Андрей Мельник – Статус: Клинок Системы (страница 35)
Мы с отрядом встретились у цитадели, когда солнце начало клониться к закату. Все устали, но настроение было приподнятым. Герда рассказывала Мэду, как один из задержанных попытался выпрыгнуть в окно второго этажа и приземлился прямо на патрульного внизу, после чего оба скатились в канаву и лежали там, пока стражники не вытащили обоих.
Вася демонстрировал Графу трофейный кинжал из тайника на старом рынке, покрытый рунами, назначение которых ни он, ни Граф определить не смогли, но оба сходились во мнениях, что это должна быть какая-то пакость, так как для эпического артефакта у него было слишком мало особенностей и фишек.
Маша стояла чуть в стороне и разглядывала конфискованные у фиорцев амулеты, литературу, предметы для ритуалов, а рядом с ней негромко переговаривался с одним из офицеров Болдура Ратмир.
Обычная послебоевая суета, знакомая каждому, кто хоть раз участвовал в серьёзной операции. Подведение итогов и скрепление братства между теми, кому довелось вместе сражаться за будущее города.
Я сел на каменную лавку у стены цитадели, прислонился спиной к тёплому от дневного солнца камню и закрыл глаза на несколько секунд. Двести капель Эфира — ощутимая потеря. Копить их придётся не один день. Но новая техника стоила каждой потраченной капли. Допрос душ — это оружие, о котором ни Лига, ни Фиор, ни кто-либо другой не знает и к которому нельзя подготовиться. У них нет защиты от того, чего не существовало ещё сегодня утром.
«Доволен?» — Алиса появилась рядом, присела на лавку, откинулась назад и вытянула ноги.
«Более чем. Тебе тоже большое спасибо. Ты очень помогла во время моей спонтанной импровизации… Без тебя я бы не справился».
«Естественно! Но, во-первых, ты быстро учишься. Во-вторых, не импровизацией. Ты уже видел это… Похожим образом меня боги драконидов пытались вытянуть из твоей души. Ты этого не осознавал до конца, но практически полностью повторил их технику. И даже слегка усовершенствовал, чтобы враг не сбежал в тень. В следующий раз, думаю, тебе понадобится куда меньше капель».
Я задумался над её словами. Неужели я попытался сделать то, что до меня старались провернуть боги, и даже справился… Эфир — очень уникальная и своеобразная энергия. Сила, что между двумя мирами: смертных и богов. Нужно больше Эфира…
— Командир! — голос Васи прервал мои размышления. Он, забравшись на стену, смотрел на горизонт, прикрывая глаза рукой от заходящего солнца. — Командир, там что-то летит! Большое! Кажется, гости!
Я поднялся и шагнул к стене, взбежал по лестнице. С севера в нашу сторону летел давно ожидаемый огромный левиаток.
— А вот и дракониды… — произнёс отец, вставая рядом.
— Они самые, — подтвердил я, чувствуя странную смесь облегчения и напряжения.
Мы ждали этого момента. Готовились к нему. Весь этот бардак с Лявонтом, Лигой, Фиором — всё это нужно было разгрести до их прибытия. И мы успели. Впритык, но успели.
Болдуру доложили через несколько минут. Он также поднялся на городскую стену и уставился на стремительно приближающийся воздушный корабль.
— Впечатляет… Нам бы такой…
Я посмотрел на Графа, покачал головой, чтобы он не мучил зазря Архонта, занятого крайне масштабным и важным проектом. Есть и другие достойные кандидаты, которым можно вручить копии этих чертежей.
Ветер трепал плащи и знамёна на башнях. Левиаток приближался, и вот его контуры стали чётче. Широкий корпус, четыре двигательные платформы, длинный киль, на носу — знамя Дракории, которое я узнал бы из тысячи.
— Знамя императора… — прокомментировал я стоящему рядом Хранителю Севера.
Болдур сложил руки на груди и с вызовом посмотрел в сторону приближающегося судна.
— Ну что же, пора встретить гостей и определить, какое место в этом мире займёт наш маленький, но очень зубастый Домен. — Он положил руку мне на плечо и потряс меня с хищным оскалом на лице: — Особенно с такими избранными.
Глава 16
Левиаток заходил на посадку медленно, по большой дуге, словно его капитан давал зрителям возможность как следует рассмотреть имперский флаг и оценить, кто именно к ним пожаловал. Что ж, это работает. Народ на стенах застыл, задрав головы, кто-то крестился, кто-то невольно отступал на шаг назад.
У имперского судна корпус был раза в полтора больше, чем у «Стрелы Ветра». На борту резная пасть дракона, золочёные накладки, четыре двигательные платформы с выдвинутыми стабилизаторами. Дракония умеет производить впечатление, этого у неё не отнять.
Болдур стоял рядом, сложив руки на груди, и наблюдал за манёвром молча. Отец — чуть позади, ближе к парапету. С другой стороны — четверо старших офицеров крепости, призванных Архонтом для организации встречи. Им, судя по встревоженным лицам, было бы неплохо провести хотя бы короткий ликбез. Без этого после приземления имперского корабля могут начаться проблемки…
— Архонт, разрешите на минуту отвлечь ваших офицеров? — обратился я к Болдуру.
Он повернул голову и кивнул.
— Господа офицеры, — начал я. Говорил коротко и быстро. — Через несколько минут на нашу землю сойдут дракониды. Не торговцы, не одиночные путешественники, а имперская делегация. Это значит, что у них будут определённые ожидания относительно того, как их положено встречать. Я провёл в Дракории достаточно времени, чтобы успеть набить шишки на их этикете. Объясню коротко, чтобы вы случайно не оскорбили гостей и не подвели Архонта.
Один из офицеров, седой мужик с полученным в боях шрамом через бровь, нахмурился. Видимо, готовился услышать что-то унизительное. Я поспешил объяснить, чтобы лишних вопросов потом не возникало:
— Дракониды считают себя избранной расой, и в их империи это закреплено культурой и протоколом. Когда драконид появляется на улице, окружающие обычно расступаются, освобождая ему путь, склоняют голову, снимают головные уборы. Для нас это дико. Но они едут к нам с этим в крови, и, если мы будем хохотать им в лицо или хлопать их по плечу, разговор окончится, даже не начавшись.
— И что, нам теперь раскланиваться перед ящерами? — буркнул седой офицер.
— Это не ящеры. Это дракониды. За убийство любого из их расы будут последствия. Империя нанесёт такой удар, что орда орков покажется детским лепетом. Но раскланиваться и не надо. Мы у себя дома, и они это понимают. От вас требуется простое: молчите, пока к вам не обратились; не толпитесь, освободите проход к цитадели; головные уборы при их приближении снимите в знак уважения; оружие оставьте в ножнах, держите руки на виду; не надо заискивать им и улыбаться, как родным, спокойные лица, ровные спины, как на торжественном построении.
— А приветствовать их как? — поинтересовался второй, помоложе.
— Никак. Приветствовать будем я и Архонт. Вы — наши помощники, элемент власти, демонстрирующий величие людей. И этого вполне достаточно.
Болдур издал короткий звук, похожий на хмыканье.
— Слышали, господа? Делайте, как сказано. Лисоглядов в этом разбирается, и у меня нет ни малейшего желания позориться перед чешуйчатыми.
Седой офицер кивнул, остальные подтянулись.
— И ещё одно… — добавил я. — Не надо на них откровенно пялиться. Смотрите вперёд, мимо них. Они привыкли, что на них смотрят с почтением, а не с любопытством, как на зверушку в зверинце. И последнее: главу делегации зовут Тирхан Огнехвост. Он лучший дипломат империи и хитёр, как сотня лис. Я с ним работал. Следите за своими жестами и мимикой: он их прекрасно считывает.
Левиаток мягко коснулся посадочной площадки, что была заранее расчищена за восточной стеной. Двигатели замедлили вращение, опустились стабилизаторы. Толпа на стенах ахнула, когда из бортового люка выдвинулся резной трап с позолоченными перилами. Действительно красивое зрелище.
По трапу спустились пятеро. Впереди — четверо в чешуйчатых церемониальных доспехах и с ритуальными копьями, на которых развевались узкие лоскуты ткани с гербом империи. За ними — Тирхан в неизменном тюрбане, в длинном тёмно-синем плаще поверх лёгкого доспеха. Хвост чуть подёргивался от лёгкого ветра, на чешуйчатой груди — массивная цепь с символом дипломатической миссии.
Народ на стенах и у ворот замолк. Дети, которые до этого что-то выкрикивали, тоже умолкли. Видимо, родители вовремя зажали им рты. Стражники у ворот стояли по стойке смирно и не моргали. Меня это, признаться, порадовало. Наш гарнизон умеет выглядеть достойно, когда понимает, что от него зависит.
Тирхан, выйдя вперёд, остановился в трёх шагах от меня. Эскорт замер за его спиной полукругом. Дипломат поднял правую руку, прижал ладонь к груди и слегка склонил голову — стандартный жест приветствия равных. Не подчинённого вышестоящему, не вышестоящего подчинённому, а именно равного равному.
Я отметил это про себя и порадовался: значит, после всех наших передряг у орков Тирхан всё-таки счёл нужным признать за мной этот статус. Уже неплохо.
— Алекс Лисоглядов, — голос Тирхана зазвучал размеренно, с ритуальными паузами. Драконидский язык он использовал нарочно, хотя мог бы перейти и на первичный. — Империя Дракория приветствует тебя на твоей земле. Пусть огни предков благоволят этой встрече.