Андрей Мороз – Попадос и два ствола 2 (страница 48)

Именно я здесь ему самый близкий, как не крути.

Наконец-то проглатываю вязкий и противный ком в горле.

Вот же, сука - жизнь!

Еще вчера - главной заботой этого пацана было, как скрыть от родителей, что он курит и как понравиться девушке постарше. Сначала Юльке, потом королеве Марго, а после рыжей снайперше. Молодость влюбчива. Особенно в девушек постарше. Может он и курить-то из-за этого начал. «Солиднее» в глазах взрослых красоток, хотел казаться, дурачок.

В голову настойчиво лезет строка из старой песни: «война дело молодых - лекарство против морщин».

Этнический кореец, кстати, её написал.

Отрицательно качаю головой на вопрос в глазах Марго и подхожу к Олегу.

Он уже не ревет, а хрипит. Да и бьет уже чисто символически. Кончились силы.

- Ну, всё уже, всё – хорош, - прошу мужика я, - На вот, хлебни водички. И водочки тоже.

Говорю тихо, но он меня слышит.

Послушно выпускает из рук скользкий от крови карабин и поднимает большие измученные глаза.

- Что делать, Кот?

- Я не знаю, брат. Но Юра хорошо ушел… Достойно. В атаке. По мужски… Среди своих и за своих. Все лучше, чем там - на поляне, когда вас те уроды врасплох застали…

Воспоминание о не столь уж и давнем эпизоде, в котором они еще тогда - скорее всего должны были умереть всей своей семьей, Олега успокаивает.

Как я на это и надеялся, сам не знаю почему.

Побулькав флягами, с трудом справляясь с перехватившим горло спазмом и тяжело дыша, Олег обхватывает голову руками:

- Как я Ирке-то скажу? - всхлипнув совсем по-детски, только что потерявший сына отец снова задает вопрос, на который у меня нет ответа, - Она же…

Он прячет глаза, покрытые сетью красных прожилок и скрежещет зубами.

- Я обратно не пойду. Здесь останусь. Пока всех этих сук не перережу.

- Вместе будем резать. Все вместе. Чего ты один-то?

- Да и х..й с ним! Сколько смогу – завалю. А потом и меня пускай. На хрена мне теперь всё?

- А Иру с Яной на меня оставишь? Тебе дочь и жену защитить надо. Юрка вон свой мужской долг перед семьей исполнил. Теперь только ты один - за вас двоих у них остался…

Приобняв мужика за широкие подрагивающие плечи, глазами зову психологиню.

Пусть теперь с ним дипломированный специалист поработает…

Передаю поникшего товарища в надежные, заботливые и чуткие руки Марго и Федора, а сам иду к командиру и пленным…

Ну что, свою первую битву в надвигающейся большой войне - мы выиграли.

Если отстраниться от того, что погиб сын Олега и самый юный член нашей команды, то можно сказать, что дебют удался на славу.

Противник потерял пленными и убитыми больше полутора десятка бойцов.

Наш же "сводный отряд" - уменьшился лишь на два ствола.

Еще одна вражеская пуля забрала одного из парней «председателя колхоза» Александра – того самого долговязого кавказца, вызвавшего смех у Жорика.

Сам Георгий-первый, кстати, тоже всего на пару сантиметров разминулся со смертью – «его» пуля проскользила по скуле и улетела в поле, оставив сочащуюся кровью борозду на лице.

От предложенной психологиней помощи он лишь отмахнулся, после чего самостоятельно протер рану крепким алкоголем и даже не поморщился…

Проходя мимо, мельком оглядываю пленных «трехсотых»:

Один совсем тяжелый, лежит на спине, булькает кровью в дырявой груди и пускает её струйки изо рта, но умирать пока категорически не желает. Ух какой крепкий на рану организм!

Добить, что ли?

Да, успеется… Может, вон Олегу этот экземпляр в качестве средства для облегчения душевной боли еще пригодится.

У двоих других раны полегче. Но самостоятельно убежать они не смогли. У достаточно симпатичной девушки, лет двадцати, повыше колена перебита нога.

У щуплого мужика среднего возраста - дырка в бедре.

- Ну, что тут у вас?

- Да, вот еще только начали. Ну, а из личных впечатлений: на наше счастье – это, все-таки, совсем не регулярная армия, парни. Толпа рыбаков и строителей, которую под флаг согнали, под присягу подвели и погоны нацепили.

- Хорошо, - киваю я, - Обоснуешь для штатских? А то мы ваших академий не кончали. И строем не ходили.

- Давай позже.

Витя снова переключает внимание на объект допроса.

Это тот самый «голосистый» кореец, удачно подстреленный мной в пятую точку. Костистое лицо и черные волосы. По первому впечатлению – ему, где-то, в районе тридцатника.

И по выражению лица заметно, что первая растерянность от полученного ранения и плена отступила и теперь он снова в маске офицера.

- Итак, я повторю: куда направлялась ваша группа?

- Я не стану отвечать на ваши вопросы…

О как! А я уже решил удивиться – с чего бы это капитан с ним на русише балакать вздумал. Да он по-нашему шпарит, как краснодипломница филологического факультета.

Ну, Кот – везунчик! Такого ценного кадра стреножил.

- Не станешь, значит? Ну, это ты себя явно переоцениваешь, партизан, - нехорошо хмыкает Виктор.

Пленник молчит. Только глазенками сверкает. Да скалится мелкими острыми зубами. Как у хорька.

- Ну что – мой выход? – тоже оскаливается, нависающий над корейцем Георгий-первый.

- Валяй, - взмахивает ладонью отставной капитан, - Помощь нужна?

- Справлюсь, - Жорж, ястребом, ухватившим зазевавшегося цыпленка, уволакивает пленного в сторону, за одинокую иву. Хорошо - сам догадался, а то девчонкам на подобное смотреть вовсе не обязательно.

Рыжая то сейчас - явно в оптику не только по сторонам пялится. Да и Марго с любопытством, нет-нет, да поглядывает в нашем направлении. Как и все остальные, впрочем. Народу закономерно интересно, что мы тут за разговоры разговариваем.

Буквально через минуту кореец заверещал зайцем, разрываемым на куски волчьими зубами.

Впрочем надолго его визг не затянулся…

- Он ваш, - Георгий-первый возвращает насквозь мокрого от пота, обмочившегося человека, на прежнее место и слегка разочарованно резюмирует, - Слабачок. А еще лэйтэнант… Младшой. Ага…

Усмехаемся. И откуда он это знает? Тому фильму лет больше - чем нам с Витей на двоих.

Джорджик, что ли тоже старое кино уважает? Никогда бы не подумал. Да и бог с ним…

Снова оглядываю пленника. Без микроскопа видно, что сей персонаж в корне изменил свои взгляды, раскаялся в заблуждениях и сейчас целиком и полностью готов к плодотворному сотрудничеству.

Вот так-то лучше будет.

Ибо, еще в святом писании сказано, что добрым словом и пистолетом вы можете добиться гораздо большего, чем одним только добрым словом.

Что?

Это совсем не оттуда?