Андрей Мельник – Элемент власти. Том IV (страница 7)

Парнишка умчался, буквально порхая на крыльях бабла, к лестнице, а я перетащил немного вкусняшек в номер, чтобы подкрепиться. Оставленные после ночи тарелки сгрузил сперва на подоконник, затем освободил тележку, переставляя еду на изысканный винтажный стол из невероятно красивой древесины с любопытными ярко-красными прожилками, а там уж плюхнулся в кресло и задумался о том, чем я сегодня займусь.

У меня была проблема. После сегодняшней ночи, когда я и Анна получили желаемое, один из нас оказался выведен из строя. Тут уж никакой массаж не поможет. Зельями разве что отпаивать… Но там всё равно организму время на восстановление нужно. А значит, надо как-то распланировать день чуть по-другому.

— Сперва найду ещё денег, затем прошвырнусь по городу, просто исследуя его. Поищу места с плохой энергетикой и духами, чтобы пополнить запасы духовных сил. И ещё постричься схожу, — решил я.

Надо было понаблюдать за местными. В отличие от Славии, где было много аристократов с кучей подчинённых, что, по сути, тоже своего рода рабство, тут это пагубное дело имело совсем другой вид.

Я взял ноутбук, чтобы узнать некоторые нюансы местного рабства.

— Выключен, гад… — не смог я его включить и принялся искать провод и розетку. — Обувь, платье, лифчик, трусики Анны… О, провод! Так, всё есть. А розетки нет… Ладно, телевизор выключу. Хотя… — Мой взгляд упал на роскошный позолоченный торшер, стоящий у изголовья кровати. — От него точно идёт провод!

Телевизор включился на новостной канал, торшер вынут из розетки, ноутбук был подключён к питанию.

Чтобы узнать, о чём говорят местные, мне даже их язык не был нужен. Всё легко считывалось по тревожному голосу диктора и кадрам на экране. Война, война, война… Крики, бегущие люди, храбрые солдаты, что едут на бронетехнике, вертолёты, выпускающие залпы ракет по чёрному проклятью небес.

— Странный у них язык. Какой-то бархатно-шуршащий, — отметил я и услышал, как выключилась вода в душе.

Дверь открылась, я выключил телевизор. Всё и так понятно: сверхсильное нашествие слимов. Угроза повсюду. Армия и полиция справляются, героически защищая каждый уголок Франтии.

— О-о-о-о-ох. Я сейчас умру… Это всегда так будет?

— Ну, я удивлён, что ты столько продержалась с твоим-то опытом. Хорошая физическая форма и гибкость спасли тебя от куда как более печальных последствий.

— А у тебя, значит, опыт…

— Мой опыт спас тебя. Иначе ты бы даже ходить не смогла. И всё же тебе сегодня лучше отдохнуть.

— НУ УЖ НЕТ! ТЫ ЖЕ ОБЕЩАЛ МЕНЯ В ТОРГОВЫЙ ЦЕНТР СВОЗИТЬ! — оживилась валькирия шопинга, что любые деньги мира транжирит в ноль.

— Ешь давай, раз хочешь прогуляться, — улыбнулся я и принялся разминаться, растягивать мышцы.

Встретил гонца, забрал вторую тележку с кучей тарелок всяких вкусностей и тоже присоединился к трапезе. Уселся за ноутбук и ещё раз взглянул на городские карты, почитал про рабовладение.

Как и ожидалось, рабство в Славии и Франтии сильно отличалось. Пусть в целом законы были примерно одинаковыми, но всё же и явные отличия имелись. Прочитал на нескольких сайтах. В общем, студенческие работы помогли понять разницу между двумя гранями зла.

Так, во Франтии и всех остальных империях, за исключением Славии и Священной Империи, рабство было «классическим» — когда один человек имел контроль над жизнью другого и слово хозяина для раба было подобно приказу самого императора. Для местных аристократов человек был вещью. Предметом роскоши. Примерно таким же имуществом, как и навороченный телефон или машина. Да и по стоимости с автомобилями рабы были примерно в одной категории.

Священная Империя и их подход мне даже понравились. Рабства у них не было, ибо все, вплоть до императора, были рабами божьими, и один человек не мог довлеть над другим. На словах. На деле, конечно, всё было не так, и жёсткая иерархия, культурные особенности и многовековые привычки превратили «стадо» в рабов, а священнослужителей в надзирателей. Хотя стоит отдать им должное: к людям они действительно относились несколько иначе — терпимей, уважительней. Правда, тех же рабов, привезённых из Франтии, они и людьми-то не считали, за что тоже напрашивались на взбучку с моей стороны. Ну да ладно. Они и от злых духов защищают, и людям помогают. Пусть и далеко не бескорыстно…

Славия имела несколько иной подход. Рабство хоть и было разрешено, но заменялось другими понятиями. Подневольный, батрак, рабочий. Но всё же человек, а не вещь. Если кто-то хотел купить раба во Франтии — пожалуйста. Но, привезя, должен был сделать документы своему подчинённому и обеспечить ему достойные условия проживания, обучить языку и нести ответственность за него. Почему так они решили делать — предмет больших дискуссий.

С одной стороны, Славии это было в минус для экономики. С другой стороны, сама страна не боялась рабских бунтов. А ведь периодические вспышки недовольства и кровавые мятежи поднимались то тут, то там по континенту Шести…

К слову, такие вот рабы — действительно не дешёвое удовольствие, а Славия довольно сурова, особенно зимой и на севере. Страна хоть и большая, но климат в целом весьма отличается от привычного невольникам. И если о них не проявлять заботы, тогда они будут умирать.

В интернете нашлась целая книга, написанная три сотни лет назад. «Трансформация рабства» описывала многие культурно-этнические и географические проблемы Славии и неординарные решения императора для их преодоления. Так что пусть это всего лишь подмена понятий, тем не менее она привнесла заботу о людях. Лучше, конечно, рабство совсем запретить, ибо это выгодно лишь колониальным державам. Да и то до поры до времени…

Перед выходом из отеля подошёл к стойке администрации. Там стоял уже другой человек. Впрочем, он был не менее улыбчив. А вот вчерашний выскочил из подсобки сонный и тут же сопроводил меня к слепой зоне камер, где сказал, что я оказался прав, и моя выдуманная жена действительно отправила человека проверить отель.

— Только он был не из полиции…

— Ну, это неудивительно с учётом того, кто её отец и где он работает… Благодарю за службу. Я хотел бы продлить проживание… Вот деньги за номер, — передал я ему практически всё, что у меня оставалось.

— Благодарю, сэр. Могу ли я попросить вас использовать чёрный ход?

— Опасаетесь, что соглядатая оставили у главного входа? — прошептал я.

Администратор лишь кивнул, и я согласился. Поправил кепку, схватил сонную красавицу под руку и последовал за ним по длинным коридорам отеля.

Я даже надпись «бомбоубежище» успел различить на стене из неприглядного бетона, вдоль которого в сторону кухни шло большое количество труб.

— Прошу прощения… Это не самое презентабельное место нашего отеля, но оно создано для безопасности посетителей.

— Вот пусть и защитит нас. Спасибо. Войти обратно я смогу этим же путём? — уточнил я, и мой сопровождающий кивнул.

— Если будут какие-то вопросы, обращайтесь к Гуилю. Он работает на вашем этаже без перерывов, — уточнил администратор.

— Он что, не спит?

— Спит… Просто, эм… В общем, у нас два Гуиля. Он и его брат-близнец. Они меняются каждые двенадцать часов.

— А, так вот почему после полуночи этот любопытный парень так нос в комнату сунул… Видимо, брат успел похвастаться красотой моей крошки, — ухмыльнулся я, обнимая Анну за талию.

— Да, ваша спутница прекрасна, сэр. Вам с ней очень повезло.

— Не то слово повезло! Слышал? То есть слышали, папик? — подыграла мне Анна. Только подыграла настолько плохо, что я невольно глаза закатил.

Выбравшись на улицу, мы направились вдоль городских улиц, и я увидел свою цель. Одинокую, спрятанную за углом аптеки. Рядом изредка проходили люди, зато часто проносились машины и мотоциклы на высокой скорости. А тротуар очень узкий…

— Какой неудобный банкомат. Кто его придумал тут ставить? Давай другой найдём.

— А у тебя что, карта есть, с которой деньги снять можно?

— Я думала, у тебя есть… — захлопала глазами Анна. — Ты же у нас богатенький папик, спонсирующий юную дурочку, что смогла увести тебя из семьи, да?

— Нет у меня карты. У меня и паспорта нет. Ничего практически нет. Кстати, когда вернёмся, займись этим вопросом. Потряси имперцев, пусть выдадут всё, что может понадобиться. А банкомат идеальный. Что за банк?

— Ну, хорошо, займусь. Но если у тебя нет карты, то что мы тут делаем? Ра… Первый Рабовладельческий банк Франтии.

— Ой… Ой-ой-ой… Ой, как хорошо! Прям камень с души упал, — с невероятным чувством удовлетворения я подошёл к банкомату и похлопал его по корпусу. — Ты же мой хороший, дай папику денежку… Аня, готовь сумочку.

— А? Ты же даже карточку…

«ВЖ-Ж-Ж-Ж-Ж-Ж!»

Оживший банкомат заработал и начал выплёвывать все свои денежки папику.

— Челюсть с земли подними, а то люди споткнутся и лоб расшибут.

— КАК? КАК? КАК? — не знала, куда себя деть, и даже отреагировать по-человечески не могла моя спутница.

— Ты так удивляешься, будто я фокус обезьяне в зоопарке показал.

— Как? А? Ты кого обезьяной назвал⁈ — ударила она меня в плечо.

— Никого. Я сказал «как», а ты уже восприняла это на личный счёт. Почему — понятия не имею. Сумку открывай. Или тебе денег не надо?

— Дай! Дай деняк!

Анна широко раскрыла сумку, и я стал закидывать голубоватые и зеленоватые фантики, украденные у Первого Рабовладельческого банка Франтии.