Андрей Меркин – Страсти по «Спартаку» (страница 13)
В роли Хлеба — заслуженный артист РСФСР Озеров, меня это ну очень интересовало, из-за этого и шел. Хотелось с ним поговорить, и с великими мхатовскими стариками тоже.
Вся Москва была полна слухами, что старики свой великий «гопкинс» вытворяли аж в кабинете у министра культуры СССР Фурцевой.
Надо ли говорить, что весь МХАТ, во главе со стариками и Озеровым, болел за «Спартак», об этом знали все.
На Яншина даже была написана эпиграмма:
И вот после спектакля Петкер проводит меня и дедушку за кулисы в гримерку к Озерову. Беру автограф и спрашиваю (дело было весной):
— Николай Николаевич, станем мы в этом году чемпионами?
Он отвечает:
— Должны непременно, такой сильной команды у нас не было с пятьдест шестого года.
Ну а дедушка толкает меня в бок и говорит:
— Спроси про «гопкинс».
Открываю рот, а Озеров говорит:
— Вот Петкер стоит, он как действующее лицо лучше расскажет.
Дело было вот в чем.
Группа народных артистов СССР — Петкер, Ливанов, Яншин, Грибов, Прудкин, Белокуров, Блинников и другие вытворяли такой фортель.
Где бы они ни находились, если кто-то из них говорил в присутствии другого: «Гопкинс!» — тот обязан был подпрыгнуть с этим словом.
Говорили они это везде: на репетиции, в МК партии, в ВЦСПС, в Кремле, везде, где можно и нельзя…
А что с ними можно было сделать? Великие старики!
Прознав про это баловство, вызывает их всех к себе одновременно Екатерина Алексеевна Фурцева, министр культуры СССР.
Дать пизды, так сказать, в профилактических целях, и в самый разгар пропиздрона Борис Николаевич Ливанов, папа «Карлсона» и «Шерлока Холмса», возьми да и рявкни:
— Гопкинс!!!
И что вы думаете?
С дружным криком…
— Гопкинс!
…все мхатовские старики взяли и подпрыгнули в кабинете у Фурцевой. Вот такие были великие болельщики у «Спартака»…
Был свидетелем еще одной истории с участием артистов и футболистов.
Зимой 1975 года, после награждения «Спартака» серебром, было еще и чествование в ЦДРИ.
Тогда была такая традиция — великие старики Грибов, Яншин, Станицын, Ливанов, Петкер, Прудкин, Белокуров и другие мхатовцы устраивали своего рода классный капустник с поздравлениями любимому клубу.
Но поскольку за нас болели еще вахтанговцы и многие другие московские театры, то такие вечера проходили в Центральном доме работников исскуств.
Так получилось, что сидел впереди, а зал-то небольшой, и рядом оказался фотокорреспондент газеты «Советский Спорт» — легендарный вратарь Хомич, герой английского турне 1945 года.
Команду поздравлял также Константин Иванович Бесков, он тогда возглавлял олимпийскую сборную и привлек в нее добрую половину состава «Спартака».
Хомича он подколол:
— Поздравь и ты тоже, но не так, как в Англии в 45-м.
Позже я узнал, что в 45-м году на экраны страны вышел фильм «Леди Гамильтон», успех был огромный. Американское кино про любовь, с Вивьен Ли и Лоуренсом Оливье в главных ролях.
И вот якобы на приеме в российском посольстве слово дали Хомичу.
Прием был по случаю окончания легендарного турне московского «Динамо» по Великобритании, ну Хомич маленько застеснялся, но вышел и сказал:
— Леди и Гамильтоны!
Переводчик взял, да и перевел:
— Лэдис энд Гамильтонс!
Англичане люди с юмором, поэтому смех стоял гомерический.
Вот такая была история про Хомича.
Спартаковские ветераны тоже любили пошутить. В конце 60-х годов довелось отдыхать в одном подмосковном доме отдыха со знаменитым спартаковцем Павлом Александровичем Канунниковым. Будучи желторотым пацаном, но уже вполне сформировавшимся «спартачом», слушал его рассказы о футболе 30-х годов, раскрыв рот.
Несмотря на огромную разницу в возрасте, довольно много времени проводили вместе. Однажды, собравшись с духом, спросил.
— Что у вас за фамилия такая интересная?
И получил лекцию по матчасти.
Оказывается, в 20–30-е годы была очень распространена практика смены имен и фамилий. Об этом в обязательном порядке давалось объявление в газету «Вечерняя Москва».
Рассказывал Канунников:
— Как сейчас помню, было такое объявление: «Иван Говно меняет имя на Альфред».
Но по поводу своей фамилии умолчал…
Но не все артисты любят «Спартак». Например, культурная столица и ее кумир Шляпа, он же Боярский.
Май 2006 года, аэропорт Пулково. «Бибики», болельщики, исторически близкие клубу, после победы над «бомжами» 4:1, расслабляются пивком в ВИП-зале.
Завидев Боярского, начинают дружно скандировать:
— Шля-па — пи-да-рас! Шля-па — пи-да-рас!
Дело в том, что накануне он дал интервью, где назвал всех спартаковских болельщиков ублюдками и быдлом.
Самый одиозный из них, с немереным ебалом, истошно и срываясь на фальцет, кричит:
— Шляпа, бля, иди сюда!
Проявив недюжинную сноровку, Шляпа со скоростью Бена Джонсона убегает в персональный депутатский сортир и скрывается там…
Это мои друзья!!!
Круг в парке «Сокольники»
В дни бурной молодости любимое место тусовок и развлечения местной молодежи.
Пройтись по Кругу летом, а зимой покататься на коньках на Кругу считалось делом отличным и очень нужным.
Там гуляли с девчонками, знакомились, там же проходили лютые драки возле питейных заведений, которых было на Кругу очень много.