Андрей Мороз – Затмение (страница 55)
— Может «языка» возьмем, командир? — в чате раздается голос Шептуна, — Вон того, бритого налысо крепыша, например. Он похоже здесь за самого главного. Или вон тот долговязый? Как думаешь?
— Думаю — на кой нам такие сложности, Валя? Только лишняя возня и канитель. Ну допустим — подберешься незаметно и дашь ты ему по башке. Ладно. Но ты же его в бессознательном состоянии пытать не станешь? А он, как придет в себя — так сразу своим в чате сигнал и подаст. Если они сами его раньше не хватятся… Еще предложения есть?
Шептун нисколько не смущается и над следующим предложением думает недолго:
— Тогда, может пощупаем сразу всех этих уродов за вымя? И «мавзолей» их железяками поковыряем? Может, кусочек-другой на сувениры и отколупнем, а?
Мне и самому жуть как этого хочется, но… А — была не была! Что мы теряем-то?
Принимаю решение.
— Кипишуем в любом случае. Если получится разрушить или хотя бы повредить этот зиккурат — хорошо! Но что-то сомневаюсь, в возможности подобного, в принципе. Не для того он этими суками-демиургами сюда поставлен. Если ничего не выйдет — просто понервируем охрану. И то — хлеб. Глядишь, сюда часть сил оттянется — меньше в других местах шлындать будет. А мы под шумок там народишком разживемся да ништяков намародерим без лишних проблем.
— Йес! Сделаем красиво!
— Ты головушку-то остуди, Валя. Не закружилась? Охолони. Чего резвишься раньше срока?
— Всё! Понял — принял. Натюрлих. Яволь — цу бефель. Медленно, медленно спускаемся с горы и имеем все стадо. Так нормально?
Придурок конечно! Но лучше его нет. Огромный свирепый воин, вооруженный громадным мясницким топором и абсолютным бесстрашием, дикой и страшной природной силой и неизмеримой безбашенностью в бою. Массивность почти не влияла на скорость и проворство Шептуна. Сила медведя вполне уживалась в его теле с ловкостью кота. И довеском ко всему — кулачищи в половину моей головы.
Зато в часы мира и покоя — это был образец гуманизма, добродушия и самоиронии. Всегда оставаясь честным, добрым и верным…
— Ладно — вперед!
…Все действительно оказалось несложно.
Подобрались поближе. Начали.
«Артподготовка». Успешная и на две трети выбившая стадо мутантов. Не то, чтобы все они были мертвы, но драться полноценно для них было проблематично. Особь с дыркой в плече или пробитой ляжкой — небоеспособна на полные сто процентов, уж точно.
Но безумных демонов это не останавливает и остатки их отряда с ревом устремляются на нас.
Залп из самострелов. Дротики. Метательные пластины.
Минус двадцать — как минимум.
Можно было вообще не вступать в непосредственный контакт с обратившимися, а отступая — держать дистанцию и выбивать их на расстоянии. Пока все не закончатся.
Но тут Рул сама ломанулась навстречу мчащимся безумцам.
У неё что — совсем забрало упало? Напрочь крышу снесло? Ни хрена из себя не представляя как боец — эта дура лезет в самую гущу схватки! Смерти ищет, что ли? Хотя может и обойдется — за неё «интуит» топит.
Громко матерясь, за черной королевой первым устремляется художник. Уже именно он увлекает за собой остальных. Да собственно — там уже не так и много работы. Мне вон даже отдельного, персонального соперника не хватает.
Приблизившись к месту схватки на несколько шагов — «лениво» разряжаю «шайтан-трубу» в широкую спину какого-то невменяшки. Надо же! Стоит, нна! Крепок! Подрезаю клинком под коленом его опорной ноги и опускаю щит на мясистый грязный затылок.
На лицо брызгает неприятно-красным. Что за…? Откуда..? А — ясно!
Как свинья из поговорки грязи найдет — так и Валя всегда умудрится на ровном месте заагрить на себя пару противников.
Вон он: как всегда — сатаной кружится в самом центре махача, окропляя кровавыми брызгами со своего стремительного топорюги все вокруг. Был бы индейцем — точно заслужил бы прозвище: «Красный дождь».
…Вскоре все заканчивается. Добиваем подранков и идем к заветному холму.
От кристалла, как от трансформаторной будки — идет гудение и явно исходят какие-то невидимые флюиды. Нехорошие. Сильные. Аж до потрескивающих корней волос на голове.
Пресловутые «эманации зла»?
— Что-то не слишком они старались свой фетиш защищать. — забрав у верного Сережика его топор и направляясь к кристаллу замечает Валера.
Невозмутимо, но аккуратно миновав кучки гниющих останков и добравшись до цели — Зимний недолго рассматривает кристалл почти в упор и решившись, широко размахнувшись, с силой бьет обухом по его темной матовой поверхности.
«Банг» — как будто железом о железо. Топор отскакивает. И… ничего.
— Засадил Никита свинке! — поднимаясь к приятелю, весело крякает Шептун.
— Ну, надо же! — удивляется Зимний и размахивается снова.
«Банг». «Банг». «Банг, банг, банг».
Кристалл все так же непоколебим и равнодушен. И надменно — совершенно игнорирует попытки нанести ему хоть какие-то повреждения. К Валере присоединяются Шептун и Мастиф. По мальчишески азартно — все трое колотят по телу «камня зла».
«Ну подвиньтесь. Ну чё вы?! Дайте я ему всеку»! — канючит Сережик из-за их могучих спин.
— Бесполезняк, — через какое-то время устало и разочарованно замечает Мастиф, смахивая со лба грязный, перемешанный с потеками недавней чужой крови, пот. — Так его не взять. Ему похрен вообще.
— Ни царапинки! — даже с каким-то уважением замечает Валентин, хрипло дыша. — Что это за материал такой? Камень? Сплав? Минерал?
— Тунгусский метеорит, мля, — злится Зимний. Он всегда свирепеет, когда не может сдвинуть то, что возникает у него на пути. — Тут как-то иначе надо, Егор. В лоб эту байду не прошибешь.
— А может попробуешь его «заменталить»?
— Ну не знаю. Сам уже прикидывал. Как бы ответки не прилетело, — я задумываюсь…
— Ты где? — в голову неожиданно врывается звенящий и возбужденный голос Мэрилин.
— На том самом «месте силы», о котором ты мне рассказывала. Мы нашли его.
— Я так и поняла. Они выезжают туда… Ты — как я только что слышала: там чего-то натворил?
— Только попытался. Ничего не добились. Разве что — охрану порубили.
— Зато ты теперь точно знаешь — где это находится. Уроды в спешке выехали небольшим отрядом — их всего около полусотни. Мой мутант остался за главного в городе. Они очень торопятся. Вотан и самые старшие офицеры. Только верховые. Потому их и мало. Можете попробовать там его прищучить. Я думаю, что если убрать с доски Вотана — может быть это что-то даст? Ждите его там. Засаду или как это называется сделайте. Из луков своих подстрелите или рубитесь… в общем сам решай — тебе виднее.
— Понял тебя, Марина. Спасибо!
— Убей его, Горан.
— Я постараюсь…
…Так — прямо здесь, мы его все же ждать не будем. Дорога со стороны города тут в общем-то — всего одна. Отдалимся от кристалла на пару-тройку кэмэ. Подберем подходящее место. Да и засядем поджидать дружка Мишаню.
Вон в том овражке, который ночью миновали — самое оно, скорее всего будет. Если в нем расположиться да замаскироваться — мимо нас сюда никто не пройдет. Есть шанс! Если, конечно — не учитывать фактор наличия у Мишани умений, распознавать цели без визуального контакта. Как и у меня.
…Стоп! Но ведь отсюда до города — расстояние гораздо больше дальности действия моего чата! Может быть — этот проклятый кристалл ретранслирует..?
Я уже не успеваю — ни внятно осознать происходящее, ни отдать команду о передислокации или отходе группы…
Звуковой сигнал на локаторе прямо взрывается. Верещит и надрывается, как тревожная сирена в фильмах про ядерную войну или тонущий корабль. Настолько пронзительного визга я даже не припоминаю. Замираю. Кто-то из моих что-то спрашивает. Отмахиваюсь. На экране внезапно появляются большие массы «обратившихся». Со всех направлений одновременно! Мы в эпицентре. В кольце. В западне?
Мишаня меня переиграл?
Его кунг-фу оказалось лучше моего кунг-фу? Он засек меня раньше? И как они в таком количестве оказались здесь уже сейчас? Заранее готовились? Все это — хитроумная ловушка?
Пронзительность сигнала нарастает! Закрывая собой экран — его края заполняет красное кольцо. Оно все толще и толще. Центральный кружок нейтрального оттенка в центре — неотвратимо сужается. Да они все здесь, что ли?
…Визуально враги еще не видны. Да и не слышны пока. Но видимо в моем поведении или лице что-то отражается, потому что окружающие замирают, уставившись в мою сторону.
Но пока молчат. Ждут, когда сам озвучу. И я молчу. Мне нечего им сказать. Разве что: «Приготовьтесь. Сейчас мы будем умирать». Мля, как же хорошо, что Амазонки с нами нет… И других девчонок… Кроме Эбби… Рул — не в счет. Американцев жалко — влипли не за свое. И стыдно снова перед ними — подставил я их. Про Тара и его нугари и говорить нечего… Перед всеми стыдно. Что с нашими в том мире будет? Тяжко им без нас придется. Могут и не вывезти. Здесь ведь сейчас лучшие бойцы племени полягут! Стремный из меня союзник и командир. Никакой! Убогий и недалекий! Был…
— Что? — наконец, осторожно спрашивает Зимний.
По глазам вижу, что чуйка этого старого, битого и повидавшего волчары — уже все прочувствовала.
— Всё? — Валера уже не столько спрашивает, сколько просто желает услышать внятное подтверждение своим догадкам.
— Всё! Они уже рядом. Везде. — я киваю. Мне больше нечего сказать товарищам…