Андрей Минин – Маяк. Ученик (страница 5)
Издеваясь надо мной, младший лейтенант представил меня остальным.
— Познакомьтесь все. Это временный член нашей дружной команды, неофит магии Кай Левший. Слышишь меня, му-му?
Я сжал зубы и ответил на военный манер.
— Так точно!
— Зачем ты смотрел на меня? Я тебе не нравлюсь? Считаешь меня уродом?
— Никак нет!
Нам приходилось кричать. Из-за шума в машинном отделении, по-другому было никак.
Йорой пах довольством. Он наслаждался моим унижением. Но время шло, и он отстал от меня.
— Главный над второй машиной⁈ — Выкрикнул он.
— Я! — Ответили ему, откуда слева от меня. Поворачивать голову я не стал.
— Это дойная корова теперь твоя проблема. Обучишь его всему. Понял?
— Так точно!
— Все по местам. Сменить вахту. Приступить к работе. Разойтись!
Все молчаливо разошлись по своим постам. Меня за собой поманил мужик в рабочем комбинезоне. Я присоединился к нему, как и еще несколько человек.
Мы обошли огромный двигатель, и подошли ко второму такому же, где и сменили ребят. Ефрейтор, который стал моим начальником, кивнул другим мужикам и они ушли, уже зная свои обязанности.
— Пойдем, — прокричал он мне в ухо и отвел меня в свою каморку, где можно было посидеть, отдохнуть, попить чай и поговорить. Дверь закрывалась, и глушила грохот, который не давал нам нормально общаться.
— Кай Левший, да?
Я кивнул.
— Я механик-ефрейтор, Рахим. Буду твоим временным начальником.
Я снова кивнул. Разговаривать не хотелось. Грудь болела. Заглянув за ворот сырой рубашки, я заметил большие «водяные» пузыри от ожога, вызревшие у меня на коже.
Ефрейтор тем временем достал из шкафа мазь. Я хотел отказаться, но…
— Бери-бери. Ты не первый, кто попадет под руку нашему командиру. А мазь проверена. Через час останется только покраснение, а завтра ты и забудешь об этом. Он бил не в полную силу, иначе ты бы просто сварился заживо.
Я все еще держал язык за зубами, но мазь взял.
— Не доверяешь? Правильно. Следи за языком. Если начнешь болтать лишнее, об этом доложат младшему лейтенанту. Мне нужно объяснять тебе, что будет дальше?
— Не нужно, — морщась, ответил я, сняв потную, грязную после моего падения на пол рубашку, и втирая в грудь густую, зеленую мазь. Пузыри на груди начали мерзко лопаться, причиняя боль сразу за которой приходило облегчение.
Как только я закончил и вернул ему оставшуюся баночку с мазью, он вручил мне куль с моей рабочей одеждой.
— Сейчас переоденься здесь, а потом приходи на смену уже в ней. Прачечная на одну палубу выше. Стирать вещи приходится после каждой смены. Сам видишь, в каких условиях мы работаем. Так что комплекта два. И еще, — он понизил голос, проверил, не стоит ли кто-то за дверью, снова ее закрыл и только потом заговорил. — Не смотри на лицо Йороя.
Я проворчал.
— Меня уже предупреждали об этом. Да и сам я уже уяснил.
— Говорили, и ты все равно посмотрел?
— Не ожидал увидеть… ЭТО.
Рахим хмыкнул.
— Командование и старшие офицеры ценят нашего младшего лейтенанта за его третий глаз и многое ему прощают. Нужно быть осторожнее.
С досадой и злостью в голосе, я спросил.
— Что в нем такого особенного⁈
— Своим мерзким глазом он видит сквозь туман. Это время от времени пригождается и даже наш капитан относится к Йорою покровительственно. Ты же не будешь делать глупостей? — Спросил Рахим, требовательно смотря мне в глаза.
— Я все понял. Не буду, — мрачно заверил я ефрейтора, что ждал от меня ответа.
— Это хорошо. Теперь поговорим о твоих обязанностях. Ты быстро научишься, тут нет ничего сложного. Пойдем. Покажу все на практике.
Смена закончилась через четыре часа, и я взмыленный и уставший направился вместе со всеми в прачечную. Дождался своей очереди и передал вещи в стирку. Снова ждал, когда их мне вернут, и с сырыми вещами вернулся в кубрик. Нитка-ловушка была на месте.
Натянув под потолком кубрика веревку, куда я повесил сушиться одежду, я упал на кровать и заснул.
Проснулся из-за урчания в животе. Проверил свой будильник, который забрал из Плеши вместе с другими вещами и, взяв полотенце, зевая во весь рот, пошел принимать душ и бриться. Приводить себя в порядок перед завтраком.
Было время подумать о вчерашнем. Вспоминая тот удар ученика и его заклинание кипящей воды — не знаю, к сожалению, его настоящего названия — я пришел к выводу, что это мусор, а не заклинание. Он потратил две секунды, чтобы материализовать в руке воду, а потом еще кидал ее. Будь я расторопнее, успел бы отскочить, а даже если нет, от этого заклинания защитит любое препятствие. Сам я мечтал о чем-то защитном и наверно нужно еще что-то, чтобы лечить себя. Это был бы идеальный вариант. А атаковать… Ну, у меня есть револьвер.
День прошел без происшествий, и я снова заступил на службу. Так прошла целая неделя. Я уже не был новичком и знал что делать. Поливал маслом движущиеся части двигателя. Проверял запасы керосина в баках. Помогал кочегарам таскать уголь для их котлов, что давали нам горячую воду. Бегал с тряпкой, убирая потеки смазки. Драил засаленную палубу. Красил стены. Менял лампочки. Тянул проводку взамен сгоревшей. И старался не попадаться на глаза младшему лейтенанту. Не всегда это выходило. Тот сам меня находил, придирался к моей работе и наказывал, кидая в меня свой шар кипящей воды. Иногда я уворачивался, а иногда нет. Это стало своего рода игрой, в которой я всегда проигрывал, так как сам нападать не решался. Это было бы ошибкой.
Гнев внутри меня копился. Я хотел удавить сученыша, но не мог. Не в моих силах. Оставалось только терпеть и считать дни до порта острова Красные воды.
Очередная смена в машинном отделении закончилась. Посетив прачку, я возвращался в каюту. Ноги немного дрожали от страха. В кармане, я тащил несколько тюбиков краски, полировку и немного свинца. Все это я украл.
Запершись в кубрике, я стер со лба пот, все же попадись я Йорою, и мне было бы несдобровать.
Итак. Приступим.
Расплавив свинец в своем артефактном тигиле, подав в него каплю энергии — я осторожно перелил из него кипящий свинец в углубление на своем медальоне, где должна была зажечься вторая звезда. Дав ему время остыть и окрепнуть, я заполировал его напильником и пастой для полировки. Вытер все начисто и стал готовить краску. Смешал несколько цветов, попробовал, и результат меня удовлетворил. Покрасив медальон, я дал краске высохнуть и придирчиво осмотрел его со всех сторон.
Да! Получилось! Теперь я могу начать Шторм и не бояться, что меня раскроют!
Ждать я больше не мог. Устал от тупого повторения одних и тех же действии. Просто устал. Мне была нужна отдушина и эта отдушина — магия.
Проверив, запер ли я дверь, я вставил себе в рот мягкий кляп, завязав его за головой, чтобы если я буду кричать меня не услышали в коридоре или соседних кубриках. Потом привязал себя к кровати, чтобы если я буду биться в судорогах, не упасть на пол и не удариться головой о железные стены и пол.
Кажется, я готов. Буду действовать, как нас учили на уроках теории магии.
«Нырок» внутрь себя.
Бесконечное пространство внешнего моря словно ожидало от меня этого шага и притупляло мою бдительность. Море за Атоллом было спокойным. Ветер стих. Все замерло в ожидании.
Я подошел к одному из своих якорей, чьи координаты я вычислил путем расчетов, и поднял с земли, казалось бы, обычный булыжник. Сделал несколько шагов к краю скал, отделяющих внутреннее море от внешнего, и сбросил этот камешек туда, в море, чей цвет менялся так быстро и был настолько чуждым, что я не мог назвать его.
Все. Обратной дороги нет. Как и нет якоря, пошедшего ко дну.
Первые секунды ничего не происходило, а потом началось.
В небе раздался гром. Море взбурлило и поднялось на высоту скал окружающих Атолл. Пришла волна, гребень которой выше моих скал.
Так, вспененная морская вода наполнила мой пруд. А потом еще и еще. Все вокруг затопило. Я держался за скалы. Пытался не утонуть, хотя, казалось бы, это невозможно — ведь все окружающее есть плод моего воображения, но не в этот день.
Было сложно. Началась тряска. Камни, за которые я держался, начали крошиться, и мне приходилось часто менять хват. Гром прекратился и вместо него в воду начали бить молнии. Гул в ушах. Я вызвавший этот катаклизм, был букашкой, которую это место стремилось уничтожить.
Я заорал, когда первая молнии ударила в воду рядом со мной.
Через боль, почувствовав изменения которых я дожидался, я судорожно начал тратить энергию. Гонять ее по всем трем дорогам. Сейчас, когда волны внешнего моря захлестывают через край скал, энергии у меня бесконечное количество. Я торопился. Тряска становилась все сильней. Молнии с неба били непрерывно вниз, а я все прожигал и прожигал в себе энергию, пытаясь пробить барьер мешающий мне развиваться.
Отведенный для этого час проходил. Если я не справлюсь за это время, буря, что поднялась, просто сметет меня. Разрушит Атолл и разорвет мой дух. Даже вернувшись в тело, долго я не проживу.
— А-а-а-а, — снова вскрикнул я, когда мне в ногу вцепилась акула, вырвав целый кусок плоти из бедра, умчавшись с ним в пасти во внешнее море.
Плохой знак. Моя призрачная, не настоящая здесь кровь пролилась и теперь она привлечет внимание других хищников внешнего моря. Пусть не настоящих. Пусть они лишь плод моего воображения. Пусть они лишь понятные мне отражения здешней реальности. Пусть. Но есть ли мне до этого дело, если они могут убить меня как настоящие?