Андрей Нарыгин – Вирус (страница 14)

Медленно и сосредоточенно Пронин начал подъем по лестнице, держа оружие наготове. Странные звуки пропали, и стало тихо. Дурные мысли по поводу сестры стали посещать Антона. Забыв о предосторожности, он стал подниматься быстрее, и наконец достиг комнаты сестры.

— Лена? Лена? — Антон попытался открыть дверь. Заперто!

— Антон, это ты? — измученный женский голос раздался за дверью.

— Оставайся на месте! Не открывай, постараюсь найти дядю.

— Будь осторожен.

— Буду.

Дверь соседней комнаты распахнулась, и оттуда с воплем выбежал мужчина с кочергой в руке. Это был дядя Олег, он же — лучший друг отца и крестный Елены. Его лицо было перекошено от злости, настоящее лицо безумца, с красными глазами и пеной у рта. Он был в одних спортивных штанах, без рубашки и обуви. Его толстый поцарапанный живот был представлен во всей красе. Мужчина сопел, надрываясь, так громко, что казалось, будто из его полного носа пойдет дым. Зрачки были сильно расширены, и поэтому глаза выглядели как два черных пятна на его лице. Такого Антон явно не ожидал и растерялся. Чего не скажешь о его дяде, который первым же взмахом кочерги выбил у него из руки пистолет и замахнулся вновь. На этот раз Пронин увернулся. Раздался треск деревянных лестничных перил, щепки ударили Антону прямо в лицо. Затем последовал нечеловеческий рык и резкий болезненный толчок в грудь. Молодой полицейский кубарем полетел по лестнице вниз и врезался в стену. У Пронина потемнело в глазах, он зажмурился от жуткой боли по всему телу, а особенно от ушиба головой. Как только помутнение прошло, Антон увидел над собой своего обезумевшего дядю, замахивающегося на него кочергой. Вдруг он неожиданно пошатнулся. Елена, вовремя выскочив из своей комнаты, попыталась помочь брату, ударив Олега по спине обломком от сломанных перил. Тот медленно повернулся в ее сторону. Девушка ахнула от страха и попятилась по лестнице наверх. Деревяшка вывалилась у нее из рук.

— Дядя? Дядя? — хрипло простонал Антон. — Зачем вы это делаете?

Мистическим образом бешеное дыхание и рычание родственника сменилось грубым голосом, произносящим странные слова.

— Мы сотворили ужасную вещь. Нарушили все законы природы. И поэтому вы должны умереть. А потом оно…

— Кто? Оно? — Пронин попытался встать на колени. Боль с трудом позволяла ему это сделать.

— Оно эволюционирует! Оно не то, что мы хотели создать…

— Дядя! Мы сможем помочь вам, только скажите, что с вами происходит? — тихо спросила Елена.

Он посмотрел на нее своими темными, полными слез и боли от содеянного глазами.

— Мне уже никто и ничто не поможет. Реакция необратима, хотя…

Неожиданно в дверях появилась Пушкина.

— Стоять!!! Не двигаться! Бросьте кочергу и поднимите руки вверх, чтобы я их видела! — настойчиво и решительно прокричала Ирина, осторожно приближаясь к преступнику.

— Я допустил ошибку, — задумался дядя, посмотрев на Антона. — Ты должен это прекратить, твой отец поможет тебе, главное — выслушай его. А теперь прости меня, — лицо Олега снова налилось яростью, и он попытался ударить кочергой Антона.

Раздались выстрелы. Три пули угодили в спину дяди, а четвертая, влетев ему в затылок, пробила голову насквозь. Но, несмотря на смертельные ранения, мужчина, пройдя мимо своего племянника, пошатываясь, подошёл к окну, продолжая размахивать железякой. После очередного такого движения кочерга ударила по стеклу. Оно мгновенно рассыпалось, и Олег, упав на подоконник, вывалился наружу.

Пронин-призрак, все это время наблюдал за происходящим и искал ответы на свои вопросы. И уже было расстроившись, что данное тяжёлое для него воспоминание не дает ему никаких зацепок, заметил кое-что любопытное. Из кармана штанов родственника вывалилась маленькая бумажка, на которой было написано: «проект КУБ, Александра». А под этой надписью коряво нацарапано карандашом: «Реагенты необходимо уничтожить».

Пока Антон размышлял о найденной, как он думал, подсказке, внезапно все вокруг застыло и постепенно, словно мозаика, развалилось на мелкие кусочки. Он снова оказался в космическом пространстве наедине с еще одной маленькой звездой, зависшей возле его носа. Только эта была больше предыдущей, сильно напоминавшей Красный гигант из учебников астрономии. А так как Антону деваться было некуда, он смело притронулся к пылающему шару, и темная пустота быстро начала заполняться. Сначала материализовался пол, затем стены, крыша, столы, стулья и остальные предметы мебели. Потом появились люди. Никто из присутствующих не двигался, замер, словно Пронин находился в музее восковых фигур, на реконструкции какого-то знакового события. Через несколько секунд, когда пазл был сложен окончательно, все зашевелились. Музыка синхронно с криками, разговорами, смехом посетителей ударила по ушам Антона. Кто-то мирно выпивал возле барной стойки, кто-то уже изрядно перебрал спиртным и, издавая громкие отрывистые звуки, извергал содержимое желудка прямо в цветочный горшок. Но самые интересные события разворачивались в самом центре помещения, где проходила картежная партия, которая собрала половину гостей заведения. Молодой Пронин сидел за столом в одних трусах и пытался выиграть у худощавого молодого человека. Этот момент жизни, который Антон не мог простить себе до сих пор, навсегда отпечатался в его памяти. Пронин-призрак, стоял рядом с банкующим собой и хотел, чтобы все побыстрее закончилось, но время шло своим чередом.

Пятнадцать лет назад, за несколько часов до событий в клубном баре.

Прошла почти неделя после инцидента на мосту. Антон сидел за барной стойкой в популярном клубе «Звезда» города Добрино и, как повелось у него в последнее время, выпивал в конце дня. Затем он, изрядно поднабравшись, возвращался домой, забыв обо всем на свете. Выпив очередную стопку водки, Пронин заметил в отражении зеркала близкого человека. Стройная молодая девушка, с длинными белыми волосами, заплетенными в косу, стояла на пороге бара, и ему было нетрудно догадаться, кого она так настойчиво искала глазами. А когда нашла, то быстрым шагом отправилась на встречу с виновником ее появления в этом заведении. Пока она шла, местные мужчины оборачивались ей вслед и, не стесняясь, уделяли хоть и в большинстве своем похабные, но законные знаки внимания. Не так часто официантки из ресторана напротив заходили к ним в гости. Тем более, обладавшие такой прекрасной фигурой.

— Антон!? — девушка присела рядом с Прониным.

— Ты же на смене, ваш босс не любит, когда вы прогуливаете, — тот не поднимая глаз, взялся за очередную стопку водки.

— Переживет, — строго ответила та, — может, хватит пить? Зачем ты губишь себя? Это не выход.

— Много ты знаешь…

— Послушай, я люблю тебя и не хочу, чтобы ты так закончил. Ты не отвечаешь на звонки, игнорируешь меня…, я не понимаю. Прошлого назад не вернуть, Антон! Ты должен взять себя в руки, слышишь меня? Если тебе на меня наплевать, так постарайся хоть ради сестры.

Пронин не отвечал и не поднимал головы. Тогда девушка приложила свои ладони к щекам Антона и повернула его голову к себе. В ее больших зеленных глазах проступили слезы. Она искренне переживала за своего любимого мужчину, и хотела, во что бы то не стало вернуть его: прежнего, заботливого, любящего. Но произошедшее недавно событие на мосту не давало покоя молодому полицейскому, чувство вины не ослабевало, и ему было нечем его унять.

— Я не могу… И не хочу, — еле выдавил слова Пронин.

— Значит, ты готов пожертвовать всем? Ради чего ты идешь на такие жертвы? Это твое решение? Это твой путь?

— А ты, Настя, конечно же считаешь, что жениться на тебе, завести семью это выход? — Пронин медленно убрал женские руки со своего лица.

Губы девушки сжались от обиды и злости. Слезы покатились по ее щекам одна за другой.

— Ты прав, Пронин! — резко встала Настя со стула и отступила от барной стойки. — Я достойна большего, не такого… как некоторые, губящие себя спиртным непонятно зачем! — с обидой выпалила она и пошла прочь.

Но уйти у Анастасии получилось недалеко. Ее возле выхода облепили со всех сторон несколько молодых людей. А самым главным из них был хорошо ей знакомый сын главы города Дмитрий Ворошилов. Худощавый, и по сравнению с ней, низкого роста человек. Его голова упиралась ровно в ее аппетитного размера грудь, что со своей стороны он считал даже преимуществом. Являлся он бывшим одноклассником Насти, и во время учебы в школе предпринял множество попыток заполучить ее. Но дальше «friend zone» за одиннадцать лет обучения зайти ему так и не удалось. И каково было его разочарование, когда она выбрала Антона. Сына друга отца, а теперь еще и заклятого для него врага. Увидев, что к любимой девушке пристают, Пронин выпил еще одну стопку водки и, встав с места, слегка пошатываясь, направился к месту событий.

— Послушай, Воронцова, зачем тебе этот «loser»? Он уже неделю не просыхает. Сдулся твой Антошка, — язвительно спрашивал Ворошилов под едкие комментарии своих дружков.

— Не твое дело, Дима! — отрезала та, оглядываясь по сторонам. Дружки сына главы города медленно сжимали круг вокруг нее.

— А мне кажется, здесь ты не права, — Ворошилов бесцеремонно провел пальцем вдоль пуговиц блузки Анастасии, едва касаясь их.

— Эй, чмо! Руки убрал! — скомандовал Пронин, сжимая кулаки, приготовившись к драке.