Андрей Мельник (Ascold Flow) – Законы Рода. Том 3 (страница 6)
– Сам не понял. Да и неважно это. Главное, что там никто не пострадал, так ведь?
– Ну, кроме самой фабрики… А, тётку одну ещё, технолога, увезли на скорой. Говорит, монстр шоколадный вылез из чана при ней, вот и сердце что-то прихватило, – поделился прошедшими мимо меня новостями.
– Плохо… Сможешь узнать, что за тётка?
– А тебе зачем?
– Денег переведу за доставленные неудобства. Только надо подумать, как, чтобы не спалиться. Ах да, ещё одна вещь… – Я замер с феном в руках и серьёзно глянул на Дуба: – Никому не говори, что мы хоть как-то причастны. Сокола удар хватит. Ещё не дай бог пойдёт на поклон к Савельеву. С него станется.
– Нет, ну я, конечно, «дуб», но не дебил. Совсем уж не надо считать меня таким придурком… – с обидой в голосе ответил забинтованный в свежие повязки ликвидатор.
– Вот и славненько, – кивнул я, направил фен на хомяка-переростка и включил.
– ПИ-И-И-И-И-И-И-И! – раздался из-за шторки полный ужаса визг, но я был неумолим и не щадя приводил пушистое бедствие в достойный фамильяра вид.
***
Как закончились банные процедуры, Фома стал совсем мелким, прям как домашний хомяк, и обиженно забился на верхнюю полку шкафа, где соорудил себе гнездо из женских тряпок. Я же завалился на кровать. «Спасательная операция» меня так умотала, что уснул практически сразу. И спал сном беспробудным.
Проснулся от автоматического будильника техночасов. М-м-м… Ещё часик был бы не лишним, но всё! Время, что себе отвёл на отдых, закончилось. Нечего лениться.
Потянулся, чутка размялся и, подойдя к двери, замер. Вернулись!
– Здесь бы базу сделать… – копошась, судя по всему, в сумке с консервами, вещал Потешкин. – Слушай, Сокол… Здание паршивое, ремонта требует, но места – дохера! Выкупить бы этаж, обновить, покрасить всё…
– Ага, ещё родных привезти, семьи завести, детишек… Ты в городе засиделся, я смотрю. Надо тебя в Сибирь, Потешкин! А то какой-то ты домашний становишься…
– Босс, – раздался хриплый голос Щавеля, – так я не понял… Что это за излом такой был? Вроде твари молодые, да только лезло их столько, будто они там десятилетия мариновались…
Бедолага… Возлежание на целебных салатах после попойки ему не особо-то помогло.
– Не знаю, ребят… Не знаю. Он и не старый, и не новый, но вот так, как язва, взял и открылся. Одно в нём странно – это даже командование отметило: тварей более сильных и опытных не было видать. Говорят, в каких-то отнорках на глубине нашли место побоища. Твари сгоревшие, кислотой разваренные валялись. Говорят, мол, друг с другом передрались, оттого нам и оказалось легко зачистить его. Из серьёзных соперников лишь Химера, считайте. Никого из свиты не было, – высказался глава отряда.
Моё место битвы нашли… Что ж. Хорошо, что именно так его все восприняли.
Я открыл дверь и вышел в коридор, где за притащенным бог знает откуда верстаком сейчас крутили, разбирали, чистили и смазывали многочисленное оружие. Наше оружие. С ним ушли, с ним и пришли.
– Утро доброе! Или что там сейчас?..
– Уже вечер скоро, Ярл. Всю жизнь так проспишь! – улыбнулся Хрустальный от уха до уха, и я заметил, что одного зуба ему не хватает.
Ещё и посвистывает теперь… Получается, не только Дуб раны получил.
– Где так умудрился сменить имидж? – ухмыльнулся в ответ, на что парень фыркнул и взмахнул рукой в сторону нашего мага воды.
– Да Филин, гад, воды налил, когда корни вымывали. Я и поскользнулся…
– И что? Руки не смог выставить?
– Дык в них ящик с корнями был! Урони, поцарапай – столько денег потеряли бы! Ты чего?! А зуб… Хрен с ним, – и стукнулся он кулаком с Филином. – Новый вставлю.
– Вам хоть из этого дали что-нибудь?
– Ага, целой «Тридцаткой» наградили! – вздёрнул голову Хрустальный.
– Чем наградили?..
– Тридцатка! Что, не слышал никогда? – удивился Потешкин, и все посмотрели на меня как на дурачка.
– Впервые слышу.
– Десятка, двадцатка, тридцатка – награды для групп ликвидаторов, которые выделились при зачистке, – начал пояснять Карбат. – Грубо говоря, дают десять, двадцать или тридцать минут ковыряться в изломе наравне с владельцем или, как в нашем случае, военными города и местными боярскими родами, что прислали людей для закрытия. Что нашли, то наше. Что вынесли, то можно продавать.
– О, урвали высшую награду, получается! И что, на сколько улов оцениваете?
– Хех! Трепещи, малой! Мы сорвали куш! Двенадцать корней Азалиуса чернокоренного! На аукционах от десяти до двенадцати тысяч рублей за один такой выходит! Мы одной битвой двухмесячную норму выполнили! А ведь ещё заплатят за участие из Центра! Там тоже, может, тыща рублей, может, больше обломится! Лепота! – радостно хлопая в ладоши, сообщил мне Бобёр.
– Оу, ну да. Действительно неплохо. По вашим меркам, – пожал я плечами, заставляя всех нахмуриться, а Сокола – вопросительно поднять бровь.
Ну, ещё бы. С учётом их политики разделения трофеев, ребята подняли солидный куш. Десять процентов от добычи отрядов подлежат возвращению государству в виде налога. Из оставшейся части половина уходит на обеспечение будущих походов: на покупку провианта и расходки, на ремонт машин и снаряжения и прочие нужды. А вот уже всё остальное делится между парнями – и мной. Соколу, само собой, чуть больше остальных достаётся. Всё-таки лидер.
– Ярл, а что значит «по нашим меркам»? – уточнил Сокол.
– Ну, сколько вы заработали на одного? По пять тысяч примерно каждый, да? Я уже говорил и повторю ещё раз. Я знаю, как увеличить эту сумму в разы. У каждого из вас своя история. Каждый из вас здесь по своей причине: кому-то нужны деньги долг вернуть, кто-то на помощь родным зарабатывает, кто-то просто плывёт по течению… Я же хочу, чтобы мой род процветал. Для этого надо закрепиться и заработать много денег. Очень много. И я знаю, как это сделать. Не просто так в Сибирь приехал. Вопрос лишь в людях. Готовы ли вы помочь мне? Готовы ли сотрудничать вдолгую? Или как только я дам вам в ваши руки условный миллион рублей или даже больше, вы уйдёте, а я останусь один на один со своими проблемами?
Все чуть ли не синхронно повернулись к Соколу в тишине, а затем громко рассмеялись.
– Гля, босс! Прям как ты и предсказывал! Совсем сопляк. Ни черта не понимает ещё! – заявил Бобёр.
Я удивлённо глянул на него:
– И чего же я не понял?
– Ты уже в нашей команде, парень, – встал Филин и хлопнул меня по плечу. – И ты доказал своё право зваться ликвидатором. Отныне твои проблемы – наши проблемы. И наоборот. Так что давай выкладывай. Не томи. Сокол по дороге предупредил о твоём предложении, и мы единогласно согласились идти бок о бок с тобой.
– Юный и глупый, – констатировал Кощей.
– Ничего, мы научим, – добавил Сохатый, и они оба дружно заржали как кони.
– Вы не до конца понимаете, во что ввязываетесь… – покачал я головой.
– Да мы так уже давно живём… – заговорил Карбат. – Кто пять лет, а кто все двадцать. Идём куда глаза глядят. Убиваем тварей неописуемых… В любой момент сдохнуть можем. Думаешь, твои слова хоть что-то изменят в нашей жизни? Нет, – покачал головой, – не изменят. А когда решишь отправляться в академию, мы с ребятами отпуск возьмём, проводим тебя. Да и сами перерыв возьмём на пару месяцев свои дела порешать.
– ДА! Мне вот ещё двадцать тысяч, и я дом выкуплю отцовский из залога банка! – улыбнулся Щавель и начал, предвкушая, хрустеть пальцами на руке.
– Эх, а мне ещё почти миллион на усадьбу копить… – высказался Филин.
– А у меня вообще дома нет. Казарма была, да и оттуда попёрли… – сокрушённо вздохнул Потешкин.
Ну, с таким подходом, думаю, всё у нас получится!
Остаток дня мы провели спокойно и весело. Весь вечер общались, прикалывались друг над другом, мечтали о собственной базе и тренировочном полигоне. Слово за слово, а там турнир по метанию ножей прошёл, в котором всех нас уделал Сохатый. Он так свободно ими владел, что даже казалось, будто они – продолжение его руки.
И всё было бы прекрасно, не сработай предупреждение на моих часах… Предупреждение о том, что где-то рядом с нами появился мутант. Не Жужжа, и не Фома. Кто-то другой. Повезло, что артефакт завибрировал, когда я отошёл за перекусом.
Убедившись, что никого рядом нет, голосовой командой открыл сканер. Хм, судя по всему, он прямо за гостиницей… Надо бы устранить по-быстрому, пока ничего не случилось.
Некоторые уже вовсю содрогали стены храпом, потому я решил тревогу не поднимать, а самостоятельно по-тихому разобраться с этой проблемой.
– Ярл, ты куда? – окликнул меня Потешкин, заметив за сборами.
– Пива взять… Только Соколу не говори.
– О-о-о-о-оу-у-у-у! – Резко закрыл себе рот рукой, а затем тихо добавил: – Дерзай, парень. И мне бутылочку прихвати!
И отправился обратно в «штабной» номер, снятый на Сокола, где мы все и обитали большую часть времени.
По дороге глянул на сканер. Почти вышел из поля обнаружения! И я помчался по лестнице. Выскочив на улицу, понёсся со всех ног, не вкладывая при этом эфир в тело.
Расстояние между мной и монстром начало сокращаться, и в какой-то момент мы оказались в пятидесяти метрах друг от друга. И где он?..
Мы были на загруженном в это вечернее время перекрёстке, но я не видел ни следов паники людей, ни самого монстра.
Я поднял голову, пытаясь найти его в воздухе. И тут не видно… Может, под землёй? Но я видел, как он поворачивает и движется по тротуару вдоль зданий… Что-то не сходится.