Андрей Мовчан – Английский дневник (страница 47)
Столкновение с системой здравоохранения Британии у приезжего начинается задолго до первой болезни: каждому жителю страны нужно получить свой номер NHS, иначе его доступ к медицинским услугам будет возможен, но затруднен. Получить номер NHS можно единственным способом – через сайт. Вводите свои данные, сканируете подтверждающие личность документы и ждете. Номер вам очень нужен, но это никак не влияет на всесильную бюрократию: кому-то он присваивается за 4–5 недель, кому-то за 8 месяцев, тут как повезет.
Получив номер, вы можете «встать на учет» в местном аналоге районной поликлиники, которая вовсе не поликлиника, а либо кабинет врача общей практики, либо отделение общей практики при госпитале. GP (general practitioner, терапевт) – это первое звено системы здравоохранения Британии, гейткипер всей системы. Пациент лишен права и возможности обратиться к кому бы то ни было в системе NHS иначе, чем через GP. Где бы вы ни жили в Лондоне, у вас будет право и возможность «встать на учет» у десятка разных терапевтов. Необходимо внимательно смотреть на отзывы о них в Интернете: качество GP, их загруженность и возможности различаются драматически. «Хороший» – это тот, к которому можно попасть быстро (через несколько дней после обращения), который хоть немного понимает в медицине, говорит на нормальном английском, посылает к специалистам по твоей просьбе и выписывает то, что ты просишь. Да-да, английский у GP это проблема; несмотря на то, что все кандидаты во врачи в Англии должны в совершенстве владеть языком (иностранные кандидаты должны сдать IELTS на 8,0), на практике понять иного GP (особенно индо-пакистанского происхождения) непросто.
Для того, чтобы стать врачом в Англии требуется, конечно, не только английский. Можно получить образование прямо на Альбионе (медицинский колледж университета); можно, если ваше иностранное образование будет сочтено подходящим, сдать PLAB тест в два этапа и проработать «под наблюдением» некоторое время. Врачи-европейцы до недавнего времени имели право работать без подтверждения квалификации, с Brexit эта ситуация поменяется, но пока неизвестно как. Ежегодно PLAB принимается по всему миру и сдается тысячами кандидатов (примерно 3500 врачей по всему миру в год получают сертификат о сдаче 2-й ступени PLAB и праве стать врачом в Британии). Мест на экзамене не хватает; существует даже индустрия букирования места и перепродажи его. Будущий британский врач – иностранец, вынужден просиживать ночами за компьютером, ожидая появления места; выбирать локацию не приходится: появилось в Кении, значит придется лететь в Кению, в Австралии – ну что же, значит полетим в Сидней. Иначе можно ждать своей очереди годами.
После того, как вы зарегистрировались у GP, для вас открывается полная система бесплатного здравоохранения (неотложная помощь была открыта с самого начала, она бесплатна и предоставляется всем без исключения). Если ваши проблемы со здоровьем относительно невелики или не носят неотложного характера, обращаться с ними следует к вашему терапевту. Запись на прием (а в последнее время все больше – на видеоконсультацию), и через несколько дней вас выслушали. В большинстве случаев британский GP работает психотерапевтом; услышав про ваши недуги, он посоветует вам пить больше воды (drink more water – рецепт универсальный, помогает от любых болезней, редкое состояние требует лекарств) и подождать. Изредка он может направить вас к специалисту, который будет принимать в одном из госпиталей NHS. GP выписывает лекарства крайне редко и очень ограниченного списка; 90 % выписанных лекарств составляет парацетамол (даром что он, один из очень немногих препаратов, продается в Англии без рецепта). Иногда (редко) GP может выписать антибиотик; почти всегда это будет старый антибиотик – в Англии считается что применение антибиотиков необходимо ограничить только крайними случаями и всегда пробовать сперва старые, чтобы не способствовать развитию суперинфекций. Логика себя оправдывает: больничные суперинфекции здесь, в отличие от России, не распространены. В отличие от России GP в Британии в принципе не ходят на дом.
Если вам предписано побывать у специалиста, GP, как правило, сам вас к нему запишет. Ожидание специалиста может занять 2–3 недели и больше, но мы же договорились, что ваша проблема небольшая или не срочная! Специалисты в Британии бывают разной квалификации (и достаточно как плохих, так и хороших), но в целом вы попадаете в атмосферу внимательности и заботы, госпитали, где вас принимают, чистые и красивые, никто не торопится. Специалисты будут занимать такую же позицию минимализации воздействия: не лечить, если есть хоть какая-то возможность воздержаться от приема таблеток. Они могут послать вас на анализы или исследования – результаты будут известны только им, и они вам их и расскажут, но в руки не отдадут (если не упросить в порядке исключения). Все данные попадают в единую базу NHS, прозрачную для всех больниц и врачей; если бы мы рассказали здесь про бумажные «истории болезни» и поликлинические карты, боюсь нас бы просто не поняли. При необходимости вас, конечно, направят на процедуру (разумеется, в Британии делают все, включая самые сложные операции, средний срок жизни британцев составляет 81 год, что косвенно свидетельствует о качестве лечения), но не забывайте про очередь из 13 миллионов пациентов. Ждать процедур придется недели или месяцы, а некоторых – более года.
Британская медицинская школа, как видите, разительно отличается от российской. Основными свойствами последней являются драматизация ситуации и стремление атаковать болезнь всеми нужными и не нужными средствами. В России принято реагировать на малейшие изменения самочувствия вызовом врача (районного или частного) на дом. Качество врача определяется по уровню трагизма в его глазах при ознакомлении с вашими симптомами и, конечно, по количеству лекарств, которые он вам выпишет; среди последних в любом случае должны присутствовать антибиотики, противовирусные средства а-ля кагоцел, противовоспалительные нестероидные и антигистаминные препараты, общеукрепляющие препараты, иммуностимуляторы, средства местного воздействия, наконец, протективные препараты, смягчающие побочные действия всего выше перечисленного. Врачи уровня Бог выписывают, конечно, еще гормоны и гомеопатические средства, а также – физиотерапию, очищение крови на центрифуге, иглоукалывание и гидроколонотерапию.
Возможно поэтому у русскоязычных пациентов Лондона часто происходит драматическая переоценка тяжести и срочности их состояния, в то время как местные GP либо оценивают его адекватно, либо даже немного недооценивают. Такое расхождение во взглядах вызывает у иммигрантов регулярные приступы паники и негодования. Русскоязычные чаты Лондона пестрят мольбами о помощи:
«У меня 38 и насморк уже два дня! GP предлагает пить больше воды, он не хочет ничего больше делать!!! Я умру!!!! Есть у кого-нибудь срочно какой-нибудь антибиотик или врач, который выпишет то, что я попрошу??!!»
«У меня кашель, температура и сатурация 95!! Меня отказываются брать в больницу, а я уже хочу в реанимацию – у меня точно ковид, скоро я перестану дышать!!! Что мне делать???»
«Врач выписал пенициллин!!!! А-а-а-а-а, им что – жалко нормальный антибиотик????»
«GP здесь даже не знают, что такое ингавирин!!!»
Год назад я сам едва не поучаствовал в этой вакханалии. Когда заболел мой сын (дети болеют, это нормально), заработав высокую температуру и начав чихать, кашлять, болеть горлом и лежать ничком без признаков обычного веселья, я оценил ситуацию как «серьезную» (я вообще достаточно нервно отношусь к здоровью детей, это еврейские гены) и применил «протокол неотложной помощи» пункт 1: позвонил 111 (существует еще номер 999, но он для очень тяжелых случаев). Диспетчер задал мне примерно 25 вопросов, уточняющих состояние ребенка, и сказал, что мне перезвонят. Мне перезвонили через десять минут, задали еще 25 вопросов (примерно десять из них пересекалось с первой серией, видимо идет процесс верификации) и предложили (да что я пишу, вы конечно уже догадались!) «давать ребенку больше пить» и подождать, а если температура будет расти, давать парацетамол. Благо жена у меня врач и ее здравый смысл сильно эффективнее моего, мы просто последовали совету – ребенок, разумеется, выздоровел. Будь я один – не знаю, насколько хладнокровие NHS передалось бы моей горячей натуре.
На детях здесь «спотыкаются» больше всего. У нас, привыкших к «своему педиатру», который если не по первому, то уж точно по второму чиху зайдет послушать, посмотреть уши, горло, нос, помять живот, сделать тест на стрептокок, взять кровь «на бактерию», прописать в сотый раз нурофен и микстуру от кашля, вызывает растерянность полное равнодушие системы даже к такому критерию личного апокалипсиса как высокая температура у ребенка. У вашей трехлетки 40? Давайте ему пить. Ах, вы волнуетесь? Берите его в охапку и на такси – в emergency, сидеть в очереди.
Схема действительна для всех и всегда; оставим в стороне реально критические ситуации – тяжелые травмы, острые сердечно-сосудистые проблемы; если не дай бог вы встретились с этим, через 999 вызывается скорая, которая вас заберет в госпиталь. Но если все не так уж плохо (то есть пациент не гарантированно умирает в течение 15 минут), но вам все же кажется, что болезнь тяжела и требует немедленного лечения, дорога (в рамках бесплатной системы NHS) у вас одна – в центр неотложной помощи при госпитале, сокращенно emergency.