Андрей Морозов – Как Россия проигрывает войну на Донбассе? Доклад Координационного Центра Помощи Новороссии (страница 21)
Увы, на протяжении 4-х лет даже имеющиеся в войсках станции Р-159 так и не были снабжены необходимым количеством зарядных станций и аккумуляторных батарей, не говоря уже снабжении войск тем количеством радиостанций Р-159 или более компактных Р-158, которые могли бы обеспечить войскам полноценное взаимодействие на поле боя.
Использование же штатных средств открытой радиосвязи подразделениями САУ, значимая часть которых оснащена станциями Р-123 без возможности переключения передатчика в режим малой мощности, вообще представляется заведомо вредной и потому невозможной. В условиях наличия у противника современных средств радиоперехвата и пеленгации плотная группа 20-ваттных передатчиков, работающих открытой связью в диапазоне 30-50 МГц, будет очень быстро идентифицирована противником как группа выдвигающихся на огневые позиции САУ, в воздух будут подняты БПЛА и, возможно, противник откроет меткий корректируемый огонь по занявшим позиции САУ ещё до того, как они сами успеют начать работу.
Комплексы Р-168.
В разное время в разные подразделения Народной Милиции попадали радиостанции комплекса Р-168, в основном - портативные, переносимые в подсумках-бандольерах. Всю возможную пользу от наличия в войсках этих портативных станций закрытой связи, не выдающих себя большой мощностью передатчика, как правило, уничтожал тот факт, что к станциям или вообще отсутствовал штатный пульт-программатор, или он присутствовал, но на нем был установлен пароль, которого никто не знал, или станции приезжали уже неисправными, или штатные аккумуляторы к ним были с выработанным ресурсом, или не было инструкций по программированию и людей способных найти таковые в Интернете, или несколько из перечисленных причин в разных комбинациях.
Комплексы “Арахис”. Первая попытка создания закрытой системы радиосвязи.
Внедрение комплексов закрытой связи “Арахис”, применяющих для закрытия канала работу с ППРЧ (псевдослучайной перестройкой рабочей частоты), стало первой попыткой создания сети закрытой радиосвязи для командования Корпусов. Первым препятствием на пути успешного использования комплекса стали неудачные антенны портативных станций, моментально ломавшиеся в полевых условиях и при небрежном использовании, что, по причине массовой неподготовленности пользователей к работе с радиосредствами, вело к попыткам применения эрзац-антенн и работе с обломанными антеннами. Итогом стал выход из строя множества портативных станций, осложнивший и без того непростую ситуацию с их нехваткой даже для минимального обеспечения всех командиров боевых групп в ходе Дебальцевской операции.
Нехватка базовых станций данного комплекса породила массовое применение комсоставом в качестве эрзац-баз портативных станций с самодельными выносными антеннами. Поскольку портативная станция могла одновременно работать на прием только в одном канале, вся радиосеть в результате сводилась к одному каналу, в котором работали все командиры и штабы всех уровней, все мотострелковые боевые группы, все артиллерийские подразделения. Нормой было 10-15 минутное ожидание самой возможности передать сообщение, после чего приходилось примерно столько же ждать, пока его адресат сможет передать в эфир свой ответ.
Другим важным недостатком, со временем сказывающимся всё сильнее, стало то, что никель-металлгидридные аккумуляторы этих портативных радиостанций, полученных со складов длительного хранения, не обслуживались во время хранения должным образом, и, в результате, к моменту применения, их и без того невеликая емкость, обеспечивавшаяся сборкой из 6 китайских “пальчиковых” аккумуляторов JIANLIDA выпуска 2006 года, падала до 20-30% от начальной. Для портативных станций, применяемых в качестве базовых это роли не играло - связисты изготовляли блоки питания от 220В бытовой электросети. Однако со временем всё острее вставал вопрос питания портативных станций, используемых “в поле”, в пеших порядках, в основном - разведчиками и арткорректировщиками. Переcнаряжение батарей требует не только покупки новых аккумуляторов, но и точечной сварки их в единый блок или пайки в особом температурном режиме, что, в связи с постоянными кадровыми потерями Корпусов, не по плечу всё большему количеству связистов. По состоянию на 2018-й год большая часть батарей портативных станций в корпусах способна обеспечить работу полноценной радиостанции в течение максимум получаса и нет никакой возможности гарантировать полноценное круглосуточное использование закрытой связи в ППРЧ-стандарте в пеших порядках. Готовые блоки для переснаряжения аккумуляторов, уже сваренные воедино из 6 никель-металгидридных аккумуляторных батарей высокого качества, обеспечивающих работу радиостанции в обычном режиме на период до 25 часов, стоят до 2000 рублей за блок, и не всякое подразделение сможет собрать денег ещё и на это после всех вышеописанных трат на ведение войны, финансируемых из зарплат солдат и командиров.
К 2018-му году, несмотря на все усилия малочисленных энтузиастов по ремонту станций, изготовлению антенн, блоков питания и по переснаряжению аккумуляторов, наши войска в маневренных боях ждёт постоянное отсутствие у разведки и арткорректировщиков, а также у передовых отрядов танковых и мотострелковых частей закрытой связи с командованием. Дополнительным фактором, ухудшающим ситуацию, явится невозможность, например, обосновать покупку стандартных компьютерных источников бесперебойного питания (ИБП) для сохранения питания зарядных устройств к аккумуляторам, так как устройства рассчитаны на автоматизированный цикл разряд-заряд и при прерывании электропитания начинают разряжать батарею, которую только что заряжали, чтобы, после полного разряда, начать заново заряжать. Соответственно, при частых разрывах питания, свойственных работе генераторов “в поле”, батареи не будут заряжены никогда - дозарядить батарею после прерывания цикла нельзя, автоматика зарядного устройства может только разрядить её и зарядить снова. А обосновать покупку ИБП невозможно, так как эти ИБП не требуются ни для повседневной службы, ни для одно-двухдневных учений, на которых, как правило, военным постоянно доступна исправная электросеть ближайшего тылового населенного пункта.
Комплексы “Азарт”. Вторая попытка создания закрытой системы радиосвязи в Корпусах.
В 2016-м году была предпринята повторная попытка создать в Корпусах Народной Милиции единую радиосеть закрытой связи. В войска начали поставляться портативные радиостанции Р-187П1 “Азарт-П”, способные работать как в стандарте закрытой военной связи с ППРЧ, так и в гражданском стандарте цифровой связи TETRA, и в обычных аналоговых радиосетях UHF, VHF и Lowband-VHF(30-50 Мгц).
Если “Арахисы” окончательно перестали быть тайной для противника после начала Дебальцевской операции, когда в первый же день такая радиостанция была захвачена противником и почти на сутки работа закрытой радиосети была парализована доставкой остальных станций к специалистам для перепрограммирования и обратно, то “Азарты-П” были “засвечены” противником не позже лета 2017-го, когда украинские порталы опубликовали не только фотографии с учений 100-й омсбр НМ ДНР, полученные из открытых источников, на которых офицеры используют эти станции, но и сообщение с одной из сетевых “военных барахолок” Республик о продаже двух таких станций по 50 000 рублей за штуку (примерно одна пятая часть закупочной цены комплекта на тот момент). “Засветка” была особенно бестолковой потому, что использовались и используются эти портативные станции на учениях в основном для работы в открытых радиосетях совместно с радиостанциями Р-123, Р-173, Р-159 из-за того, что портативными станциями открытой связи в аналогичном диапазоне для комсостава войска, за исключением скромных (на фоне потребностей войск) усилий волонтерских организаций, обеспечены не были.
Наиболее мощным препятствием на пути “второй волны закрытой радиосвязи” стало, как это ни парадоксально, именно то, что в войска Корпусов, уже изрядно пострадавшие от оттока кадров, попала самая современная станция, только что поступившая на вооружение армии РФ.
Во-первых, после озвучивания потенциальным пользователям закупочной стоимости комплекта выдаваемой им станции в четверть миллиона рублей, многие из них (мягко говоря, не очень богатые строевые лейтенанты и капитаны) просто отказывались получать станцию “под роспись” с формулировкой “А если я её сломаю или потеряю, мне потом сколько лет это выплачивать, живя с семьёй впроголодь?” Соответственно, множество людей, даже имевших шанс ознакомиться с этими станциями, такого опыта не получило.
Во-вторых, поскольку станция новейшая и секретная, большая часть российских советников опыта работы с ней не имела, так что единственными полноценными консультантами по данному комплексу, способными его полноценно обслуживать и программировать, надолго стали “советники по связи”, имеющиеся в количестве 1 человека на бригаду/полк (то есть менее полутора десятков и без того перегруженных работой специалистов на два армейских корпуса).
В-третьих, поскольку станция новейшая и секретная, выдавать её разведчикам и в подразделения, стоящие на ЛБС, на НП или ВОПы, которые могут быть атакованы и захвачены противником, было запрещено. Соответственно, столь долго ожидаемая войсками мобильная закрытая радиосвязь долго не попадала именно туда, где она была бы более всего полезна, и станции большей частью использовались на учениях, причем на одну 50-ю часть своей стоимости (то есть на 5 000 р стоимости исправной портативной станции Р-169П1-01 с avito.ru, обеспечивающей открытую связь в частотах бронетехники). Когда же, постоянно страдающие от дефицита или полного отсутствия средств закрытой связи разведподразделения начали получать эти радиостанции, выяснилось, что портативные радиостанции комплекса “Азарт”, Р-187П1 “Азарт-П”, для выполнения задач в имеющихся условиях непригодны. Снова в силу именно той части своей современности и инновационности, которая поставила четвертое, самое мощное, важное препятствие на пути создания полноценной сети закрытой связи.