Андрей Матвеенко – Сны Великого князя. Дилогия (страница 13)
Между тем, вступление в строй новых черноморских броненосцев позволило наконец избавиться от одного застарелого «бельма» на государевых очах — из состава флота в 1894 году были выведены столь нелюбимые царем броненосные батареи-«поповки».*
ї 10. Сделано во Франции, воспроизведено в России
Помимо организационных и технических моментов, определенное — и порой немалое — влияние на работу Морского ведомства оказывала и политическая обстановка в мире. Применительно к концу 1880-х годов одним из наиболее ярких моментов таковой являлось начавшееся решительное сближение России и Франции перед лицом германской угрозы. И России уже было что таковой угрозе противопоставить — прибывшую в Кронштадт 11 июля 1891 года с визитом дружбы французскую эскадру встречали обретшие к тому моменту полную боеготовность новейшие броненосцы «Чесма» и «Синоп», вызвавшие искренний интерес французских моряков. Но до того как произошла встреча на кронштадтском рейде, состоялся и еще один заказ Россией кораблей за рубежом — на этот раз у новообретенной союзницы.
Принятое МТК решение об увеличении размеров очередных миноносцев после постройки двух серий 100-тонных кораблей этого класса заставило взяться за работу над новым проектом и отечественных корабелов, и ряд иностранных фирм, имевших намерение предложить России свои услуги. И в этот раз успех сопутствовал французскому промышленнику Норману, чей проект затмил собой очередные творения как российских, так и английских и германских производителей.
В сравнении с предыдущим типом миноносцев, построенных для России фирмой «Шихау», у кораблей, предложенных Норманом, помимо роста размеров и водоизмещения выросла скорость — 21 узел по проекту — и усилилось вооружение на один палубный поворотный минный аппарат и одну 37-миллиметровую пушку, а вместо привычных, но уже не вполне отвечающих своему назначению локомотивных котлов появились новомодные водотрубные котлы дю Тампля.*
После устранения немногочисленных и не носивших принципиального характера замечаний МТК, которые фирма приняла безоговорочно, был подписан контакт и в январе 1889 года на французской верфи началась постройка четырех миноносцев, предназначавшихся для Балтийского флота. В строй они вступили в июне-июле 1890 года, продемонстрировав на ходовых испытаниях отличную скорость — от 21,97 до 23,04 узла при полном водоизмещении.*
Параллельно крупная серия из 26 миноносцев по чертежам Нормана (Лихачев сумел переупрямить сторонников мелочной экономии и настоять на покупке двух полных комплектов технической документации по новым миноносцам) была заказана двум отечественным казенным предприятиям — Ижорскому заводу, строившему корабли для Балтики и Дальнего Востока, и Николаевскому адмиралтейству, работавшему на нужды Черноморского флота. При этом корабли, предназначавшиеся для Тихоокеанской эскадры, строились как разборные, а окончательная их сборка должна была производиться во Владивостоке после доставки в оный грузовыми судами.
Шестнадцать миноносцев Ижорского завода закладывались в период с апреля 1889 по июль 1891 года, а срок их вступления в строй растянулся с мая 1891 по июнь 1894 года, когда во Владивостоке был собран и испытан последний из кораблей серии. Закладка десяти «николаевских» кораблей осуществлялась с июля 1889 по октябрь 1890 года, а прием в казну — с августа 1891 по ноябрь 1893 года.
К сожалению, как это и предполагал Лихачев еще в случае с заказом миноносцев у «Шихау», воспроизведение проекта в отечественных условиях привело к ухудшению характеристик — российским кораблестроительным предприятиям, несмотря на все усилия Морского ведомства по нормализации их деятельности, по-прежнему недоставало культуры производства. В результате скорость неразборных миноносцев русской постройки в среднем составила лишь около 20 узлов, а разборных — еще на узел меньше.* Хотя в техническом плане новые корабли стали существенным шагом вперед в сравнении с предшествующими типами миноносцев и в целом высоко оценивались служившими на них моряками.
ї 11. От минного транспорта — к минному заградителю
Во время постройки первых миноносцев по проекту Нормана состоялось также расширение состава минных транспортов Российского Императорского флота.
Основными идеологами новых кораблей этого класса выступили С.О.Макаров и В.А.Степанов. Первый предложил создание быстроходных минных заградителей для активных постановок у берегов противника, а второй — разработал к 1888 году проект подобного корабля водоизмещением 430 тонн и с 17-узловым ходом. При этом подача и сбрасывание всех 230 мин на минном заградителе Степанова должны были производиться автоматически при скорости до 10 узлов.
Данный проект весьма заинтересовал МТК, однако после его детальной проработки тактико-технические элементы будущих минных заградителей претерпели существенные изменения — корабли по проекту стали крупнее и несли больше мин, а требования по скорости были несколько снижены. Закладка двух заградителей, получивших названия «Волга» и «Обь», состоялась в марте 1888 года в Новом адмиралтействе и на Балтийском заводе. В строй они вошли в ноябре 1890 и октябре 1889 года соответственно.
Несколько парадоксально расширению заказа на заградители данного типа поспособствовало не Морское, а Военное министерство, которое в 1889 году подняло вопрос о создании подобных кораблей для усиления защиты черноморского побережья. И не просто подняло, а активно способствовало получению у Министерства финансов кредитов на эти цели — причем как на собственно постройку минных заградителей (выделенных ассигнований как раз хватило на строительство двух кораблей), так и на увеличение требуемого для них запаса мин заграждения.*
Черноморские «Буг» и «Дунай» были заложены в сентябре-октябре 1889 года на Галерном островке и Балтийском заводе. В смене одного из контрагентов в данном случае был резон — на Галерном островке пустовал один из эллингов, а Новое адмиралтейство, хотя и имевшее уже опыт создания «Волги», к тому времени все никак не могло ввести в строй ряд ранее спущенных судов, включая броненосец «Чесма». В этой связи ККиС решил дать казенному предприятию время для выполнения контрактов прежних лет, освободив его на год от закладки новых судов. Окончательная приемка флотом «Буга» и «Дуная» состоялась соответственно в августе и июле 1891 года, после того, как на них в Севастополе было смонтировано оборудование для постановки мин — по способу Степанова, с подвешиванием их на расположенном под палубой Т-образном рельсе — и установлена артиллерия (через проливы корабли пришлось проводить невооруженными).
На испытаниях все заградители превзошли проектные требования по скорости, развив от 13,11 до 13,39 узла, а «Дунай» достиг даже 14,76 узла — правда, уже при искусственной, а не естественной тяге.* Конструктивно они оказались кораблями вполне удачными и за время своей службы практически не подвергались переделкам. А полученный обширный опыт их эксплуатации сразу на двух морских театрах позже позволил российским корабелам создать без преувеличения уникальные носители минного вооружения.