Андрей Мельник – Статус: Клинок Системы (страница 5)

Блок, разворот, удар ногой, хруст кости и ещё один удар в голову, заставляющий сознание взять паузу. Убивать его — слишком большая честь для орка, отправленного за моей головой. Пусть сам со скалы сбросится, если не сможет жить с этим поражением, когда очнётся.

Я выпрямился, опустил «Эхо» и посмотрел на Дира.

— Слабоват оказался, — без тени самодовольства произнёс я. — Что теперь? Нового отправишь? Я могу так сражаться хоть всю ночь.

Тишина после моих слов длилась не больше одного вздоха. Дир откинулся на спинку трона и расхохотался. Его смех гулко разнёсся по залу, отражаясь от разбитых колонн и высокого свода. Он смеялся долго, с удовольствием, не пытаясь сдерживаться.

— Значит, ты, Клинок… — выдавил он, утирая выступившую слезу когтистым пальцем, — не только языком чесать можешь. Нравишься ты мне с каждой минутой всё больше и больше. Есть в тебе что-то похожее на моего единственного друга из числа людей. Хочешь стать моим генералом?

Я убрал «Эхо» в ножны. Медленно, демонстративно.

— Я уже один раз встал перед тобой на колено, прося отпустить моего отца, — ответил я ровным голосом. — Ты так мне и не ответил. Второй раз я становиться не стану.

Улыбка Дира не исчезла, но в жёлтых глазах появился холодный блеск.

— А если я заставлю тебя?

— А если ты себя переоцениваешь?

Зал от моих слов наполнился скрежетом зубов. Мои слова явно задели орков.

— Ещё раз говорю, — продолжил я, выдерживая взгляд царя, — отпусти отца и празднуй свой триумф. Твоя война закончилась победой, не лезь к нам. Будь честен с самим собой: без философа войны ты бы не справился так быстро. А может, и вообще не справился бы. Представь, что было бы, сражайся мой отец на стороне Трёх Топоров.

От этих моих слов взгляд Дира поменялся. Видимо, он о подобном никогда не задумывался.

— Ты правитель — это бесспорно. Великий правитель — и с этим лишь глупец не согласится. Но являешься ли ты им на самом деле, покажет время. И достоин ли ты того, чтобы тебя звали благородным правителем, мы узнаем в этом зале. Позволь отцу, подарившему тебе величие, закончить старость в спокойствии дома, в кругу родных. Я даже готов заплатить за это.

Дир удивлённо поднял брови. Его когтистые пальцы перестали постукивать по подлокотнику трона.

— Заплатить? — в его голосе прозвучало неподдельное любопытство, смешанное с насмешкой. — Чем? Что такого у тебя есть, чего нет у меня?

— Как насчёт судьбы твоей армии, что захватила этот замок?

Я выдержал паузу, позволяя всем оценить мои слова, а себе — оценить лица орков, что заводились, в отличие от Дира, всё больше и больше. Ему, в отличие от его генералов, было… Весело? Пожалуй, да… Именно что весело.

— А что, убьёшь всех? — с насмешкой произнёс Дир.

— Я что, больной, по-твоему? Нет. У меня нет такой цели. Но может случиться так, что многие из них сегодня погибнут, если я не расскажу тебе один маленький секрет, который упустили твои генералы и мудрые шаманы. Но услуга за услугу. Ты — мне, я — тебе.

Жёлтые глаза сузились, и улыбка на его лице застыла, превратившись из весёлой в оценивающую.

— Знаешь… — произнёс Дир после паузы, и голос его звучал иначе, без весёлости, — я обожаю, когда мне бросают вызовы. И с каждой минутой я убеждаюсь, что в чём-то ты похож на философа войны. Но тебе не хватает смиренности, выдержки и тактичности. Ты забываешь, с кем разговариваешь.

— Забавно, что мне это говорит тот, кто совсем не знает меня и того, на что я готов пойти ради своей цели, — ответил я, не меняя тона. — Но ты прав. Я не самый лучший дипломат. Я привык решать свои проблемы кардинально. Как орк. Раз — и голова покатилась. Два — и проблема исчезла вместе с трупом, сожжённым на погребальном костре.

Я обвёл взглядом зал, задерживаясь чуть дольше на советниках, на шаманах, на генерале, всё ещё сжимавшем рукоять топора.

— Никто из присутствующих не осудит правителя орков, если вдруг ваше величество решит по справедливости одарить своего сподвижника и отметить его заслуги. Ваше величество, вы здесь правитель, и именно вам решать, сколько ещё крови должно пролиться.

Дир кивнул, смотря куда-то мимо меня. Может, в ответ на мои слова, а может…

От тела орочьего царя хлынула волна тяжёлой, густой, чужеродной божественности. Чёрно-золотое свечение окутало его фигуру. Кто-то с вершины орочьего пантеона пожаловал…

«Алиса?»

На лбу Дира проступил контур, затем насытился тьмой и золотом глаз. Глаз странный, заставляющий смотреть на него не отрываясь. В его чёрные, словно космос, глубины и бесконечное сияние золотого зрачка.

«Осторожно, — голос Алисы прозвучал в моей голове предельно серьёзно. — Аватар… Один из орочьих богов смотрит через него прямо сейчас. Я, если что, готова к битве, но на многое не рассчитывай».

«Понял. Не дёргайся, пока он не атакует. А там будем по обстоятельствам действовать».

Чёрный глаз с золотым зрачком уставился на меня. Внимательный нечеловеческий взгляд существа, для которого моя жизнь значила не больше пылинки на подлокотнике трона. Но раз уж мои действия привлекли его… Значит, я всё делаю правильно. Обычные методы и дипломатия тут бессильны. Это совершенно ясно после всего, что я услышал о договорённости по разделу Домена.

Глаз задержался на мне всего на несколько секунд. Потом медленно, не торопясь, начал перемещаться. Его золотой зрачок скользнул по драконидам, не особо на ком-то задерживаясь. Лишь пару раз задумчиво и оценивающе замирал, пока Дир склонял голову набок. А следом двинулся и по моему отряду, оценивая каждого: Герду, Ратмира, Машу, Васю, Зиркса, Имирэна, дружинников одного за другим, не задерживаясь ни на ком дольше мгновения, а потом остановился на Брячедуме.

Гном стоял прямо, сложив толстые руки на груди, и отвечал глазу таким взглядом, будто всю жизнь только тем и занимался, что пялился в глаза орочьим богам. Божественный зрачок задержался на нём заметно дольше, чем на остальных, и я увидел, как кузнец чуть приподнял подбородок, словно подтверждая: да, я тот, за кем стоит Вулкар. Хочешь обсудить?

Глаз переключился на Мэда. Оборотень не шелохнулся, только мышцы на шее чуть напряглись. Элея, его божественный покровитель, была рядом с ним. Слабая, чего уж правду скрывать, но всю себя посветившая своему оборотню и его клану. Тот, кто сидел в голове Дира, явно заметил её присутствие и как будто даже удивился. Узнал её и не поверил. Конечно, лицо Дира было тяжело оценить из-за чёрно-золотой силы, окутавшей его, но именно такое впечатление у меня сложилось.

Затем божественный глаз посмотрел вверх, куда-то в район потолка, будто видел нечто скрытое от смертных. Десять секунд, не меньше, он пялился в потолок, а следом плавно закрылся, и чёрно-золотая энергия отступила, вернувшись в тело Дира Завоевателя, царя всех орков.

Правитель открыл глаза с задумчивым взглядом. Я обратил внимание на остальных орков, на их ошарашенные и перекошенные от ужаса лица, на вжавшиеся в плечи головы. От них разило страхом не меньше, чем потом.

Дир хлопнул рукой по подлокотнику и медленно поднялся с трона.

— Я принял решение, — произнёс он, и голос его стал официальным, лишённым любых других ноток. — Я дождусь пробуждения своего советника. До тех пор переговоры с людьми Домена откладываются.

Он обвёл зал взглядом, останавливаясь на каждом из своих генералов и советников, убеждаясь, что его слышат все.

— И по старой доброй орочьей традиции, — продолжил Дир, и в его голосе зазвенела сталь, — тот, кто усомнился в могуществе орков, должен нести ответ.

Дир повернулся к одному из советников, дряхлому орку-шаману с белой бородой, который опирался на посох.

— Организуй большой дуэльный круг, — приказал он. — Гости из Домена людей будут ждать в нём пробуждения философа войны и разговора между мной и моим советником. В это время любой орк, посчитавший, что брошенный человеком вызов заслуживает ответа, может войти в круг и сразиться с ним. Человек, назвавшийся Клинком Системы, вправе взять паузу и заменить себя любым из своих соратников в круге.

Я прищурился, глядя Диру в глаза. Мой «Глубокий анализ» работал на полную мощность, прощупывая каждое слово, каждую интонацию, каждый жест. Ловушка? Нет. Скорее уж это изящное наказание за дерзость.

Расчёт прост и жесток одновременно. Если я или мои соратники не справимся, мы погибнем. Для орков подобная гибель в бою — честь. Воин, павший в дуэльном кругу, уходит к предкам с высоко поднятой головой. Для людей — горе и трагедия. Потеря каждого бойца отзовётся болью и пустотой в рядах отряда. Дир прекрасно это понимает.

Но он не станет нарушать своего слова. Не перед лицом генералов, советников и нескольких божеств, что только что наблюдали через тела своих избранных за всем происходящим. Орочья клятва, данная при свидетелях такого уровня, нерушима. Это я знаю точно.

— Старый добрый дуэльный круг орков. Почему бы и нет? Надеюсь, ваши законы не изменились и экипировка и всё то, что с собой на битву принесут дуэлянты, остаётся победителю. Мне не помешает подзаработать талантов, чтобы прикупить своему старику большой дом и нанять много слуг, когда мы уйдём.

И вновь взгляд Дира изменился. И это уже был честный, ничем не поддельный восторг.

— Вижу, ты в курсе многих традиций и даже имел честь побывать в нашем кругу, а теперь стоишь передо мной. А значит, ты не проигрывал. Отлично. Это просто замечательно! Будь уверен, человек, тебе не придётся скучать. Тебя ждёт веселье, оценить которое смогут только орки! Можешь идти. Круг будет построен во дворе крепости.