его время настало. Приготовление к высадке прошло быстро. Пронин, как в последний раз посмотрев на своих друзей, одобрительно кивнул им и начал спуск. Ирина тут же прижалась к окну, беспокойно наблюдая за действиями дорогого ей человека. Твердо встав на ноги, он отцепил крепление и махнул рукой. Вертолет продолжил движение, накренился и растворился в темноте. Очередная шпионская операция началась.

Вскоре пилот воздушного судна дал команду приготовиться. Ухов, сосредоточившись, проверил у компаньонов инвентарь, улыбнулся и выпрыгнул наружу.

— Э-э! — возмутился Кобелев. — Мы так не договаривались.

— Давай, давай, сейчас! — в приказном порядке раздался голос из кабины.

Ирина, глубоко вздохнув, подошла к открытой двери и выпрыгнула в ночную мглу. Немного погодя, настроившись и собравшись духом, за ней проследовал Алексей.

Экипировка, предоставленная Константином, имела специальное предназначение для операций подобного характера. Добавляла спецназу бесшумности, скрытности и внезапности при проведении штурма или подавлении огневой точи противника. Как только Ирина оказалась в свободном падении, она нажала кнопку, расположенную на левом плече. Из рюкзака на спине мгновенно выросли крылья, а по обеим сторонам показались тросики с кольцами. С помощью их, девушке предстояло управлять этим своеобразным парапланом. В теории Константина все было легко и просто, но, как издавна известно, на практике проявились заметные отличия.

От переполняющих эмоций, Ирина, как и Алексей, кричали во весь голос, благо их рев глушил шлем с кислородной маской помогающий лучше переносить полет. Выпрыгнув из вертолета, Ирина и не могла подумать, что будет так далеко и высоко от точки сбора. Городские огни помогали ориентироваться и направлять параплан к цели. Тревога и страх медленно отступали с каждым уверенным движением и несложностью планирования. Преследующий ее Алексей был напряжён, скован. Для него это был первый полет в открытом пространстве, присутствие сильного волнения не покидало его. Хоть он и не видел своих сообщников, зато черное здание с красными огнями на крыше указывало ему верный путь.

Территория корпорации «Домино» имела круглую форму и четыре пункта пропуска с каждой стороны света (севера, юга, запада, востока). Нужно было попасть в северо-западную часть, где находилась электростанция, питающая весь комплекс. Хорошим ориентиром служили огни от прожекторов, отмечающие местность для приземления. Большие размеры данной области и отсутствие освещения делали высадку почти не заметной.

Чтобы попасть на место сбора, Ирина, плавно опускаясь на землю, облетела здание и сильно нажала на маленькие рычажки внутри колец. Через несколько секунд ее резво дернуло чуть вверх, из только что действующего параплана сформировался парашют. Конструкция оказалась очень гибкой, но крепкой. Она состояла из трубок, которые без труда превратились в каркас, изобразив небольшую медузу (купол). У Ирины были подозрения, что через них циркулирует воздух, но проверять не стала, главное, что все сработало, и она осталась жива.

После приземления где-то в кустах, девушка услышала резкий хруст и обратила внимание на брыкающуюся тень. В связи со слабым присутствием света, очертания силуэта не просматривались, но шум от шелеста веток слышен был хорошо. Освободившись от парашютной системы, Ирина смогла незаметно приблизиться к Кобелеву, который неудачно сманеврировав, зацепил крону дерева. Его парашют увяз среди веток, таким образом, скрыв своего обладателя от чужих глаз.

* * *

В это время Антон спешил к входной двери в кабинет управляющего компанией. Миновав площадку для парковки воздушного транспорта, он обратил внимание на выпуклое строение похожее на мини-ангар. Крыша пентхауса плавно опускалась вниз, врастая в бетон. Стоило предположить, что это был всего лишь выход на посадку. На крыше находился прикрепленный к тонкой стальной штанге маленький самолет, советский штурмовик второй мировой. Ветер слабо, бесшумно раскручивал его пропеллер. Антон замедлил шаг, ноги потеряли твердость, в глазах потемнело. Ухудшение самочувствия прошло почти мгновенно. Только вокруг слегка все двоилось, словно реальность накладывалось на прошлое. Рисунок был не четким, маленький Антон играл тем самым самолетом с крыши, а высокая трава скрывала его почти полностью, оставив открытой лишь его маленькую голову. «Только не сейчас, не сейчас, еще рано», — умолял свой мозг Пронин, пытаясь взять себя в руки, приложив ладони к вискам. Видение сжалилось, отступило, и зрение нормализовалось. Перед собой он увидел стеклянную дверь, а чуть в стороне, настенный электронный замок — сканер.